Читаем без скачивания Лохотрон для братвы - Александр Сергеевский

Татарин тупо соображал. Постоянных доходов у него не имелось, а тут такое предложение! Скоро тридцать пять, грабить уже надоело. С последнего скачка всего-то компьютер да телек вынесли, чуть не засыпались на реализации да на троих делили. Лажа.

— Иди домой, мамочка! Завтра позвоню. Чего-нибудь придумаем.

Равиль решил посоветоваться с Ящером, баксов все равно не было.

«Может, с адвоката семьсот возвратки содрать, раз работать не хочет? Ох уж эти адвокаты оборзели!» — справедливо подумал он.

У Ящера роман с Флорой был в самом разгаре, так что советы давать ему было некогда:

— Звони Макарычу. Он адвокатов с полоборота разводит.

— Леша! Ты скоро? — пропела длинноногая Флора.

— Щас, лапонька!

9

Макарыч держал юридическую консультацию, он с них мзду получал. Ничего удивительного, у адвокатов тоже иногда с бандитами не складывается, им тоже крыша нужна. Так что «корочки» у Макарыча были нетуфтовые. Он с этими «корочками» много чего для братков полезного делал, особенно для тех, кто засыпался. Он им грев на зоны подгонял и разные другие дела с мусорами или в прокуратуре решал, чтобы пацанам послабуху какую выбить. За взятки, конечно, просто сочувствующих сейчас нет. И это понятно, к этому мы еще вернемся.

* * *

Историю бывшего следователя горпрокуратуры Виктора Ивановича Шахова Макарыч знал. На взятках и погорел этот недостойный работник юстиции. Посадить — не посадили, но из органов вышибли, вот его в адвокатуру и поперло.

Адвокат он был никакой, но иногда вопросы решал через своих бывших коллег в прокуратуре. За что и получил погоняло Прокурор. Своих клиентов он обдирал как липку, на обещания не скупился, а когда подопечные получали солидный срок, разводил руки:

— Не получилось, судья — сволочь!

Много парней по зонам поминают Прокурора нехорошими словами.

— Ты что так с этим придурком носишься? — спросил Макарыч Равиля. — Может, он твой внебрачный ребенок?

— Он мне по косой в месяц отстегивал. — Татарин протянул записку. — Сейчас две обещает. Если получится — будешь в доле. Надо адвокату триста баков догнать.

У Макарыча деньги были, но отдать их Шахову — все равно что в унитаз спустить. Макарыч это знал наверняка.

— Попробуем семьсот вернуть. Другой адвокат — не проблема. Поехали…

Виктор Иванович приехал на стрелу с двумя телохранителями, те деловито осмотрели крыши и окна окружающих строений. Только после этого Шахов вытащил из машины свое нескладное тельце.

«Весь на понтах! — подумал Макарыч. — Видать, Константинова перечитал, теперь приблатняется».

— Виктор Иванович, вы делом Чернявенького занимаетесь. Какие там перспективы? — спросил старикаша.

— Он мне еще триста должен. Привезли, что ли? С судьей я уже договорился, все будет о'кей. Выйдет из зала суда условно. Дело плевое, развалю за две минуты, — вдохновенно соврал адвокат, хотя дело он не читал.

Макарыч разозлился:

— Прокурор, что ты гонишь? Тебе напомнить, сколько пацанов с твоей лапшой по зонам маются? Рано или поздно тебя разорвут, не ускоряй события.

Такого поворота Шахов не ожидал. Он неуверенно посмотрел в сторону своих охранников. Равиль мощной грудью перекрыл обзор.

— Не суетись, никто тебя здесь не тронет, — продолжал Макарыч, — и не вздумай пальцы крутить. «Адвоката-2» из себя корчишь, козел! С тебя возвратка!

— Но я работал! — вяло запротестовал Виктор Иванович. Про Макарыча он тоже был наслышан, даром, что ли, этот парень навел движения на всех зонах области. Конфликтовать с ним в планы Шахова не входило.

— Перетрудился, бедненький, не пропотел? — не отпускал инициативу Макарыч. — Может, тебя вообще без клиентуры оставить? Будешь только разводами заниматься. Соответствующую рекламу я тебе сделаю, — блефанул он. — Гони бабки, мусор!

— У меня столько с собой нет, — быстро сдался Виктор Иванович, отмусоливая в кармане несколько стодолларовых купюр из пачухи, на свет появилось пять соток…

Испуганный адвокат в расстроенных чувствах резко нажал на газ, унося с собой долгую память о потерянных деньгах.

Парни рванули в другую сторону с пятьюстами баков, взятых без особых хлопот и волокиты.

— Пускай двушкой подавится, петух гребаный. — Оба прекрасно понимали, что Прокурор от них будет ныкаться.

