– Ваше Величество, рад видеть вас в добром здравии.
– А что, видел в недобром?
– Ходили разные слухи.
Лицо Касаделя оставалось таким же спокойным, Къяр оценил – немногие могли бы вот так сходу сказать королеве в лицо, как шепчутся за ее спиной. Поджав губы, Тэа промолчала. Она и так прекрасно понимала, о чем могли быть слухи: несколько недель они не появлялась вне своих покоев.
– Я надеюсь, теперь пойдут другие слухи. О том, что королева связана с драконом.
Вот тут маска спокойствия дала трещину, лицо Касаделя преобразилось, правда, Къяр не смог распознать, удивление это или радость. В следующее мгновение канцлер вновь взял себя в руки и еще раз поклонился.
– Так значит, это правда, Ваше Величество. Рад слышать. Дракон поселился в королевском саду, все боялись к нему подходить.
– К ней. Ее зовут Ниневет.
Значит, все-таки радость. Касадель Ибран был рад, что дракон слился с королевой. Что ж, вполне закономерно. Если бы Слияние произошло с кем-то во дворце, кто захотел посягнуть на королевскую власть, это могло вылиться в гражданскую войну.
– Вы знакомы с лордом Реверданом.
– Конечно. Адмирал.
Касадель сделал еще один легкий поклон в его сторону, еще раз приветствуя, а Къяр едва не поморщился. Тэа настояла на том, чтобы он принял титул адмирала, заявив, кто как не он лучше всех знает море. Что ж, это действительно было правдой, он много плавал, да и род Реверданов одним из первых начал строить быстроходные суда – благодаря деду Къяра, Реверданы до сих пор считались лучшими мореходами среди семей. Поэтому никого не удивило назначение Къяра. Только он сам предпочел бы не цеплять к своему имени лишних титулов и обязанностей – особенно тех, которые сам не до конца понимал.
– Лорд Ревердан, – сказал Къяр. – Просто лорд Ревердан.
– Как пожелаете.
– Дракон лорда Ревердан сейчас над балконом, – сказала Тэа.
Касадель посмотрел сначала на нее, потом перевел взгляд на Къяра.
– Могу я…
– Конечно.
Касадель Ибран решительно шагнул к огромному балкону, с которого открывался вид на Таркор. На миг он помедлил, а потом подошел к перилам и обернулся, ища глазами дракона. Дело оказалось не сложным, Ферант не пытался скрываться. А по восхищенному взгляду Касаделя, Къяр понял, что чешуя дракона не только переливается в свете ночных огней, но тот еще и расправил крылья, чтобы впечатлить человека.
– Тщеславный дракон, – усмехнулся Къяр.
Я просто не скрываю, что мне нравится, когда мною любуются.
Тэа сама налила в кубки вина, один взяла себе, другой предложила Къяру, третий остался дожидаться Касаделя. Тот вернулся быстро, и ему явно стоило больших усилий вновь взять себя в руки.
Хотя до этого Къяр не много знал о канцлере, именно сегодня он невольно проникся к нему симпатией – восторг Касаделя от дракона был искренним, каким-то детски наивным и очень похожим на то, что испытывал сам Къяр во время Слияние и после. В первые дни с Ферантом.
Тэа пригласила Касаделя сесть, и он почти залпом осушил кубок с вином, только после этого, наконец, взяв себя в руки.
– Он прекрасен! – Ибран повернулся к Къяру. – Прошу, передайте дракону мою благодарность за то, что он позволил полюбоваться собой.
Смотри-ка, маленький друг, у него манеры получше твоих будут.
– Я передам, – кивнул Къяр, не отвечая дракону.
– Распробуй получше вино из Кхарса, – Тэа улыбалась, подливая в бокал Касаделя, – и расскажи, что творится в городе. Как отнеслись люди к драконам, что вообще творится. Я… мое Слияние проходило сложно, и я бы не хотела выходить из покоев, не будучи в курсе всех дел.
– Конечно, Ваше Величество.
Касадель покрутил кубок в руках, так что драгоценные камни инкрустации отразили свет свечей. Но пить больше не стал.
– Люди восторгаются драконами. Крылатых созданий не так много, но каждый раз, когда они пролетают над городом, люди бросают все дела, чтобы полюбоваться. В тавернах только и разговоров, что о драконах.
– Сколько их? Известно ли, с кем они слились?
Вопросы королевы звучали спокойно, как будто она спрашивала о погоде в Шестом доме. Но Къяр знал, что эта выдержка – всего лишь хорошо поставленная ширма. Даже одному из приближенных Тэа не хотела показывать, насколько ее заботят вопросы.
– Точных данных пока нет, – ответил Касадель. – Есть несколько известных людей. Общее количество драконов также невелико, но доподлинно сказать невозможно.
– А неточно?
– По моим подсчетам, в Шестом доме их не больше десятка. Я взял на себя смелость написать в другие Дома – те, кто уже успел прислать ответы, утверждают, что у них примерно такая же ситуация.
