Читаем без скачивания Комбат. За личное мужество - Андрей Воронин

Вдруг дверь резко распахнулась, и Рублев, который интуитивно просчитал подобную ситуацию и поднялся вверх по лестнице, увидел тех же «спецназовцев», которые спешно покидали квартиру, вынося на руках одного из своих, истекающего кровью.

В квартире все было перевернуто вверх дном. На полу в прихожей лежал серьезно раненный эксперт. Над ним сидел, пытаясь хоть как-то помочь, следователь с пистолетом в руке. Василий Титовец стоял, прижавшись спиной к стене, и напряженно высматривал через распахнутое окно кого-то на улице.

– Что здесь случилось? – спросил Рублев.

– Вызывайте «скорую»! – распорядился следователь, а затем, доковыляв до окна, из которого доносился гул мотора отъехавшего микроавтобуса, крикнул водителю «уазика»: – Чего стоишь?! Догоняй! Это не спецназ!

Тем временем из-под стола выползла Серафима Карловна.

Почему-то понизив голос, она сообщила:

– Я вызвала «скорую».

– Спасибо, – кивнул ей следователь.

– Кто это был?! – возбужденно поинтересовалась Серафима Карловна. – И что им было нужно?

– Кто ж их знает, – покачал головой Титовец. – Форма и маски у них старые, будто какой-то военный склад грабанули.

– Они что-то искали, – догадалась Серафима Карловна.

Рублев посмотрел на растоптанных на полу мыльных солдатиков.

Титовец перехватил взгляд Рублева и, понизив голос, сообщил:

– Я вспомнил, где я видел точно таких солдатиков.

Рублев, оглянувшись на Серафиму Карловну, которая не то проверяла, работает ли ее мобильник, не то пыталась кому-то дозвониться, поспешил отвести Василия подальше.

– Это было в госпитале. Помнишь, я там с месяц валялся после ранения, – продолжил Титовец.

Рублев кивнул.

– Да, так вот там у нас была медсестричка Поля. За ней многие пытались ухаживать. А один боец, его, кажется, Костей звали, подарил ей точно таких же вырезанных из мыла солдатиков. Она их взяла и сказала: «Павлику своему отнесу. Ему понравится». Так мы все узнали, что у Поли есть сын Павлик. Что потом было, я не знаю. Выписался.

– Но Марусе этих мыльных солдатиков вроде как подарил Санек.

– Да-да, Санек! Маруся сама мне хвасталась! – опять встряла в разговор Серафима Карловна.

Но тут в квартиру вбежали врачи и полицейские, которых, очевидно, привез водитель, пытавшийся догнать микроавтобус с фальшивыми спецназовцами. «Вездесущая Серафима» тут же поспешила к ним.

Рублев и Титовец, который все чаще поглядывал на часы, не сговариваясь, покинули квартиру.

Глава 2

Когда муж, не предупредив, в очередной раз куда-то смылся, Лиза Малиновская подумала о том, что лучшее, что она от него получила, это фамилию.

«Лиза Малиновская», конечно же, звучало более благозвучно, чем «Лиза Рубинштейн». Хотя отчим, который подарил им с матерью не только более чем безбедную жизнь, но и свою, уже увековеченную в верхних строках «Форбса» фамилию, даже немного обиделся, когда Лиза, которую он баловал, как родную дочь, выйдя замуж, поспешила перейти на фамилию своего избранника – молодого сотрудника его дочерней фирмы. Но приданое, которое отчим дал приемной дочери, от этого не уменьшилось. Загородный дом, две машины, солидный счет в банке позволяли молодым жить, не думая о завтрашнем дне. Господин Рубинштейн, который начинал в лихие девяностые с обычных, простейших «купи-продай» операций, считал, что зять должен работать, и отдал ему в управление ту самую дочернюю фирму, в которой тот работал. Александр Малиновский по образованию был программистом и среди коллег считался одним из самых продвинутых специалистов. Но если как программист Малиновский шел от успеха к успеху, то как организатор и руководитель он оказался беспомощным. К тому же его бывшие сослуживцы, преимущественно представительницы слабого пола, всякий раз старались напомнить ему о том, благодаря чему он стал над ними начальником.

Самым же неприятным для Лизы было то, что на светских раутах ее бывшие подруги, девушки из высшего общества, откровенно смеялись над Малиновским, особенно когда он напивался, в чем, очевидно, сказывалась дурная наследственность: его мать, как он сам признался ей еще перед свадьбой, была алкоголичкой. Воспитывали его бабушка и тетя, но при этом Малиновский окончил математическую школу, получил прекрасное университетское образование. И если бы не случайное знакомство с Лизой, очаровательной, яркой блондинкой модельной внешности, с огромными голубыми глазами, вполне возможно, он бы уже давно укатил за границу, где компьютерщики его уровня ценились на вес золота.

