Читаем без скачивания Сделка - Лев Молот

На его странице я не нашёл некоторых старых произведений. Зато было много новых. Обложки этих книг разительно отличались от всех предыдущих работ. Выполненные как будто другим человеком, похоже, профессиональным художником, они были намного лучше, ярче, интереснее. Как и в самый первый раз, я наугад скачал одно, затем другое произведение. Восторженные комментарии читателей не врали и здесь, рассказы мне было действительно интересно читать. Сейчас я не то что не смотрел тексты по диагонали, но даже не хотел отрываться от них, сожалея лишь в конце прочтения, что они небольшие по объёму.

На интернет-странице с третьей книгой меня ждал сюрприз. Выложена она была не полностью, лишь небольшая часть. А рядом с ней было написано, что полноценная книга уже готовится к печати в известном издательстве, пока же можно сделать на неё предзаказ.

Некоторое время поразмыслив, я взял в руки телефон. Вот и подходящий повод извиниться за тот разговор, совместив его с поздравлением по поводу его первых успехов.

На звонок долго никто не отвечал. Наконец в трубке послышался хриплый голос.

– Алло…

Я даже не сразу понял, Саша этот или нет. Лишь перепросив и услышав его снова, я уловил нотки именно его голоса.

– Александр! Приветствую тебя. Звоню поздравить с первыми успехами, вот только что ознакомился с твоими новыми рассказами.

Пауза.

– Спасибо, – коротко ответил он. И снова замолчал.

«Наверное, до сих пор в обиде на меня», – подумал я.

– Хотел также извиниться за тот последний наш разговор, помнишь? Признаю, был неправ.

И тут он выдал неожиданно быстрый и непредсказуемый для меня ответ.

– Да нет, почему же… Отчасти прав.

– Не понял? Ты всё-таки покупаешь произведения?

Саша прокашлялся.

– Не совсем… Знаешь, не хочу об этом по телефону. Можем встретиться, если у тебя есть время.

Удивлённый, я ответил согласием.

6

Для встречи Саша выбрал почему-то кафе книжного магазина, где и состоялся наш последний с ним разговор. Мне это показалось странным, никаких книжных презентаций в тот день не было, находился он далеко от наших с ним мест проживания, да и все столики могли быть заняты – кафе в этом большом магазине было совсем крохотное.

К счастью, один столик всё же нашёлся для нас. Как и в прошлый раз, мы заказали кофе и уселись за стол.

Молодой писатель молчал, глядя то в свою кружку, то по сторонам, то на меня. Я с беспокойством осматривал его внешний вид. Сильно осунувшиеся плечи, бледно-серый цвет лица. Огромные синяки под глазами, а сами глаза были с красноватым оттенком. Появились несколько явно выраженных морщин на лице. Весь его вид был тусклым и болезненным, и на успешного человека он точно не тянул. Ещё я заметил его странную нервозность, не наблюдавшуюся мною раньше. У него подрагивали пальцы и кисти рук, да и сам он всё время ёрзал на стуле.

– Как-то ты неважно выглядишь. Случилось что-то?

Саша посмотрел на меня каким-то обречённым, но в то же время убеждённым в своей правоте взглядом. В нём, в этом взгляде, была как готовность идти до конца к своей цели, так и понимание безысходности. Так смотрят солдаты, когда собираются идти в тяжёлый бой, в котором есть все шансы не выжить. Дело, конечно, героическое и важное, рассуждают они, но есть все шансы так же героически и умереть.

– Я нашёл способ писать. Настолько хороший, что и писать я стал в разы лучше, – сказал мой собеседник, вдруг выдавив из себя кривую усмешку.

– В этом я уже убедился. Молодец. А когда теперь пишешь?

– По ночам, – тут он снова стал серьёзным. – Ровно с двенадцати ночи мне пишется легко и свободно. А прекращаю писать только под утро. В остальное время не получается написать ни строчки.

– Ну, немало известных писателей писали по ночам. В том числе и твои коллеги из жанра ужасов. А то я уже подумал, судя по твоему виду, что ты стал принимать наркотики, – я с натягом немного посмеялся, приглашая Сашу разрядить обстановку. Но тот даже не усмехнулся.

– Знаешь, я уже близок к этому…

Прекратив смеяться, я внимательно посмотрел на него.

– Помнишь, я говорил тебе, что очень хочу начать интересно писать и наконец стать популярным писателем. Чтобы меня читали, мною восхищались, чтобы я стал эдаким русским Стивеном Кингом.

«Ещё бы не помнить, как ты меня тогда доставал».

– И однажды ночью я страстно этого пожелал. Я проговорил это даже вслух, желая от всего сердца стать лучшим, не имеющим конкуренции в жанре ужасов писателем. Это ведь моя любимая тема. Поэтому я и обратился… Знаешь, к кому?

От его взгляда с сумасшедшей убеждённостью, заговорщицкого тона хриплого голоса и осенившей вдруг за всем этим меня догадки, о ком он сейчас скажет, я почувствовал, что у меня начинает холодеть где-то под лопаткой.

– Я просто обратился к дьяволу, – просто и непринуждённо озвучил он вслух моё предположение. – Ведь все ужасы идут как бы от него… Он главный во всём этом, так ведь? И если он существует, он и подскажет, как мне писать о его приспешниках. Это было в ночь на двадцать первое июня. Я не выбирал специально эту дату, так само вышло…

Возникла пауза, в течение которой я обдумывал сказанное им. Разумнее всего мне казалось признать, что Александр просто свихнулся на почве своей одержимости стать «известным и великим». Но, скажи я сейчас так вслух, он снова обидится. А учитывая его сумасшедшее состояние, как бы мои резкие слова не подтолкнули его к каким-либо непредсказуемым действиям. Обряд жертвоприношения вон совершит или вообще до суицида дойдёт…

Надо было говорить мягче.

– Не боишься? Дьявола просить?

Впервые за время нашей встречи Саша посмеялся. Смех был натяжным, хриплым, с придыханием.

– Ну, что за глупости… С чего мне бы его бояться? Душу я ему не предлагал. Прийти ему в этот мир, чтобы его уничтожить, я тоже не призывал. Я лишь попросил его, понимаешь? Взамен я буду популяризировать его и его служителей через свои книги. Тут, получается, взаимовыгодная сделка. Мир получит новые гениальные произведения, он ещё большую популярность, я получу призвание писателя. Все в выгоде. Кроме, конечно, всяких там зомбированных-суеверных… Но такие везде есть, которые не хотят думать, а живут средневековыми убеждениями.

Я смотрел на него, не понимая, осознаёт ли он то, что с ним сейчас происходит, или нет.

– Дьявол ведь коварен, и ты это сам знаешь.

Саша криво усмехнулся.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Для начала чтобы ты хотя бы посмотрел на себя со стороны. Выглядишь ты, откровенно говоря, плохо, я тебе уже это говорил. И догадываюсь, что недосып сказывается не только на твоём внешнем виде, но и на здоровье. Как ты себя чувствуешь, не расскажешь? Хотя