– Не настолько мало, – пожала плечами Тэа, – если сейчас во всем мире около семи десятков драконов.
– Мы – еще не весь мир, – пробормотал Къяр.
Он не стал говорить слишком громко, но это был их давний спор с Тэа. Она утверждала, что стоит сосредоточиться на том, что есть здесь и сейчас, вокруг них. Къяр же с жадностью изучал заметки мореходов, которые говорили о том, что на западе есть огромные земли. Кое-кто из пиратов рассказывал Къяру, будто сам доподлинно видел их, но никаких подтверждений и доказательств не было.
Когда его посвятили в господа Терновника, когда он полностью обучился магии, Къяр хотел ненадолго вернуться домой, а потом отплыть на запад, к новым землям. Предательство отца и его смерть изменила планы – теперь Къяр стал лордом Реверданом, главой одного из родов Круга, и уже не мог так просто покинуть Шестой дом. Да и других забот с тех пор хватало, не до далеких земель.
Только теперь ему пришло в голову, что возможно, появление драконов не ограничивает, а наоборот, позволит отказаться от морских путешествий и существенно расширить мир вокруг. Къяр решил оставить пока мысль, но подумать о ней позднее.
– Ты сказал, есть несколько точно известных людей, – продолжала тем временем Тэа. – Кто они?
– Было известно о драконе здесь, в королевском дворце, но до сегодняшнего дня мы не знали, с кем произошло Слияние. Также дракон лорда Ревердана. Нам известно, что в семье Эстелларов у кого-то произошло Слияние.
– Эстеллары? Неужто у юной Дани есть теперь дракон? Или у ее мужа, Дерека Валентайна? Кажется, он приходится тебе родственником?
– Кузеном, Ваше Величество.
Касадель ответил сухо, и Къяр отлично понимал, почему. Лишь единицы знали правду, но Дерек Валентайн был не только владельцем самого известного постоялого двора Таркора, «Золотого пса», но и главой Теневой гильдии. Чьи дела давно кооперировались с королевской семьей – о чем знало еще меньше людей. Интересно, в какие детали посвящен Касадель? Судя по всему, во все.
Несколько месяцев назад Дерек наконец-то вошел в семью Эстелларов, сыграв свадьбу с единственной наследницей их состояния, леди Даниэлой, которую обычно звали просто Дани. Это решение королевы, дать Дереку титул и позволить свадьбу, до сих пор вызывало у Къяра противоречивые чувства. В руках Валентайна и без того сосредоточено достаточно власти, к чему было давать еще. С другой стороны, богатство Эстелларов давно частично в руках короны.
Правда, об этом говорили мало. Больше обсуждали стремительный взлет Дерека Валентайна, его любовь к молодой жене – и то, что большую часть времени они проводили вовсе не в поместье Эстелларов, а в «Золотом псе».
– Мне не известно, с кем из них слился дракон, – сказал Касадель. – но говорят, скоро «Золотого пса» переименуют в «Золотого дракона». Потому что именно рядом с постоялым двором чаще всего видят крылатого. И его чешуя золотая.
– Не знала, что такая бывает, – удивилась Тэа. – Кто еще?
– Несколько людей внутри города, но не аристократы. Я выясняю, кто они.
– И как можно быстрее.
Касадель молчал, и Къяр подумал, он закончил. Но похоже, Тэа знала его куда лучше. Прищурившись, она внимательно смотрела на своего канцлера, крутившего в руках чашу.
– Есть кто-то еще, так?
– Да. Но вам это не понравится, Ваше Величество.
– Имя.
– Яфа Каванар.
Откинувшись на кресле, Тэа вполголоса выругалась, да так, что Касадель с удивлением вскинул на нее глаза. Похоже, канцлер никогда не предполагал, что королеве могут быть известны ругательства портовых грузчиков и моряков. Къяр скромно не стал бы говорить, откуда они ей известны.
– Где она сейчас?
– В своем поместье, Ваше Величество. Насколько мне известно, она не выходила оттуда последние недели. На всякий случай, я установил наблюдение.
– Хорошо. Где ее брат?
– Там же, куда вы его отправили. Последние сведенья о нем говорили, что он успешно добрался до Четвертого дома и начал свою миссию послом.
– Его ребенок?
– На попечении кормилиц во дворце.
– Отлично.
Тэа сцепила пальцы, явно о чем-то размышляя, и отблески свечей танцевали на ее многочисленных кольцах. Лорд Равен Каванар был одним из тех, кто стоял за заговором, убившим короля. Он сам, руководствуясь какими-то мутными генеалогическими древами и россказнями алхимика, собирался занять трон. На взгляд Къяра, Тэа поступила слишком милосердно, отправив его с «очень важной миссией». Всем ясно, что лорд Равен вместе с женой отправлен в ссылку, из которой вряд ли вернется.
