Крепость Воителей оказалась совсем небольшой, но в ее толстых стенах чувствовалась мощь огня и камня. Там действительно оказалось множество душ, которые, несмотря на существование в Аду, неплохо сохранились и даже были как-будто жизнерадостны…
– Да вы, ребята, мертвее мертвых! – сказал один из ксэ, – Что это с вами?
Все расселись по большим мягким подушкам, разбросанным на полу главного зала крепости. Олег уже запрыгнул на круглый стол в центре, чтобы поведать ксэ о войне, но сказать ему не дал настороженный голос кого-то из душ:
– Ты демон?
– Какая разница? – рявкнул на него лев и, выдержав паузу, начал: – Значит так, слушайте. На наш город напали Инквизиторы. Нужна помощь…
Мешер тихо шипела; Макса, на коленях которого лежала обессиленная Даша, била дрожь. Рейнлан напряженно смотрела на него и не слушала учителя.
– Сейчас в Азуре живет мало сильных душ. В первом бою мы потеряли двух Шеганов. Инквизиторы сильны, поэтому...
Макс, не справляясь с дуреющей маской, спихнул Дашу на Рейнлан и рванул по лестнице на второй этаж.
– Что это с ним? – сказал Воитель.
Рейнлан хотела побежать за ним, но тут раздались глухие удары по массивной двери крепости.
– О! Маданго Верт! Я нашла своего коня! – закричала девчонка.
Она поспешила распахнуть дверь. В зал тот час ввалилась огромная пестрая лошадь, на шее у которой был ошейник с орнаментом дурь-травы. Она не уделила ни малейшего внимания хозяйке, сразу направившись к чупакабре и начав ее обнюхивать. Алина в свою очередь тоже обнюхала коня. Конь, убедившись, что источник запаха дурь-травы не есть дурь-трава, философски фыркнул, отошел от нее и положил морду на плечо Рейнлан.
Она потрепала коня по шее, и на пол упала прикрепленная к его ошейнику записка. Она мельком пробежалась по тексту и сказала:
– Меня вызывают на бой, скоро буду, народ, – и взбежала по лестнице к Максу.
Рейнлан отворила дверь маленькой темной комнатенки, где закрылся Хвост.
– Лохматый, меня Денница вызывает на бой.
Он ритмично бился головой о стенку, сидя в углу и раздирая себе лапу. Его пятнистые крылья были распахнуты и упирались в грязные стены комнаты. Он медленно поднял на Рейнлан глаза и спросил:
– Дьявол?
– Да! – улыбнулась она.
Он напряженно смотрел в на нее и дрожал.
– И я, конечно же, пойду.
Это привело его в ужас. Темная чакра начала струиться по сильным крыльям.
– И я вернусь! – уверенно сказала девушка.
Максим глубоко вздохнул, крылья с шумом упали на пол. Он бросился к ней и крепко обнял, девушка сжала его в ответ.
– Хочешь, я покажу тебе Маданго Верта?
Он все прижимал ее к себе и нервно шептал:
– Только вернись… Только вернись… Я не смогу без тебя…
Но вдруг его заставил вздрогнуть дикий крик.
***
Это был крик Тимура. Настолько дикий, что он пронзил крепость насквозь и разнесся эхом вокруг нее. Он заставил Дашу очнуться и подойти к окну, чтобы наблюдать за разворачивающейся картиной.
Хелен гарцевала верхом на своем вороном коне. Она вызывающе улыбалась, а когда услышала этот отчаянный вой, залилась наглым громким смехом. Она ждала Тимура, чтобы отомстить ему, чтобы унизить его, чтобы его уничтожить. Она решила поставить точку в их многолетней вражде, начавшейся когда-то из-за того, что Тимур посмел плохо отозваться при ней о военной системе ксэ.
Хелен дразнила его. Он и не думал сдерживаться. На этот раз он решил покончить с этой уже совсем охамевшей «собачонкой Хана». Была весомая причина для такого шага – к ее седлу была за волосы привязана голова Калипсо.
Свой меч Тимур отдал когда-то своей ученице, поэтому он схватил найшу и, невзирая на свое видимое бессилие перед прекрасно вооруженной всадницей, начал атаку. Даша наблюдала за каждым его движением и боролась с желанием помочь, понимая, что это их бой.