Лиза ко времени их знакомства тоже получила блестящее образование: она окончила МГИМО, владела несколькими языками и даже интереса ради поработала на одной из принадлежащих отчиму фирм переводчицей. Малиновский приехал как-то устанавливать новые программы на ее домашний компьютер, потом они случайно встретились в одном из ночных клубов, и понеслось. Лиза с детства привыкла к тому, что ей всегда покупали все, что она хотела. Александр Малиновский, красивый, умный, обходительный, а главное, как ей показалось, абсолютно равнодушный к ее положению в обществе и богатству, стал для нее не то новой игрушкой, не то непреодолимой страстью. Так или иначе, Лиза очень скоро почувствовала, что жить без него не может.

Свадьба, медовый месяц, переезд в новый дом… Лиза была влюблена и старалась не обращать внимания на неприятие ее избранника матерью и отчимом, насмешки подруг. А Малиновский чем дальше, тем больше комплексовал. Ведь его хозяин, а теперь еще и тесть неустанно давал ему понять, что терпит молодого человека лишь из-за Лизы, которой тот недостоин.

Лиза тоже начала нервничать, срываться. А потом вдруг Малиновский стал пропадать из дому. На неделю, две. Иногда всего на несколько дней. Говорил, что ездил зарабатывать деньги. И действительно привозил немалые суммы. Именно привозил. Деньги не перечисляли ему на счет, а почему-то выдавали в серебристом, запертом на кодовый замок дипломате. Об этих деньгах Лиза никому не рассказывала, а Малиновский, страшно усталый, но счастливый, разрешал молодой жене потратить их все на себя.

Как раз в это время у них в доме появился новый охранник Константин. Этот высокий мускулистый, стриженный под нуль молодой человек в отсутствие Малиновского сопровождал Лизу в город и так зазывно поигрывал бицепсами, что в конце концов госпожа Малиновская сама не заметила, как заволокла его в свою постель. Они стали любовниками. Более того, Лиза доверилась Константину настолько, что попросила последить за Малиновским и выяснить, куда же тот исчезает и откуда привозит чемоданы денег. О том, что будет дальше, Лиза старалась не думать. Развод сейчас для нее был бы не лучшим решением. Она представляла, как будут издеваться над ней все родные и подруги, напоминая, что предупреждали ее о том, что красавчик Малиновский – герой не ее романа.

Теперь Лиза, сидя за сервированным на двоих столом, ожидала свой утренний кофе и нервно теребила салфетку. Эту привычку не смогли вытравить из нее ни мать с отчимом, ни нянечки. Лиза надеялась, что если не Малиновский, который ведь мог появиться так же неожиданно, как исчез, то хотя бы охранник Константин разделит с ней завтрак. Но кофе Лизе пришлось пить в одиночестве.

Горничная Алевтина, строгая, энергичная, хотя ей было далеко за сорок, женщина, налила Лизе в чашку кофе из дымящейся джезвы и поставила ее на специальную подставку на столе.

С детства приученная жить с прислугой, Лиза во взаимоотношениях с горничными, поваром или садовником никогда не переходила черту. Ей и в голову не могло прийти пригласить Алевтину присесть с ней за стол. Константин был, пожалуй, единственным исключением. Лиза еще не знала, какие последствия эта ее связь будет иметь. Кто-то из подружек рассказывал ей, что теперь модно стало устанавливать потайные видеокамеры, с помощью которых хозяева наблюдают за прислугой, мужья за женами, а родители за детьми. И если отчим тоже поставил в этом подаренном ей доме видеокамеры, то, вполне возможно, он уже в курсе ее связи с охранником. Но тогда остается непонятным, почему он никак на это не реагирует.

– Алевтина! – окликнула Лиза горничную, которая уже собиралась уходить. – Вы не знаете, где Константин?

– У него сегодня выходной, – сухо и, как послышалось Лизе, с издевкой ответила Алевтина.

– Как только он появится, попросите его зайти ко мне, – распорядилась Лиза.

– Конечно, – так же сухо пообещала Алевтина и спросила: – Я могу идти?

– Да, спасибо, – кивнула Лиза, сделала несколько глотков кофе и задумалась.

Малиновский так и не появился. И она, увлеченная Константином, даже не могла сказать, сколько точно дней его не было. Константин же обычно всегда предупреждал ее о своем отъезде в город заранее. Лиза поймала себя на том, что отсутствие Константина тревожит ее больше, чем отсутствие Малиновского.

С той минуты, когда Константин впервые дотронулся до ее тела, будто заряд пробежал между ними. Как только она пускала свои чувства и мысли на самотек, они стремительно возвращались к одному и тому же. Это произошло в бассейне. Она случайно поскользнулась и упала в воду. Как раз в этот момент Константин зашел, чтобы что-то ей передать, и, решив, что она не умеет плавать, бросился в воду – в чем был, в брюках и рубашке, которая потом, когда он вытащил Лизу из воды, так сексуально прилипла к его накачанному телу.