Теперь о Вас. Как Вы поняли, вашу душу вырвали в последний момент перед смертью, дав таким образом второй шанс на жизнь. С момента, как вы очнулись, Вы стали Анной Владимировной сорок шестой княгиней Морозовой. Пронесите это имя с честью и достоинством. Но это все патетика. А теперь о важном.
Первое, став Княгиней Морозовой, у вас появился долг перед целителем, пожертвовавшим жизнью. Вы должны найти наславшего на Мелисова проклятье и отплатить той же монетой.
Второе, у Вас так же есть долг перед Судьбой за то, что Она вмешалась в Вашу жизнь. Этот долг вы должны вернуть в скорейшем после прихода в сознание времени. В книге лежит еще один лист с ритуалом. Прошу безотлагательно заняться этим вопросом.
И последнее, к книге и письму я прилагаю фамильный перстень Морозовых. Он поможет Вам стабилизировать свою магию, а так же поможет изучить и овладеть всеми способностями Вашего нового тела. Со временем поможет принять наследие рода. Ну и естественно для знающих людей, разбирающихся в геральдике, объяснит Ваш статус.
Пожалуй, основное, что я хотел сказать Вам, я изложил в письме. Ответы на многие вопросы вы найдете в книге «Кодекс рода Морозовых». Желаю Вам удачи во второй жизни. С уважением, князь Владимир Морозов».
Я перечитала, письмо два раза. Да… все чудесатее и чудесатее. Открыв коробочку, начала разглядывать перстень. Мощный, в длину с фалангу пальца взрослого человека, что уж говорить про мои. Плоский прямоугольный камень насыщенного темно-красного цвета в золотой оправе, вероятней всего рубин. На нем золотом изображены головы оскаленных друг на друга тигра и барса. Кольцо привлекало своей простотой и в тоже время изящностью. Не став перечить собственному влечению, я надела кольцо на средний палец правой руки. Возникло ощущение, что через все тело прошла молния. Неприятное чувство быстро прошло, оставив после себя ощущение, что кто-то взрослый, даже древний, но невозможно близкий обнял и погладил по голове. Когда очнулась от произошедшего и снова взглянула на кольцо, оказалось, что оно стало значительно меньше — по размеру моего пальца. Магия. Последняя мысль так развеселила, что, не удержавшись, хихикнула вслух.
— Вы все прочли?
От вопроса Винса, заданного в полный голос, я подпрыгнула.
— Заикой меня сделать хочешь?! — возмутилась я. — Да. Только теперь надо провести некий ритуал.
Пока говорила, перенесла свое внимание с письма на книгу. Сразу за титульным листом обнаружился пергамент с мелким текстом. Пробежав по написанному глазами, я обратилась к терпеливо ждущему меня домовику:
— Где здесь ритуальный зал?
— В подземелье. Идемте, я провожу.
Вновь переходы, лестницы, коридоры. Сейчас я внимательно все рассматривала, запоминая увиденное. Было видно, что замок старый, но за ним ухаживают. Вся обстановка, что встречалась по пути, дышала древностью, но уютом. Коридоры отделаны светлым деревом. Более темный наборный паркет пола. Несколько ниш с доспехами. Очередной поворот, и мы оказались в картинной галерее. Проходя мимо очередного портрета, мне почудилось движение. Резко остановившись, я стала внимательно приглядываться к изображенному на портрете мужчине. Статный, седоволосый, властный мужчина сидел в кресле в пол-оборота и внимательно, чуть прищурив темно-изумрудные глаза, вглядывался казалось бы в самую душу. Руки этого мужчины покоились на подлокотниках кресла, да и вся поза говорила о том, что мужчина расслаблен, но в любую секунду готов взвиться и атаковать.
— Притягательный, опасный, красивый… убойное сочетание, — я не заметила как начала говорить в слух.
На правой руке мужчины я увидела кольцо. Захотелось убедиться, что это то самое кольцо, которое сейчас находится на мое руке. Приблизив лицо вплотную к полотну, я уже почти разглядела изображение на кольце, когда:
— БРЫСЬ!
Понятие «сдуло, как ветром» было осуществлено мною без всякой магии. Сделав скачок на пару метров назад от картины, я с ужасом заозиралась по сторонам в поисках того, кто мог так гаркнуть, да ещё и над самым ухом. Никого не обнаружив, в том числе и эльфа, я вновь уставилась на картину. Там, трясясь от беззвучного хохота, совсем неаристократично сползал с кресла этот седой коз… Предок, наверное.
— Не смешно, — прочеканила я.
