Эх, парень, не так это работает.
Граф Флорианский, словно почувствовав мой взгляд, посмотрел в сторону колонн с хищным, не предвещающим ничего хорошего прищуром. Но, конечно же, никого не увидел, потому что я тут же бесшумно нырнула дальше за колонну и замерла прижавшись к ней спиной в лучших традициях продвинутых ниндзя-шпионов.
Ну ничего.
Ты выиграл бой, но не войну.
У меня все еще есть второй пункт невероятно надежного плана — нет свадебным колоколам
Это представлялось мне еще более сложной задачей, чем силой мысли пытаться перевернуть карету графа где-нибудь на мосту.
Чтобы граф Флорианский не женился на моей матери, ему просто нужно было влюбиться в кого-нибудь из тех прекрасных, меркантильных сударынь, анкеты которых буквально наводнили гостиную, стоило слухам о его исцелившемся сердце распространиться подобно лесному пожару.
Я помнила, что он тот еще придирчивый зануда, так что количество дам, соответствующих всем требованиям вдвойне впечатляло.
Конечно, возможно все они безбожно врали.
Но я надеялась на лучшее.
Прокравшись к анкетам под покровом ночи я принялась искать ту единственную, постоянно сверяясь со списком.
Итак, идеальная будущая графиня Флорианская должна быть:
Доброй, но безжалостной
Ласковой, но не слащавой
Терпеливой, но эмоциональной
Бережливой, но щедрой
Находчивой, но не умнее самого графа Флорианского (ха, такое вообще возможно, жалкий неудачник, сколько там циферок в твоем айкью?)
Покладистой, но способной отстаивать собственные интересы
Страстной, но скромной
Из хорошей семьи, но не избалованной
Не красавица, но и не уродина
Грубо говоря, он сам не знал, чего хотел.
Зато я знала.
Он хотел свести мою мать с ума, а меня — в могилу.
Оставался только один совершенно беспроигрышный вариант, старый как мир способ, к которому прибегать, конечно, грех, но, я полагаю, простительный, если ситуация у тебя безвыходная, и вариант этот — приворотное зелье.
Плесну уроду в чай, заведу в гостиную самую страшную кандидатку и — получай кармическую расплату.
Мвахаха.
Сомнительную жижу из розового масла, лепестков все тех же роз и пепла оставшегося от анкеты нужной кандидатки, над которой я нашептала показавшееся мне довольно удачным заклинание из какого-то популярного шоу про экстрасенсов, я вылила прямо в чайник.
Который, мило улыбаясь, поставила перед гостем.
Мать едва не хватил удар.
А графа Флорианского, вероятно, после столь чудесного чая сильно хватил понос, потому что в следующие два дня мы его не видели.
Но, стойко выдержав эту напасть, он вернулся, как призрак висельника, только для того, чтобы назвать выбранную мной госпожу хрюшкой.
Глаза моей матери заблестели от гнева.
Что ж, судя по всему, любовная магия — это не мое.
Теперь мне только и оставалось, что ждать судьбоносного предложения руки и сердца, которое повесит дамоклов меч над моей головой.
Был, конечно, еще третий пункт невероятно надежного плана — долбануть графа Флорианского чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы он вообще забыл, зачем сюда явился.
Но я решила приберечь его до лучших времен.
Глава 3
Новый день — новые возможности.
Примерно с таким девизом я проснулась в день свадьбы. Может, не в моих силах было сорвать ее, но по крайней мере никто не мог помешать мне тайно злорадствовать.
Несмотря на то, что граф Флорианский мечтал о тихом и скромном торжестве, в конечном счете посмотреть на его новую избранницу захотели все аристократы, которые на тот момент только были в столице.
А кого не было, те спешно прыгали в кареты и ехали в сторону столицы.
Даже сам император, получив новости о предстоящем торжестве от личного адъютанта, спешно отменил запланированную аудиенцию с послами Азарского алтыната и затребовал личное приглашение.
Еще бы.
На балах все уже наверняка устали от ауры графа Флорианского.
