Читаем без скачивания Цирк Масок - Бекка Стил

по его длине, вызвав урчащий рык из его горла. Он убрал одну руку с моих волос и постучал по своим часам. Я понял намек, расстегнул молнию и освободил его член. Черт, он был прекрасен - длинный, толстый и покрасневший, его головка соблазнительно блестела в лунном свете.

— Ммм, - вздохнул, ухватившись за его бедра для равновесия, опустил голову, начав ласкать ртом его яйца и охренев от запаха его возбуждения. Скользя языком по нижней стороне его ствола, лизал головку члена, наслаждаясь почти сладким вкусом его спермы, пока его член пульсировал под моим языком. Я впился пальцами в его напряженные бедра, чтобы лучше ухватиться, сомкнул рот вокруг него и взял его в горло. Он был таким охуенно большим, что мне пришлось действовать медленно, но в конце концов я взял его до самого основания.

— Блять, - пробормотал он сверху, обе руки вернулись к моим волосам, его хватка усилилась. Подняв голову, я встретил его темный, голодный взгляд. — Сейчас я буду трахать твой рот, красавчик. Я хочу увидеть эти слезы.

Я был для него просто дыркой для траха. Осознание этого не должно было стать неожиданностью, но оно все равно сопровождалось жгучим разочарованием.

Возможно, что-то в моем выражении лица выдало меня, потому что его хватка ослабла, и он постучал пальцем по моей голове.

— Посмотри на меня. Ты чертовски красив на коленях, и ты будешь выглядеть еще лучше со слезами, текущими по твоему великолепному лицу. Если станет слишком, сделай вот так на моем бедре... - Он снова постучал по моей голове. — …и я отступлю.

Это было единственное предупреждение, которое он мне дал, прежде чем податься бедрами вперед, и я захлебнулся его членом.

Слезы навернулись мне на глаза почти мгновенно, когда его член снова и снова ударялся о заднюю стенку моего горла. Я боролся за дыхание, слезы лились и стекали по моим щекам, мои пальцы впивались в его бедра так сильно, что я был уверен, что завтра у него на коже будет десять синяков в форме пальцев. Больше не было возможности попробовать какие-либо из моих обычных трюков, чтобы снять кого-то. Все, что я мог делать, это держаться за него и стараться не потерять сознание.

К тому времени, когда он протяжно застонал и его член запульсировал, выплескивая горячие струи спермы в мое горло, перед глазами заплясали пятна, а лицо было мокрым от слез. Он вынул свой размякший член из моего рта, и я опустился вперед, позволяя его бедру принять вес моего тела, пока я глотал воздух в легкие. Тихонько посмеиваясь, он заправил себя обратно в брюки, а затем поднял меня на ноги. Я немного покачивался, все еще испытывая головокружение, поэтому он поставил меня спиной к стене, положив одну руку мне на поясницу для дополнительной поддержки.

— Ммм. Такой великолепный, как я и предполагал. - Его язык выскользнул, когда он наклонил голову вперед и тщательно слизал мои слезы. Никто еще не делал со мной ничего подобного, и это было чертовски возбуждающе. Когда его рот переместился ниже, к моему горлу, и он втянул цепочку синяков на моей коже, я почувствовал, что схожу с ума. Я так долго был на грани, и натяжение трусов на моей сверхчувствительной головке было не более чем дразнилкой. Я отчаянно подался вперед, но не встретил ничего, кроме воздуха.

— Спокойно. Я держу тебя. - Теплая рука скользнула вниз между нами, по моей ноющей эрекции, и я застонал. Он стянул мои трусы, а затем его рука стала двигаться по моему члену, твердо и быстро. Я был настолько на взводе, что хватило всего нескольких ударов, чтобы я излился в его руку.

— Черт, это было... - Я привалился к стене, слишком сытый и бездыханный, чтобы потрудиться сформировать остаток предложения. Подняв взгляд на него, я ошеломленно наблюдал, как он поднял руку, размазывая мою сперму по губам.

— Прощай, Олли, - сказал он, а затем исчез.

3

ОЛЛИ

Я остановился у входа в поле, рассматривая все вокруг. Переложив тяжелый рюкзак на плечи, шагнул влево, чтобы избежать группы хихикающих женщин. Рюкзак впился мне в кожу, когда я выкручивался, уходя с их пути, и в очередной раз проклиная тот факт, что всегда чувствовал необходимость носить с собой все свои вещи, куда бы я ни пошёл. Я на собственном опыте убедился, что оставлять вещи без присмотра - это практически приглашение к краже, поэтому у меня всегда с собой рюкзак, наполненный самыми важными вещами. На работе я клал его под барную стойку - единственное место, где был уверен, что он будет в безопасности. В остальное время я носил его с собой.

Неважно. Хорошо, что сегодня я взял его. Проснувшись сегодня утром в своей крошечной, промерзшей чердачной "спальне", обнаружил, что моя кровать промокла насквозь, от пухового одеяла до провисшего матраса. И все это благодаря третьей протечке крыши менее чем за две недели. Я не мог пожаловаться на это, потому что технически я не был законным жильцом. А чердачное помещение, которое я делил с тремя другими соседями - наши "комнаты", разделялись дешевыми листами фанеры - по закону не считалось жилым помещением. По крайней мере, моя сумка была под защитой, вдали от места протечки, засунута под стул, которым я подпирал дверь каждую ночь, когда ложился спать.

Джай дал мне билет на представление в Цирк Масок, в благодарность за то, что я подменял его на работе. Он все еще болел и не смог бы пойти, так что вот он я, иду пешком за три мили от города, пробираясь сначала по мокрой слякоти, а потом по настоящему снегу, когда застроенные районы сменились полями. Пока я шел, наступила темнота, но вход в цирк был освещен.

Большой нарисованный знак, усыпанный желтыми лампочками и произносящий название цирка, указывал путь. По обе стороны толстого, чернильно-черного ковра, темной полосой выделявшегося на фоне белого снега, через равные промежутки стояли висячие фонари на кольях. В конце ковра стоял большой шатер с красными и черными полосами. Рядом с ним стояла еще одна палатка поменьше, а сбоку, в тени, виднелось скопление машин - грузовиков, фургонов, домов на колесах.

Когда я ступил на ковер, присоединившись к толпе людей, направлявшихся к входу, я заметил туман. Он низко стелился, клубился в воздухе, лизал нижнюю часть моих икр. Впервые