Стало обидно за себя. И так потрясение за потрясением, а тут ещё этот недо Петросян, шутить изволит.
— А помо… а-ха-ха… ему оч… хе-хе…ень… — никак не мог себя взять в руки старикан, — ты бы видела свои зенки в пол-лица. Ну что, давай знакомиться, внучка?
— Добрый у меня, однако, дедушка.
— А то! — счастливо согласился предок. — В ритуальный зал идешь? — вдруг неожиданно серьезно спросил он.
— Да.
— Долг отдавать собираешься?
— Естественно. А вы откуда знаете?
— Владимир рассказал. Прежде чем начинать ритуал, подтверди право на родовую магию. Сейчас ты осталась единственная в роду. Судьба должна это учесть. После ритуала приходи сюда, нам есть что обсудить. И имя тебе подобрать.
— Хорошо, — спорить с мужчиной не хотелось. Почему-то я была твердо уверена, что плохого он мне не посоветует. Хотя последнее предложение удивило. — Винс!
— Звали, хозяйка?
— Да. Проводи меня в ритуальную комнату.
Домовик щелкнул пальцами, и мы оказались в темном коридоре с каменными стенами и всего лишь двумя факелами по обе стороны от двери. Большая двустворчатая дверь притягивала взгляд как магнит.
— А сразу не мог так сделать?
— Мне нужно было отвести вас к портрету вашего деда.
— Ясно.
Тянуть время больше не было ни сил, ни желания. Хотя было предчувствие, что мне готовится большая такая пакость. Эх… была не была… И я открыла дверь.
Глава 5
От автора. Здесь и далее диалоги, ведущиеся курсивом — это мысленное общение между героями.
Двери поддались легко, что было странно при их массивности. Впереди меня ждала темнота, без единого лучика света. Я неуверенно оглянулась на домовика.
— Все нормально. Так и должно быть, хозяйка. Я буду ждать вас тут.
Я кивнула, резко выдохнула и сделала шаг вперед. Двери за моей спиной закрылись с негромким хлопком, который мне показался оглушительным. Предчувствие, что сейчас в очередной раз Судьба изменит меня, появилось и пропадать никуда не хотело. Неожиданно в обе стороны от двери на уровне человеческого роста начали расползаться две огненные ленты. Пройдя помещение по периметру, они соединились в противоположной стороне от меня, осветив помещение неярким, но ровным светом. Это была круглая зала с вогнутым потолком. Что было наверху не удавалось разглядеть. То ли света было недостаточно, то ли тьма наверху была слишком плотной. В центре помещения стоял прямоугольный черный блестящий камень. Он ярко отсвечивал в свете огня, создавая ощущение, что его поверхность только что отполировали. Я пошла к этому алтарю. С каждым шагом спокойствие окутывало меня, вытесняя все волнения и тревоги. Когда подошла к камню, то увидела в центре небольшую выемку, в середине которой торчал шип. Даже не притрагиваясь, было понятно, что он острее иглы. Откуда-то пришло знание, что нужно сделать дальше. Я приподняла руку и с размаху опустила ладонь на острие шипа. Боль была острой и мгновенной, секунду спустя рука онемела. Я закрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Сначала ничего не происходило, но постепенно перед закрытыми глазами начали мелькать картинки. Шпили башен, кованые ворота, библиотека, подземелья с множеством дверей, ухоженный сад, лаборатория, огромный приемный зал и множество других. Постепенно картинки начали выстраиваться в определенный порядок, создавая ощущения полета по всему замку от самого нижнего — тюремного уровня с камерами — до самых высоких шпилей Западной и Восточной башен. Замок был прекрасен, стены из темного камня, казалось, впитывали в себя свет восходящего солнца. Замок внушал трепет и чувство безопасности. Он не был легок и воздушен, подобно замкам Франции. Он не внушал чувство излишнего аристократизма, как замки Англии. Он был суров и надежен, оплот стабильности и безопасности, то, что необходимо хозяину, имеющему поместье в такой суровой стране, как Россия. Знание, что замок защитит своего хозяина, вызвало ответное желание защитить этот уголок от всех невзгод мира.
Как только эти мысли промелькнули в голове, я неожиданно пришла в себя. Оказывается, я уже сняла руку с шипа и сидела на краю постамента. Камень подо мной был совсем не холодным, скорее он отдавал тепло. Рука зажила, не осталась даже следа от укола шипа, так же как и выемки с этим шипом на камне больше не было. Абсолютно ровная поверхность.
«Ратный… ратный…» — прошелестело на грани восприятия.
