«топ-топ-топ» женских каблучков по качающемуся причалу заглушил звук начавшего медленно вращаться трехлопастного пропеллера.
— Залезай! — повторил Джимми, снова спрыгнув на причал. Он вытащил пару наушников и сунул одни Шону. — Мы убираемся отсюда, — сказал он так взволнованно, как будто занимался контрабандой наркотиков, а на хвосте у него висели федералы.
Шон взял наушники, но не смог отвести глаз от этих длинных ног и сверкающих туфель. Причал покачивался на волнах, и Шон ожидал, что каблуки подломятся, лодыжка подвернется, а женщина свалится в озеро.
— Залезай, — повторил Джимми.
Бросив последний взгляд на женщину, Шон по трапу вошел в маленькую кабину. Для большего удобства Джимми убрал первый ряд сидений, но самолет все равно оставался откровенно тесным. По крайней мере, для мужчины ростом в сто девяносто сантиметров и весом в сто килограммов. Шон занял место у правого борта и повесил на шею блютуз-наушники. Они напомнили ему о наушниках «Монстр битс», которые он надевал, когда тренировался, только эти были более технологичными и снабжены маленьким микрофоном, который торчал у рта. Шон, надевая наушники, наклонил голову, чтобы посмотреть в окно. Он видел много ненормального дерьма в своей жизни, но конкретно это стояло на одном уровне с поющими собаками, говорящими рыбами и играющими в баскетбол слонами.
Прошло несколько мгновений, прежде чем вся эта груда белого появилась в окне. Звук пропеллера стал громче, лопасти били по воде и заставляли фату кружиться вокруг лица женщины. Джимми попытался справиться со всей этой прозрачной пеной кружев, а потом женщина исчезла. Шон задумался, как она собирается забраться вместе со всеми кружевами в «Морского кузнечика». Он вставил маленькие гелевые вкладыши от наушников в уши и поправил микрофон у левого угла рта. Прошло еще несколько секунд, и кружево протолкнулось в дверь. По радио женский голос приказал:
— Подтолкни, Джимми!
Шон мог бы помочь, если бы знал, где схватить. Ему было видно лишь верхушку хрустальной короны, копну светлых волос и метры фаты. Он не думал, что должен тащить женщину за волосы. В этом плане он был воспитанным парнем.
— Как подтолкнуть? — спросил Джимми.
— Я не знаю. Просто подтолкни!
Одной рукой женщина схватилась за металлическую раму сиденья пилота, а потом как пробка от шампанского кружево ворвалось в кабину со сдержанным «пуф».
Шон посмотрел на белый взрыв. Платье затопило его ноги и при ближайшем рассмотрении оказалось еще ужасней. С каждой минутой все становилось еще более ненормальным. Наверно, стоило притормозить с «Серым гусем».
Джимми отвязал «Морского кузнечика», забрался в кабину, поверх шлема надел наушники и закрыл за собой дверь. Понажимал кнопки, пощелкал выключателями, и самолет оторвался от причала.
— Пристегнитесь, — сказал Джимми в микрофон, когда они начали двигаться к красному бую в центре озера.
Маленький самолет качнулся. Женщина у ног Шона попыталась встать на колени. Он услышал «бум!», и тут случился полный коллапс. Женщина полежала лицом вниз несколько секунд, прежде чем смогла перевернуться на спину. «Морской кузнечик» повернул направо и начал набирать скорость.
Глаза женщины были закрыты, а маленький микрофон торчал у угла пухлых красных губ. Алый рот ярко контрастировал со всем этим белым. Губы шевельнулись, и Шону почудилось, что он услышал шепот:
— У меня очень-очень большие проблемы.
Когда гидросамолет пронесся над озером Юнион, женщина то ли застонала, то ли всхлипнула. Верхняя часть платья не до конца перевернулась вместе с ней, и казалось, что ее правая грудь вот-вот вывалится. Большая идеальная грудь, распиравшая все эти стразы, пришитые к атласу. Может быть, Шону стоило помочь ей уладить проблему с платьем и поправить буфера. Он очень хорошо справлялся с поправлением буферов. И был очень в этом полезен.
Женщина отодвинула фату с лица и выплюнула прядь волос изо рта. Открыла темно-синие глаза, немного дикие и сумасшедшие, с длинными черными ресницами. Не то чтобы Шон обычно замечал женские ресницы, но эти было трудно не заметить. Щеки женщины были почти такими же белыми, как и платье. Она глубоко вдохнула, ее грудь поднялась и опала. Натянула ткань платья так, что стразы едва не оторвались. Гидросамолет поднялся, и в этот раз Шон совершенно точно услышал, как она сказала:
— Не могу поверить, что только что сделала это. Меня убьют.
Шон усмехнулся и щелкнул ремнем. Его смешок превратился в смех от души, заглушенный ревом двигателя в триста лошадиных сил. Он подозревал, что в конце концов кто-то вовсе не собирался выходить замуж.
ГЛАВА 2
ЛЮБИ ВСЕМ СЕРДЦЕМ, НО ВСЕГДА ДЕРЖИ В ГОЛОВЕ ПЛАН ПОБЕГА
Алексис Мэй Ковальски положила ладонь на живот и закрыла глаза. Джимми умудрился надеть ей наушники, но сквозь них до нее долетел чей-то смех. Не Джимми, хотя в этот момент Алексис было наплевать. Пол под ней качался и кружился, но не «Морской кузнечик» заставил все внутренности подскочить к самому горлу.
— Меня сейчас стошнит, — прошептала она.
Мысли об отце, который ждал ее в холле «Фейрмонт», чтобы повести к алтарю, заставляли желудок болезненно сжиматься. Родители были против ее брака с Питером Далтоном. Мама считала, что Лекси должна подождать. Отец — что Пит слабак. Они оба не могли поверить, что Лекси выходит замуж за человека, которого встретила в реалити-шоу. И во всем были правы, но Лекси слишком захлестнула лихорадка «Давай поженимся!», чтобы прислушиваться к их словам.
Она действительно сделала это. А ведь были моменты, когда разумная половина поднимала голову и заставляла Лекси остановиться и подумать. И в те несколько моментов здравомыслия рациональный ум напоминал ей о хороших и веских причинах отказаться от свадьбы. И самыми важными были:
1. Она не любит Пита.
1. а. Ни капельки.
В те несколько мгновений рационального мышления Лекси знала, что брак с ним — безумие. Мучительная тревога заставляла желудок сжиматься, а дыхание застревать в горле, и она чувствовала, что вот-вот закричит что есть силы: «Я не могу выйти за Пита!». И вдруг отрицание успокаивало ее как теплая ванна с розовыми лепестками, и Лекси встречала его с распростертыми объятиями. Отрицание шептало в ее голове успокаивающую ложь и говорило именно то, что она хотела услышать:
1. Пит кажется милым парнем.
1. а. У него хорошие манеры и широкие взгляды.
2. Она могла бы со временем полюбить его.
2. а. Он был симпатичным и выбрал ее из двадцати женщин.
3. Самостоятельно у нее не очень-то получалось выбирать хороших мужчин.
3. а. Она была обречена выбирать плохих парней, свидетельство тому ее предыдущие бойфренды:
(1) Тим.
(2) Рокки.
(3) Дэйв.
4. Миллионы людей думали, что они с Питом