Хелен с легкостью оборонялась от непродуманных гневных атак. Наконец, она сама, взмахнув своей аратой, обрушила на Тимура первый удар. Он мгновенно принял облик Шегана и уклонился, взлетев над Инквизитором. Потом он атаковал несколькими шурикенами с воздуха. Один из них попал прямо в шею коня, и тот встал на дыбы, замотав головой. В это время Шеган встал на круп коня и, вонзив найшу в плечо Хелен, скинул ее на землю. Балансируя крыльями, Тимур оставил на лошадиной спине огромную рану вдоль всего позвоночника. Вороной рухнул на землю, истекая кровью. Хелен уже успела подняться на ноги и зарядить лук стрелой. Тимур оказался под прицелом, но вместо того, чтобы защищаться, он пошел в прямую атаку. Девушка выстрелила и попала в то место, где у живых расположена печень. Но Шегана это мало волновало – он лишь выдернул стрелу и начал ближний бой, заставив Хелен откинуть лук и снова обнажить меч. Арата и найшу, испускающие темную чакру, скрещивались по десть раз за секунду.
Неожиданно Хелен выпустила поток чакры Света, откинув Тимура назад. Он не сразу смог подняться после такой атаки. Хелен, уже сильно раненая, подошла к нему, чтобы размазать темную мицуру по адской земле, но Тимур не дал ей сделать больше ни одного удара. Не вставая, он выпустил поток из всех чакр, которыми он владел. Тьма, Огонь, Молния, Ветер слились в единую стихию и пронзили тело Хелен. Инквизиторы, имея только светлое и темное начала, не являются ни живыми, ни мертвыми – у них нет внутренних органов, но есть кости. Впрочем, сейчас у Хелен не осталось целых костей. Атака была настолько мощной, что не только откинула ее метров на десять в сторону, но и переломала весь ее хрупкий скелет (красный, как и у каждого Инквизитора).
Тимур подполз к умирающему Инквизитору, вытащил из его руки арату и ее вонзил прямо в глазное яблоко. Он стал разрушать череп, нанося удары изнутри острием меча и снаружи его концом. Раздробив череп, он принялся за остальные части тела, пока от Хелен не остались обломки красных костей и обрывки серой кожи. После он вонзил арату в землю, поднялся, опираясь на ее рукоять и, убедившись, что на телепортацию сил не хватит, поплелся на Землю.
***
Даша все еще стояла у окна и напряженно вглядывалась вдаль, когда Рейнлан сбежала по лестнице, шлепая подошвами кед. За ней сошел ошарашенный Макс.
– Ну, ладно, я пойду! – сказала она и улыбнулась.
– Все-таки уходишь? – подошел к ней Олег.
– Да! Пока, Лохматый!
Она тут же свистнула своему коню Маданго, который пытался пометить стену крепости, и села верхом (вообще-то метить стены – занятие, больше подходящее для собак, но этот конь умел!) Макс умоляюще смотрел ей в глаза, она улыбалась в ответ. Олег открыл ей высокую двустворчатую дверь, и она галопом вынеслась из зала. Макс проводил ее взглядом и, когда ее уже совсем не было видно, сказал:
– Что только у нее на уме… Ее вызвал на бой сам Дьявол, и она, не колеблясь, согласилась… Зачем она ему? Ведь и так ясно, кто победит… Олег, ведь она вернется?
– Ну… – усмехнулся лев, оскалившись, – Дело в том, что ее отец – чистейший темный, а мать – шестикрылый ангел. После контакта между такими… как сказать… существами… есть небольшая вероятность, что у них появится ребенок. Но это будет не обычный человек, как ты. То есть ты, конечно, не совсем человек, но эту силу ты приобрел. А рожденный от ангела и демона имеет свою уникальную чакру от рождения. У Рейнлан самые обычные темные и светлые начала, но свое – не человек, а грифон. Она называет это техникой Стража, но на самом деле ее крылья это проявление активизации собственного начала. Отсюда ее звериные повадки и дикий нрав… На самом деле, вы не самая лучшая пара. У вас у обоих абсолютно нет мозгов, – он снова засмеялся.
Макс покивал, давая понять, что все усек.
Тут раздался стук крепкого кулака в дверь.
– Народ! Есть тут кто? – кричал знакомый многим голос.
– Я сюда швейцаром не нанимался, – плетясь к двери, проворчал Олег, – Здравствуй, Юра, – улыбнулся он пришедшему, – Кто это с тобой?