Ауры человека, желающего всем присутствующим подавиться пуншем.
Так что помощницы матери как угорелые неделями носились из одного конца столицы в другой, печатая и рассылая приглашения, выбирая угощения и детали для оформления банкета.
Иногда они брали меня с собой.
Но куда чаще я помогала матери.
В Мариинской империи свадебным цветом считался красный.
Красные цветы в букетах и венках.
Красная ковровая дорожка под ногами невесты.
Красные одежды носят свахи, красного цвета наряды жениха и невесты, даже жрец, проводящий церемонию, по такому случаю облачается в темно-красную рясу. Ближайшие родственницы надевают розовые платья, а в костюмах родственников-мужчин обязательно должен присутствовать вишневый элемент.
И, хотя к прочим гостям, не предъявляют столь жестких требований дресс-кода, все так или иначе стараются выбирать наряды в рамках пламенного спектра.
Величайшим оскорблением считалось заявиться на свадьбу в синем.
Этот цвет символизирует разъедающую сердце ревность.
Говорят, эта традиция пошла от легенды о барышне Аничковой, Акулине Андреевне, узнавшей о том, что ее возлюбленный женится на другой. Ее сердце не выдержало и остановилось, а злоба и обида были так сильны, что душа ее не упокоилась, и девушка вихрем ворвалась на свадьбу возлюбленного, преисполненная решимости всех там поубивать.
И она была в синем.
Ну, или синей, что, как по мне, так куда ближе к правде.
Гости постепенно наполняли торжественный зал, явно не рассчитанный на такое количество, а я стояла возле стены, рассматривая их и пытаясь угадать, есть ли среди них пусть даже второстепенные герои романа?
Стоило ли мне подойти к кому-нибудь и познакомиться?
Или это слишком грубо?
Как вообще тут принято заводить друзей?
— Дафна, вот ты где! — окликнула меня одна из помощниц матери, заслоняя собой обзор на зал.
Я попыталась сместиться в сторону, но она сместилась вслед за мной.
— Разве ты забыла о своих обязанностях? — мягко пожурила она. — Я уже с ног сбилась, пытаясь отыскать тебя.
— Но, Аглая, церемония еще даже не началась, — заныла я. — Сама посмотри, гости только начали прибывать. И ничего в любом случае не начнется без Его Императорского Величества.
Его Императорскому Величеству было суждено прожить сто лет. Потому как стоило только мне произнести эти слова, как он вошёл в зал.
Мое сердце ухнуло вниз.
Если император здесь, то один ли он приехал?
Я пристально уставилась ему за спину, морально готовясь к тому, что сейчас тут покажется и тот человек.
Иларион.
Несмотря на то, что я ни за что не собиралась влюбляться в цесаревича, планировала держаться от него подальше и свести все общение к минимуму, что ж, оригинальная Дафна ведь тоже не собиралась.
Это была любовь с первого взгляда.
И, хотя мне всегда казалось, что это была глупая попытка оправдать несостоятельность и нелепость собственных чувств, единственный аргумент, позволяющий ей продолжать докучать Илариону снова и снова, хотя лично со мной никогда подобного не случалось, я не могла отделаться от этого липкого, навязчивого страха — что если?
Что если шиза идет в комплекте с телом?
Я уже не смогла помешать браку матери и графа.
Что если я сейчас увижу его, и меня перемкнет?
Если и существуют в мире вещи вроде судьбы и предназначения, где гарантия того, что они на моей стороне?
— Дафна, — позвала Аглая.
Но я проигнорировала ее.
Ой, не до тебя сейчас.
Так, где же он? Мне вообще стоит смотреть или лучше не надо?
Я замерла.
Едва не забыла поклониться вместе со всеми.
И выдохнула только когда поняла, что Иларион на церемонию не явился.
— Дафна!
— Ну что?
— Бери корзинку и будь наготове, — сказала Аглая.
Она вручила мне корзину с цветочными лепестками и, быстро поправив сбившийся бант на подоле моего нежно-розового платья, упорхнула в сторону комнат невесты.