Шахову не впервой было возвращать гонорары, жизнь научила его, в отличие от других подобных деятелей, делать это легко, ведь здоровье — далеко не лишний предмет ширпотреба. Спорить не будем. Разумно…

10

Георгию Кротову еще на три месяца продлили срок предварительного заключения. Теперь уже за подписью самого Генерального прокурора России.

Ничего удивительного, дело его было непростое. Ему следователи шили ни много ни мало похищение. Эти следователи ну никак не могли найти одного импортного гражданина. Господин этот прибыл к нам из туманной Великобритании всего-навсего в качестве спонсора Игр доброй воли.

Вот он приехал к нам с берегов далекой страны, чтобы своим присутствием осчастливить эти грандиозные соревнования. Ну конечно, самое главное начальство его обнимало и хлебом-солью приветствовало: «Не изволите ли, мол, шампанского там с лимончиком откушать? Или еще чего…»

Ну сами знаете, с богатыми интуристами у нас особо не церемонятся. Апартаменты в «Гранд-Отеле» выделили, мол, очень ждем, когда вы раскошелитесь, свое-то у нас уже почти все украдено: «Без ваших миллионов мы уже давно на подсосе живем, даже скучно стало в пустой казне ковыряться, а тут еще это международное мероприятие затеяли, так что не пора ли доставать чековые книжки?»

Гость наш британский со словами: «Ее, ее! Оф коз! Ту морроу!» — завтра, значит, — вместе с чеками, визитками, кредитками и другими чемоданами в «суперлюкс» свой зашел, и больше его никто не видел. Исчез загадочно. Он со всеми причиндалами сгинул. Будто в окно сиганул.

Мэр наш и другие заинтересованные лица сразу, конечно, кипиш подняли. Операции «Перехват», «Сирена» и так далее… Интерпол осведомили…

Все без толку. Будто в ванной утонул или еще где… Короче, ушел по-английски, за банкеты и смятую постель не расплатившись. Говорят, что с ним еще что-то отечественное пропало, но это так, догадки…

Какие-то мелкие служащие или уборщицы говорили, что видели этого лондонского гражданина корейской внешности вместе с нашими бандитами, вроде как с завсегдатаем отеля Жорой Кротовым. Они вместе, мол, в номерах выпивали до поросячьего визга, вот потом приезжий — господин корейской национальности и подцаный Ее Королевского Величества так где-то и пропал без вести.

Начальники наши, конечно, поохали, погоревали, но делать нечего: органы отечественные и импортные этого олигарха так нигде и не обнаружили. Игры доброй воли на радость народонаселения и на горе бюджетников, конечно же, с размахом провели. А Кротова и еще двух определенной внешности хлопцев по приметам арестовали. Потом за Жорой еще что-то крупное раскопали, типа пропажи годового урожая хлопка в одном из среднеазиатских государств, правда, в качестве соучастника какого-то уже доморощенного то ли мошенника, то ли чиновника. Но это тайна следствия, там нашему носу присутствовать запрещается.

Так что прокуроры Кротову, в определенных кругах Кроту, второй год санкцию продлевали и содержали его под стражей в известном следственном изоляторе на улице Лебедева. Как раз в той самой камере, где Юра Чернявенький отдыхал от трудов своих неправедных.

Нельзя сказать, чтобы Кроту совсем худо в этой камере было. Лучшее место, телевизор с видиком, телефон с антенной, колбасы-деликатесы всякие, короче, все схвачено, уважение вокруг опять-таки. Чего только для авторитетного человека с деньгами не сделаешь!

Но всегда русскому мужику хотелось свободы. Ради свободы русский народ на все пойдет. Он все богатство свое на разграбление готов отдать, лишь бы кто объявил его свободным. И не только свое, но и богатство всей страны за это ласкающее слух слово готов профукать, лишь бы знать, что можно ходить куда хочется или ехать в дальние страны. Если денег хватит, если не все профукал. Короче, грабьте, но как в песне поется: «О дайте, дайте мне свободу…» — и потом чего-то там то ли прикупить, то ли искупить, позор, кажется…

Неизвестно, причастен ли Жора к похищению интуристов и узбекского хлопка, но свободу свою после прокурорского постановления решил он прикупить в суде по месту содеянного. Сговорился он вместе с адвокатами заплатить деньги в суд за изменение меры пресечения. А так как все знают, что суды у нас неподкупные, придумано было взятку дать. Так проще — без квитанций и бюрократии. Стало быть, юристы Жорины составили нужные бумаги и в соответствующие судебные заседания отправили.

Не странно ли, но вопросами пресечения в этом учреждении как раз Василий Иванович Репкин и занимался. Тот самый, что Глеба условно засудил якобы за взятку в пять тысяч долларов, которую якобы зять ему всучил. Воистину, мир тесен.