Читаем без скачивания Гордость Завоевателя - Тимоти Зан

Холлоуэй посмотрел на тахионный дисплей и сдвинул брови. Возможно, на этот раз все будет иначе.

— Да, — тихо сказал он. — У нас остается «Цирцея».

Глава 2

Только после обеда, когда убрали пустые тарелки и подали кофе со льдом, Николай Донезаль наконец задал вопрос, которого с самого начала ожидал лорд Стюарт Кавано.

— Итак, — промолвил Донезаль, осторожно отхлебывая напиток и слизывая с верхней губы хрустящие иголочки льда, — не пора ли поговорить о деле? Или будем делать вид, что ты явился сюда исключительно из ностальгических чувств?

— Что мне всегда нравилось в тебе, Николай, — улыбнулся Кавано, — так это поразительное сочетание душевной тонкости и прямоты. Во время обеда ты ни словом не обмолвился о деле, после чего сразу же взял быка за рога.

— Проклятые годы, — печально отозвался Донезаль. — Я обнаружил, что если за обедом порчу себе аппетит, то к вечеру уже ни на что не гожусь.

Он бросил на собеседника лукавый взгляд и добавил:

— А у меня всегда пропадает аппетит, если во время еды я отклоняю просьбу гостя.

— Просьбу? — Кавано невинно захлопал ресницами. — Кто тебе сказал, что я пришел сюда с просьбой?

— Долгий жизненный опыт, — сухо ответил Донезаль, — помноженный на многочисленные истории, которые ходят о тебе в кулуарах Парламента. Если даже половина из них правдива, то твоя длинная карьерная лестница сложена из чужих голов.

— Бессовестно врут мои коллеги-парламентарии, — отмахнулся Кавано: — Им просто завидно. Донезаль приподнял бровь:

— Не просто завидно, а сильно завидно. И возражения тут не нужны. Я прекрасно понимаю: невозможно достичь столь многого, не обзаведясь при этом уймой врагов.

— Ну, я надеюсь, что нашел и друзей, — ухмыльнулся Кавано.

— Не сомневаюсь, — кивнул Донезаль, — но враги, как всегда, голосистей. Ну, для нас крикуны и критиканы — неизбежное зло. Как бы там ни было, за обед платишь ты, а значит, я просто обязан выслушать тебя.

— Спасибо. — Кавано достал из внутреннего кармана планшет. Открыв его, вызвал нужный файл и двинул планшет по столу к Донезалю. — Я предлагаю очень простую вещь. У меня возникла идея перенести часть моих центаврианских операций на Массиф.

— Ну, конечно, — проговорил Донезаль, бегло просмотрев первую страницу и вызвав следующую, — ты хочешь закрепиться в Лорейне и Нивернейсе. Понятно. Хороший ход — скачок цен на иридий сильно ударит по этим районам. А притоку финансов в легкую промышленность все только обрадуются.

Он пристально посмотрел на Кавано:

— Так чего ты хочешь от меня? Свободную территорию или просто снижение налогов?

— Ни того ни другого, — ответил Кавано, мысленно скрещивая пальцы на удачу. Донезаль славился острым и практичным умом и считался человеком чести. Но за время его службы на Тале, родной планете бхуртала, произошло несколько неприятных историй, связанных с пришельцами. — Мне нужно разрешение Севкоора на доставку парочки орбитальных баз в анклавы даалиан и аурлиан.

Лицо Донезаля на мгновение окаменело.

— Понятно, — проговорил он. — Интересно, что сан-даал и аурлиане могут предложить такого, что не под силу нашим колонистам?

— Честно говоря, я сам не знаю, — пожал плечами Кавано. — Именно это я и надеюсь выяснить.

— Например, не станут ли они рынком дешевой рабочей силы? — предположил Донезаль. Стюарт только покачал головой:

— Например, какие идеи и новшества мы сможем получить от нечеловеческих интеллекта и технологии. Эти орбитальные базы — не для производства, а для исследований и научных разработок.

Донезаль снова заглянул в файл; Кавано видел, как борется в собеседнике здравый смысл с горечью воспоминаний.

— Тебе, конечно, известно, что полгода назад командование миротворцев и Торговая палата приняли решение отстранить нечеловеков от производства военной техники.

— Естественно, — согласился Кавано. — Но мы собираемся работать над гражданскими проектами. Все военные заказы миротворцев будут выполняться на секретных заводах Эвона и Центавра.

