Можно с уверенностью утверждать, что данный словарь современного американского английского языка принадлежит к числу наиболее сложных и объемных трудов, когда-либо создававшихся человечеством, поскольку включает в себя уникальные этимологические подробности и наряду с выдающимися познаниями в области лексикографии отображает мечты, речь и воображаемые таланты миллионов людей, живших на земле на протяжении нескольких, тысяч лет; свой вклад в этот словарь сделал каждый, кто когда-либо говорил или писал по-английски.
Что-что? Ник почесал в затылке и еще раз прочел предложение. И еще раз. Понятнее не стало. Это было все равно что читать наклейку с составом на бутылочке шампуня.
Он сердито захлопнул словарь и пошел вниз.
В семье Ника много читали, поэтому три из четырех стен гостиной были уставлены книжными полками. Энциклопедий было целых две, черные тома – энциклопедия для взрослых, а красные – детская. Ник вытащил красный том на букву Ʈ и отыскал статью ƮLjNjƿƽǍǙ. Статья занимала целых три страницы и была разбита на отдельные кусочки: «Первые словари», «Охотники за словами», «Современные словари» и так далее. Скука смертная. Но деваться было некуда, поэтому Ник плюхнулся на диван и погрузился в чтение.
Дочитав статью из детской энциклопедии, он достал черный том и прочел почти все, что там говорилось о словарях. Понять удалось примерно половину из прочитанного.
Ник откинулся на спинку дивана и закрыл глаза рукой, пытаясь вообразить, как он будет читать доклад о таких скучных вещах. Хорошо, если его хватит на три минуты. Но Ник не был бы Ником, если бы тут же не придумал одну штуку, от которой на лице у него расцвела широкая улыбка.
Чтение доклада можно превратить в неплохое развлечение, подумал Ник. Такое, чтобы все надолго запомнили. В конце концов, разве не этого хотела миссис Грейнджер?
Глава 5
Доклад
На следующий день ближе к обеду у Ника начало противно посасывать в животе. Надвигался седьмой урок. Предстоит выступать перед всем классом. Все будут смотреть на Ника и только на Ника. А миссис Грейнджер включит свой убийственный взгляд на полную мощность.
Ник снова и снова перечитывал свои записи. В голове у него все смешалось в кучу: первый английский словарь, распространение английского языка, Уильям Шекспир, заимствования из французского и немецкого, новые слова, старые слова, неологизмы, англосаксонские слова, латинские и греческие корни, американский английский. Что же до составленного накануне коварного плана, то в флуоресцентном свете школьного дня он казался невыполнимым.
Да что такое случилось со всеми часами в школе? Когда после уроков тебя ждет какое-нибудь развлечение, часы только что назад не крутятся и несчастные семь уроков тянутся недели три, не меньше. А вот если после уроков надо идти стричься или там в одежный магазин, вж-ж-жик! – не успеешь глазом моргнуть, как звенит последний звонок. Вот и теперь та же история: пятый и шестой уроки после обеда промелькнули в две минуты.
Под дребезжание звонка, возвещавшего о начале седьмого урока, миссис Грейнджер вошла в класс, сделала четыре шага к стоявшему в углу учительскому столу, открыла журнал посещений, обвела взглядом класс и сделала в журнале две пометки. Затем она посмотрела на Ника и сказала:
– Сегодня наш урок начнется с небольшого доклада. Николас, прошу.
С начала урока прошло каких-нибудь пятнадцать секунд, а Ник уже выставлен на всеобщее обозрение. «Жестко играет», – подумал Ник. Он сглотнул, сгреб мятые карточки со своими заметками, поднял рюкзак и вышел вперед. Он встал рядом со столиком, на котором покоился исполинский словарь, в то время как миссис Грейнджер ушла в заднюю часть класса и чинно присела на высокий табурет у книжного шкафа. Сегодня она была в синем мундире.
Ник сделал глубокий вдох и начал.
– В общем, самое первое, что я узнал – это что первый словарь английского языка…
– Прошу прощения, – вмешалась миссис Грейнджер, – а где же название твоего доклада?
Ник непонимающе на нее посмотрел.
– Название? Какое название? У меня нет.
– Прошу всех запомнить, что любой доклад, как письменный, так и устный, должен иметь название. Продолжай, пожалуйста, – она улыбнулась и кивнула.
Ник начал заново. Глядя на миссис Грейнджер в упор, он произнес:
– Словарь.
Кто-то захихикал, как будто это было очень смешно, но Ник не обратил на смешки внимание и пустился в рассказ.
– Часто считают, что первый словарь английского языка составил где-то в начале XVIII века человек, которого звали Сэмюэль Джонсон.
Он жил в Лондоне, это в Англии. Он был очень умный, написал много книг и решил, что умным людям пригодится хороший словарь. Вот он его и составил. Но на самом деле словари существовали еще до того. Чем от них отличался словарь Джонсона? Во-первых, размерами. В нем было больше сорока трех тысяч слов.
Эта огромная цифра вызвала в классе некоторое оживление – «О-го», «Ух ты!» и тому подобное, – и Ник потерял мысль. Он глянул на миссис Грейнджер, ожидая встретить прожигающий насквозь взгляд, но ошибся. Учительница смотрела на него почти дружелюбно, на свой, конечно, на учительский манер. Утихомирив класс, она сказала:
– Продолжай, Николас. Ты хорошо начал.
Ник чуть не улыбнулся, но заметил, что все опять на него смотрят, поэтому покрепче вцепился в карточки с заметками и вернулся к рассказу.
– Еще Сэмюэль Джонсон сделал другую необычную штуку: решил, какие слова самые важные, и приписал к ним много разных примеров, чтобы показать, как эти слова используются. Например, он показал, что у слова «брать» есть целых тысяча тринадцать способов использования…
Ник говорил без запинки двенадцать минут подряд. Он сам был удивлен тем, как легко оказалось стоять перед классом и рассказывать все, что ему удалось узнать. После первых пяти минут миссис Грейнджер снова прервала Ника, чтобы предупредить:
– Только очень невоспитанные люди громко зевают или кладут голову на парту, когда слушают чужой доклад.
Впрочем, доклад не интересовал никого, если не считать самой миссис Грейнджер.
Поглядывая на нее, Ник всякий раз видел, что она улыбается. Она смотрела на него тепло и вовсе не пыталась прожечь взглядом.
