Почтительно опустив голову, Иллин шмыгнула мимо. Ее комнатка располагалась на третьем этаже в самом конце коридора. Из всей прислуги тут постоянно проживала она, Габи, Луи и Густав, один из вышибал. Остальные работники приходили из города.
Дверь тихо скрипнула, пропуская ее внутрь. Покрепче заперев засов, Иллин, не раздеваясь, рухнула на кровать. Собственное жесткое ложе сейчас было мягче императорской кровати, а тесное пространство каморки дарило желанное чувство защищенности. Тут было все родное, все ее. Вот уже более пяти лет Иллин жила в этой тесной, бревенчатой келье. Стул, кровать и три толстых гвоздя для одежды. Лишь поначалу ей было трудно. Тяжелая работа, косые взгляды хозяина и обслуги, сальные намеки постояльцев. Но время шло, и она помаленьку приспособилась. Обтерлась. И лишь тоска по убитым родителям до сих пор грызла сердце. О, как ей их не хватало… Нежной улыбки матери и теплого взгляда отца.
Глаза защипало, но Иллин не позволила себе плакать. Она будет сильной! И счастливой! Ради них и себя. Вот только скопит денег, чтобы не стыдно в глаза Йозефу смотреть, не слышать обидного "бесприданница".
Нащупав любимый плед (мама сама вязала) она завернулась в него по самую макушку. Со двора еще доносились редкие восклицания, но в двери никто не ломился, а значит можно успокоиться и отдохнуть перед трудовым вечером. О случившемся с ней сегодня Иллин решила благоразумно промолчать. Чудовище не тронуло ее, а остальное… Оставалось надеяться, что это лишь совпадение, и животные действительно что-то учуяли. Все равно других объяснений у Иллин не было.
Глава 3
Не смотря на потрясения сегодняшнего дня, она заснула на удивление быстро. Разбудил ее стук в дверь и небрежное «Хватит дрыхнуть». Подхватившись, она соскочила с кровати. В узкое окошко проникали последние лучи заходящего солнца. Ох, а ведь и вправду хватит. Иллин мысленно поблагодарила Габи за неравнодушие.
Поплескав в лицо прохладной водой из кувшина, переодев измятое платье и поправив прическу, Иллин поспешила вниз. По громкому гулу было понятно — зал полон более чем наполовину. Луи как всегда был за стойкой умудряясь делать сразу несколько дел. Беседовал с двумя купцами, разливал по кружкам эль и зорко следил за обстановкой в зале. Увидев ее, указал глазами на кружки и кивнул в сторону дальнего столика. От которого исходило больше всего шума. Четыре наемника громко спорили о чем то своем.
Иллин резво включилась в работу. Быстро подошла к прилавку, выставила на поднос заказ и понесла к пьянствующим мужчинам.
— О, а вот и цыпочка пожаловала! — радостно оскалился один из них, с выразительным, гордым носом.
Девушка безразлично мазнула взглядом по широкоплечей, затянутой в кожаную броню фигуре. В ответ наемник похабно причмокнул губами и подмигнул. С двух с его подбодрили дружескими тычками товарищи. Иллин про себя их окрестила "Бритый" и "Красавчик". Лицо у мужчины и впрямь было хоть куда, смазливое. Даже слишком. Такой типаж особенно любила Шайна. Последний, четвертый, никак не отреагировал на шуточки товарищей. Дорогая броня и цепкий взгляд серо-зеленых, совсем как у нее, глаз ясно свидетельствовал о главенстве мужчины в этом маленьком отряде.
— Благословенных дней Вам, господа, — поприветствовала она посетителей, — чего желаете отведать?
— Тебя, — не унимался "Нос". Вежливая улыбка на ее лице даже не дрогнула. Сколько раз она слышала подобные ответы? Не счесть.
— Что тут предлагают? — вступил в разговор главарь. Иллин принялась перечислять. И про мясную похлебку не забыла. Посовещавшись, наемники сделали свои заказы.
— Через пятнадцать минут будет готово, — присела в поклоне Иллин и поспешила в сторону кухни. Фривольный шлепок по бедру от " Носа" остался проигнорирован.
Мимо пробежала Лорочка, одна из служанок. Ее остроскулая мордашка выглядела помятой сильнее обычного.
— Свали в сторону, целка долбанная, — рыкнула фурия, обдавая ее лицо перегаром. Лорочка давно и регулярно заглядывала бутылочное горлышко. Захмелев, она становилась ласковой и весьма слезливой. По ее жалостливым историям можно было сочинять первоклассные драмы, зрители рыдали бы взахлеб. Ну а Луи натравливал пьянчужку на простаков. И те платили несчастной жертве вина и собственных фантазий двойную цену за ночь. Еще и на чай оставляли.
Иллин посторонилась. Ругаться с не опохмелившейся Лорочкой? Нет, она не самоубийца. И на «долбанную целку» обижаться не стала. Почти все рабочие девушки ее слегка недолюбливали. Что поделать, в таких заведениях дружба была редкостью. А она к тому же умудрилась избежать участи одноразовой грелки. Луи тоже не питал к ее особе нежных чувств, но он-то хоть по морде за нее чуть не схлопотал.
Пальцы трепетно приласкали спрятанный под глухим воротом амулет. Да, ее защита. Безумно дорогой подарок на третий день рождения — амулет Богини Ютаи, покровительницы юных дев и чистоты брачной клятвы. Серебряная цепочка с кулоном в форме прозрачно розовой слезы. Еле видные очертаниями цветка внутри искрились, стоило лучу запутаться в их гранях. Родители были невероятно горды и счастливы. Ютаи одаривала своим благословением далеко не каждую, выбирая владелицу более чем тщательно. Как только жрица своими собственными руками одела на шейку еще ничего не понимающей Иллин амулет, цепочка подтянулась. Теперь ни один человек кроме хозяйки, не мог его снять. И ни один человек не мог против воли принудить Иллин к близости. До тех пор пока она была невинна.
Луи не знал о ее подарке. А Иллин не знала, что кроме ужина, обеда или завтрака, постояльцы могли заказать себе десерт. В виде готовой на все служанки. Еще и радовалась, дура, что смогла быстро найти работу. А ведь в их городке с этим не просто. В первый же день ее отправили наверх, в комнату проезжего рубаки. Не чувствуя подвоха Иллин и пошла. А через минуту громкий девичий визг заставил посетителей побросать ложки. Ему вторила грубая брань. Полуголый воин скатился с лестницы и, схватив Луи за грудки, долго тряс, восклицая, что тут губят постояльцев, подсовывая «бракованный товар» Еле-еле, льстивым словом и звонкой монетой удалось замять дело.
Ох, как орал тогда Луи на нее. Как ругался. Таких выражений Иллин больше никогда и не слышала. На ее робкие оправдания, что она действительно не знала, что на самом деле значит «подавальщица и обслуга в комнаты», Луи отвечал новой порцией брани, еще изощрённее предыдущей. Даже прибил слегка на последок. Чтобы предупреждала впредь.
И все-таки он ее не выгнал. Пожалел или верно прикинул, что иметь под боком обычную обслугу довольно выгодно. Иллин и занятых девочек могла всегда подменить, и номерах после дегустации «десертов» убрать. Особенно последнее. Остальные девушки уборку