Донезаль задумчиво потер лоб:

— Не знаю, Стюарт. Пойми, я ничего не имею против сандаал и аурлиан. И, конечно, я был бы только рад, если бы ты построил на Массифе свой завод. Но Торговая палата сейчас начеку, и, признаться, термин «гражданские» вряд ли подходит к любым работам по электронике. Когда речь идет о высоких технологиях и искусственном интеллекте… о твоей, собственно, сфере интересов… тут особой разницы между военными и гражданскими проектами нет. До сих пор этим занимались исключительно люди, и многие считают, что лучше оставить все, как есть. Иначе, случись какая заваруха, беды не оберешься.

— Возможно, — кивнул Кавано. — Но, с другой стороны, если считать, что Содружество — только для людей, какая-нибудь заваруха обязательно случится.

— Ну, — поморщился Донезаль и проворчал, уставившись в пустую тарелку, — миротворцев трудно застать врасплох. Если бы ты видел, сколько денег они выкачали из казны! Ладно, дайка взглянуть еще разок.

Кавано отхлебнул кофе из чашки и принялся оглядывать обеденный зал Парламента. И сразу же на него нахлынули воспоминания о прежних днях. Стюарт действительно пришел сюда по делу, но замечание Донезаля о ностальгии вовсе не было лишено оснований. Когда правитель грампиан на Эвоне предложил ему кресло в Парламенте Северного Координационного Союза, Кавано не выказал особой радости. Он долго сопротивлялся, тем более что был знаком с многими грампианами, которые мечтали о подобной чести. Но правитель все-таки настоял на своем. И теперь Кавано первым готов признать, что шесть лет, пока он заседал в Парламенте, были самыми интересными и насыщенными годами в его жизни. До этого он двадцать лет создавал небольшую империю по производству электроники, а потому оказался не готов к стилю жизни и работы правящей верхушки. Естественно, это было сразу замечено. И Кавано подозревал, что в кулуарах даже заключались пари: сколько продержится эвонец — новый представитель от Грампианского округа и не сойдет ли он с дистанции на первом же круге политических гонок.

Но Стюарт всех удивил. Он быстро свыкся с новой обстановкой и научился вовлекать в союзы и коалиции политиков, с которыми сходился хотя бы в отдельных пунктах. Эти странные союзы оказались весьма плодотворными. Они скоро распадались, но все же успевали выполнить задачи, которые Кавано перед ними ставил. Он стал непревзойденным мастером политического давления, и о нем сразу же пошла дурная слава. А если сейчас он уговорит Донезаля, в кулуарах Парламента поднимется новая волна слухов.

Краем глаза Кавано заметил моложавого парламинистра за дальним столиком, что-то с жаром доказывающего коллегам, сидящим вокруг. Поскольку обеденный час уже прошел, в зале осталось немного парламинистров. Но в последнее время в верхнюю палату избирались ведущие промышленники и главы крупнейших фирм, так что Кавано углядел за столиками нескольких знакомых. За эти годы они неоднократно ломали друг с другом копья по разным вопросам. Симоне из Великобритании, Александра Карпонова с Надежды, Кляйн с Проспекта…

Взгляд Стюарта как раз добрался до Кляйна, когда лицо парламинистра приобрело отсутствующее выражение.

Кавано повернулся к Донезалю и увидел, что его взгляд тоже стал отрешенным.

— Срочный вызов?

— Да. — Донезаль вынул из кармана изящный планшет и добавил, вглядываясь в бегущие строчки: — Общая тревога по Парламенту. Что-то случилось в…

И осекся.

— Мне нужно идти, — резко сказал он, засовывая планшет в карман и поднимаясь со стула.

— В чем дело? — Кавано тоже встал, складывая пальцы в особый знак. — Что случилось?

— Не было подробностей, — ответил Донезаль, направляясь к двери. Кавано заметил, что остальные парламинистры тоже поспешили к выходу. — Позвони мне попозже. А еще лучше, позвони своему парламинистру. Я уверен, что Джейси Ван-Дайвер будет рад тебя услышать.

Кавано шагнул в сторону, и тотчас рядом появился Адам Квинн, начальник его охраны.

— Что-то случилось, сэр? — тихо спросил он.

— Да, — подтвердил Стюарт и повернулся к Донезалю: — Давай, Николай, продолжай. Ты ведь мне кое-что должен.

Донезаль замер и бросил на Кавано укоризненный взгляд. А когда он посмотрел на Квинна, взор стал испепеляющим.

— С Доркаса идут дозорные корабли, — выдавил он. — Наверное, силам миротворцев пришлось туго.

Кавано оторопело смотрел на него, чувствуя, как в груди просыпается застарелая боль.

— И каким именно частям миротворцев?

— Понятия не имею, — хмуро ответил Донезаль. — Какая разница?

— Большая, — пробормотал Стюарт.

Возле Доркаса находилась «Киншаса», на которой служил Фейлан. И если именно это подразделение миротворцев разбито…