так принято. И ради удобства — бесплатная кухарка, уборщица, прислуга, любовница — это топчик. Платить не надо, просто пользуйся. Еще и детей родит, обеспечит потомством. И заработает сама, в семью денег принесет. Настроение ужасное — вытерпит, а если надо — то еще и оплеуху или скандал. Как вариант, чтобы никуда не делась, можно сделать из нее домохозяйку и тогда уже отрываться по полной, давя на ее зависимость и «кому, кроме меня ты нужна вообще с детьми и с голой задницей? Сиди тихо, борщи вари»
И женщине некуда деваться. А потом… когда совсем интерес к жене теряется, находят девочку помоложе и поинтереснее, заводят любовницу. Или уходят к ней. Тут все зависит от того, насколько держит вместе совместно нажитое имущество. Не дети, как известно детьми мужчину не удержать.
Я вот самый яркий тому пример. Лана рассказывала, что как только мой папаша увидел две полоски, сразу открестился и от нее и от меня. Только пятки сверкали, когда по лестнице от нее сбегал. И это несмотря на деньги, которых у него было много. Просто послал Лану, пригрозив, чтобы не совалась к нему со своим ребенком. У него и в браке официальных троих детей хватает.
Маму не защищаю. Любовницей согласилась стать сама, по молодости имела неосторожность быть дурочкой и носить розовые очки. Зато я их никогда и не одевала, поскольку с детства цену мужскому вниманию видела и знала.
Когда мне было три, у мамы случилось знакомство с «эскортом» и она нашла себя в нем идеально. Так бывает, да. Лана любит секс, подарки, деньги, а мужчинами просто пользуется. Говорит, когда розовые очки разбились стеклами внутрь, жить стало намного проще. Сердце один раз отболело и превратилось в сверкающий, прочный бриллиант. Он ни одному мужчине не по зубам.
Я тоже такой хочу, чтобы никогда не страдать.
И поэтому меня очень нервирует очевидная симпатия, которая появляется к Гордею. Есть в нем что-то, что цепляет. Дурацкая ухмылка? Или внешность? Шикарная, что уж тут, правду нужно признать. Хорош. Слажен идеально, руки мужские с длинными, идеальными пальцами, прическа как я люблю — не коротко, но и не длинно. В глазах огонь направленный на меня. И юмор зачетный. Далеко не все умеют шутить и тем более понимать мои дурацкие шутки и сарказм.
После учебы кормлю Бусю, долго кручусь перед зеркалом, выбирая наряд для встречи. Гордей пригласил в бар и одеть туда можно что угодно. Даже джинсы подойдут. Но я решаю использовать встречу с ним как тренировочную перед Леоновым.
У меня с мужчинами вообще нет опыта, так что нужно приобретать. Надеваю короткое черное платье с глубоким вырезом, босоножки с золотыми ремешками и наношу на губы яркую алую помаду. Вот так я точно не похожа на себя обычную. В этом образе я настоящая роковая соблазнительница.
Чем ближе подъезжаю к бару, тем сильнее волнуюсь. По коже начинают бегать толпы мурашек. То и дело смотрю в зеркальце на козырьке, чтобы проверить не размазалась ли помада.
Гордей встречает меня у входа. Он разговаривает с кем-то по телефону, но как только замечает меня, выходящую из машины, сразу вешает трубку.
— Привет, — его телефон исчезает в кармане брюк. Сегодня он нравится мне намного больше. Рубашка черная, галстук отсутствует. Волосы приведены ветром в полный беспорядок.
— Привет, — ставлю мини-купер на сигналку, — я ненадолго.
— Хорошо выглядишь, — игнорируя мое заявление, Гордей протягивает ладонь и за талию прижимает к себе. Его губы оставляют на моей щеке легкий поцелуй, — и пахнешь, феечка.
— Меркантильная, — напоминаю я.
— У каждого свои недостатки, — он жмет плечами, скользя взглядом по моему лицу. Подвисает на алых губах, но поцеловать их не пытается, — к тому же, у меня денег много, так что я вполне могу позволить себе девушку, даже с самыми высокими запросами.
— Девушку? — кладу ладонь ему на грудь и мягко пытаюсь отодвинуть. Пахнет Гордей очень приятно и в точности как я. Забавно, что мы оба выбираем Тома форда «Lost Cherry». Аромат унисекс с нотами вишни, миндаля и древесины. Если закрыть глаза и прислушаться, то можно почувствовать жасмин и турецкую розу, а еще сандал и белый кедр, — мне кажется, ты меня с кем-то спутал.
— Я так не думаю, — уверенность в голосе Гордея меня напрягает, — идем. Ты не против посидеть за стойкой?
— А столиков нет?
— За столиком неудобно, далеко к тебе тянуться, — сообщает шепотом на ухо, пока его ладонь по-хозяйски лежит на моей талии. Гордей направляет нас обоих в сторону барной стойки, где есть пара свободных мест, — а я хочу трогать. Вчерашние фото заставили меня думать о себе слишком много.
— Это которые? С Бусей или мусорным ведром?
— Пятка, феюшка, — Гордей отпустил меня, позволяя сесть на высокий стул и показал знак бармену. Парнишка улыбнулся в свои тридцать два. Передо мной тут же появился шикарный брендовый пакет Виктории сикрет.
— Оу, — такого я не ожидала.
— Там, на твое маленькой розовой пяточке был указал размер груди — "75В". И я решил, что это твой очередной меркантильный намек. Так что вот, — Гордей развел руки, — и телефон тоже внутри.
— Пятка ни на что не намекала, — откашлялась я, краснея. Вот честно, даже мысли разводить Гордея на дорогое белье не было. Этикетка во время примерки приклеилась намертво сама. Производители иногда их так делают, что не оторвать. Стыдно признаться, но этот маленький клейкий клочок бумаги до сих пор на пятке частично. Не отодрала.
— Но я возьму, спасибо, — не стала отказываться я.
Глава 03 1. Ты себя продаешь, я покупаю
— Ты нравишься мне все больше и больше, — чувственные губы растянулись в улыбке. Сарказма в ней нет, растерянности тоже. Гордей выглядит так, будто правду говорит. А я между тем показываю себя, вроде как, с не очень выгодной стороны.
— С чего вдруг? — отвожу подозрительный взгляд от черных глаз. Реально настолько темных, что карими их назвать не получается. У него зрачок от радужки практически не отделим по цвету. В довольно тусклом освещении бара эти глаза как два тоннеля, в которые меня затягивает. Космические черные дыры, мать их… Только звезд не хватает.
Ах, да. О себе родной забыла. Ахах, звездочка рядом.
Белье в пакете спрятано в бархатном мешочке с бантиком. Оцарапываю ткань, пытаясь угадать, что же такого Гордей мог мне купить — красное и развратное, черное и развратное?
— Не представляешь, как становится скучно, когда девушка начинает строить из себя невинность.
— Я невинна, — фыркаю,
