– А вот Огненный Хват, – сказал он. – Хватает преступников по горячему следу. Я изменил его метаболизм, и теперь он действительно живет в огне. Или, допустим, летун Роджерс…
Я изумленно огляделся.
– Если я правильно понял, вы ставите эксперименты на людях, чтобы создать супергероев или необычных персонажей. Затем вы наблюдаете за ними, а увиденное закладывается в основу сюжетов для комиксов?
– Совершенно верно. Теперь…
Его слова заглушил сильный стук. Странное существо с длинной деревянной шеей кололо орехи металлической головой.
– Молотоголовый, – пояснил доктор. – Наши читатели от него просто без ума! Он захихикал.
– Видели наш последний выпуск? Особенно эпизод, когда он использует голову в качестве расщепителя атомов.
Я сделал вид, будто не расслышал последних слов доктора и попытался поухаживать за Альбинос. Но девушка явно презирала меня за малодушие и считала жалким трусом, который втайне боится даже носорогов.
– Ой-ой! – заорал кто-то из-за дальнего конца стола. Молотоголовый случайно промахнулся и врезал по пальцам Огненному Хвату. – Смотри, куда лупишь, дубина неуклюжая!
– Остынь, головешка, – ехидно парировал тот. Огненный открыл рот для ответа, но, видно, передумал и просто выплюнул шестифутовый язык пламени. Молотоголовый вовремя пригнулся и ядовитый дым попал в глаза Роджерсу-Два-Доллара. Побагровевший от гнева супермен вскочил из-за стола, выхватил непонятное блестящее оружие и направил его на человека-факел.
– Ну сейчас от тебя только искры останутся! – взревел он, и из дула оружия вылетел луч света.
Однако Огненный успел нырнуть под стол, и атомный разряд лишь уничтожил стул, на котором тот сидел. Из-под стола вылетел еще один язык пламени.
Мокряк разинул жабью пасть и плевком загасил огонь – пусть и не элегантно, зато эффективно.
– Ну-ка прекратить! – приказал Норк. – И вон отсюда. Все. Если вы не умеете прилично вести себя в обществе, я напущу на вас Безликого Негодяя.
Мгновенно наступила мертвая тишина.
– Так-то вот, – заявил доктор. – Знаю, чем их пронять.
– А это кто такой?
Лицо доктора Норка помрачнело.
– Одна из моих немногих ошибок, – вздохнул он. – Некоторые мои персонажи ведут происхождение от уголовников, осужденных за неоднократные убийства и содержащихся в исправительной колонии во Французской Гвиане. Оттуда, кстати, я почерпнул и множество сюжетов. Видите ли, персонажи комиксов пользуются наибольшим успехом, если имеют криминальное прошлое.
Я собирался создать супербандита для выпуска новой серии. Человек, которого я взял для работы, оказался потрясающе уродлив. Для начала я решил исправить его внешность с помощью пластической хирургии и одновременно провести психологическую обработку под глубоким гипнозом.
Увы, я слишком хорошо поработал. Психическое раскрепощение произошло раньше, чем закончились пластические операции. Дело в том, что я уничтожил его прежнее лицо, но не успел создать новое, как этот тип исчез. Сбежал.
Представляете, он снимает повязки и обнаруживает, что у него вообще нет лица! Никакого! Стресс плюс изменение баланса мышления привели к рождению супербандита – Безликого Негодяя.
Никто не знает, как он выглядит, ибо он никак не выглядит. У него нет совести, осталась лишь ненависть. Наделенный сверхчеловеческими хитростью и коварством, он умудрился избежать поимки и до сих пор скрывается где-то на острове.
Между тем он поклялся отомстить мне. Он запугивает меня тысячами способов. Я даже подозреваю, что это именно он посылает хулительные письма в газеты, осуждающие производство комиксов.
– Постойте, – вмешался я. – Не он ли написал записку?
И я рассказал доктору о найденном в бутылке послании.
– Точно. Его работа, – кивнул Норк. – Весьма опасный противник.
В комнату ввалилась горилла.
– Простить моя мешает, – извинилась обезьяна. – Однако пора ходить к крокодилам. Мы готовый рисовать, как Чудо-Дитя связывать крокодилий хвосты в морской узел. Если мы успевать это сейчас, вечер можно рисовать, как он душить свой бабушка, да?
– Да. – Норк встал. – Прошу меня извинить. Дела. А вы, верно, утомились. Альбинос проводит вас в вашу комнату.
– Идите за мной, – приказала девушка. – А, может, желаете прокатиться на льве?
– Нет, благодарю. Я уж лучше пешком. Мы вышли из банкетного зала и поднялись по винтовой лестнице. Белокожая блондинка привела меня в роскошную спальню.
– Возможно, небольшой отдых успокоит ваши нервы, – заметила она. В ее голосе слышалось нескрываемое презрение.
– Со мной все в порядке, – заверил я. – Ой… что это?
Раздался жуткий грохот, и потемневшее небо вспыхнуло голубым пламенем.
– Ничего особенного, – захихикала девушка. – Разве что чуть-чуть заштормило, полагаю.
– Ураган? – Я выглянул в окно и убедился, что она не ошиблась.
К тропическому острову на полных парах мчался шторм. Вода на пляже закипала пеной, словно раскаленная лава. Пальмы почти ложились на землю под яростными порывами ветра, который, завывая, дул со всех сторон сразу. Над моей головой трещали занавески, готовые разорваться в клочья.
Девушка зажгла свет, а я повалился поперек кровати, с ужасом ожидая бешеного натиска урагана.
– Фи, да вы просто невозможны, – заявила красотка. – Как, впрочем, и все остальные мужчины, с которыми мне когда-либо доводилось встречаться. Всего на свете пугаются. Я целых пять лет была Белой Богиней Джунглей, и меня уже мутит от этой роли. Постоянно ждешь мужественного красавца, сильного и отважного, который придет и завоюет тебя, как обычно происходит в комиксах. А что взамен? Сплошные задрипанные хлюпики, пугающиеся всего, что ни увидят – львов, змей, ураганов…
– А вы, разве, ничего не боитесь?
– Естественно, нет.
– Уверены?
Тут раздался жуткий грохот, и свет погас. Комната потонула в кромешной тьме чернильного вакуума чрева урагана. Я вздрогнул, однако в темноте уверенно и спокойно прозвучал голос девушки:
– Я ничего не боюсь. Даже Безликого Негодяя.
– Рад слышать. Мне бы вовсе не хотелось причинить вам хоть малейшее неудобство.
– Кто это? – воскликнул я. – Кто это сказал?
– Безликий Негодяй собственной персоной.
– Вы здесь? В комнате?
– Конечно. А где же еще? Гулял, понимаешь, по тайному ходу, ну и дай, думаю, зайду, проведаю гостя, – прошипел неприятный голос. – Жду не дождусь минуты, когда ты попадешь мне в руки.
– Я ничего не слышу и слышать не хочу, – прокричал я, двигаясь на ощупь в сторону двери. Снаружи гремела гроза и жутко завывал ветер.
– Попытка к бегству? – усмехнулся невидимый. – В отличие от меня ты в темноте не видишь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
