–Да кому он нужен на том же тысяча сто пятнадцатом? – Рингил был уверен, что Нора сама все понимает.
–Мало ли на что может сгодиться? Хотя бы отчеты в архив носить, – хихикнула Нора. Насколько Рингил смыслил в департаментской жизни, лучше уж настойку на дохлых мышах по кустам глушить бутылками, чем заниматься предложенной ерундой. Но соображение он оставил при себе.
–По мне – так у нас все равно лучше, – сказал он. Велка понимающе улыбнулась. Нора нахмурилась. Свое будущее она пока что связывала с Департаментом Сил Хаоса, но хотелось бы параллельно еще и с Рингилом. К сожалению, как-то не получалось. После последних событий – особенно... Нехорошо тогда получилось, Нора не спорила, но некоторое охлаждение отношений было неизбежным. Огонь и лед – идеальная пара для хейтерских отношений, и как обычно только в теории. На практике стоило поспешить со спасением. Да и со своими чуйствами что-то сделать. А так получилось – «я налево, ты направо». Ни хейтерских отношений, ни темной любви… Поторопились они, что ли? Детство вспомнили… Не вовремя. Если уж расти, так не возвращаться на полдороги. Но – демоны предполагают, а располагать получается не всегда...
–Ты думаешь, что тебе удастся ни разу не оказаться по-крупному замеченным? – Нора была твердо уверена, что от явления народу даже Рингил не отмажется. Когда-нибудь да засветят. Ведь появляется же кое-где...
–Уверен на двести процентов, – заявил хейтер. – Раз еще есть шанс остаться неизвестным, надо за него держаться всеми конечностями. Пусть Великими считают себя те, кому делать нечего, а мне и так плохо. Пока что.
–Как хочешь, – притворно согласилась Нора. – Каждый должен быть несчастлив по-своему.
–Или же приносить несчастье оригинальными методами, – Рингил цитировал кодекс. – Мэлис широкими шагами идет к нашей цели, никому не кажется?
–Такими темпами ей осталось лет десять, – Нора не смогла заставить себя улыбнуться – к счастью, этого и не требовалось. Никто не смотрел. Мэл, как поняли они с Велкой, была старшей сестрой Рингила по матери. Уяснили они это, как оказалось, правильно – ибо Пейнджел серьезно поговорил с ними, запретив доносить знания до ушей его единственного сыночка. Причина выглядела достаточно серьезной – Мэлис Крэш и Рингил должны были оставаться в полном неведении относительно своих родственных отношений в первую очередь для того, чтобы оставаться в относительной безопасности. Мэл обладала чем-то очень нужным слишком многим личностям, что также должно было оставаться в секрете. Чтобы эти самые нуждающиеся не выяснили случайно, где шляется решение всех их пожизненных проблем. А также не узнали, где можно поймать красивый, полосатый со стрессовой сединой, ключ к этому решению. Нора понимала, что у хейтера не может быть таких знакомых, через которых на него или на нее можно было бы надавить… А вот семья – это уже святое. В таком случае сразу и не скажешь, будет ли шантажируемый прицельно плевать на факт нахождения родственника в опасной для психического здоровья ситуации, вломит шантажисту или все-таки пойдет на компромисс. Так что, как резюмировал получасовые рассуждения на тему психологических аспектов ситуации Пейнджел, лучше детям пока не знать, кем они друг другу являются.
–Одного демона она точно расстроит, даже если сделает это прямо сегодня, – голос Рингила чуть дрогнул – или это лишь показалось Норе?
–Кого ты имеешь в виду? – как можно более естественно спросила она, хотя контроль за голосом давался нелегко.
–Я говорю о Сулмор, – Нора буквально спиной ощутила четкий смешок, не проявившийся в словах. Возможно, его и не было вовсе… Но желание оглянуться и убедиться в этом пришлось давить слишком сильно. – Единственное, что она не ненавидит в этом мире – Мэлис. Даже если сама не догадывается об этом.
–Ты все еще общаешься с ней? – категоричный запрет даже на мысли о Мэл Рингил принял, но связь с Ангмарской поддерживать продолжал. Он вообще был единственным, кому позволялось называть имя этой девочки вслух.
–Редко, – с интонацией «и давай закроем эту тему» ответил Рингил. – Ты, например, можешь видеться с ней чаще.
–Ангмарская – не такой демон, чтобы с ней можно было просто так говорить. Тем более теперь, когда она стала настолько популярной, – в чем уступает лишь Мэл и Миранде. Но Миранде остался лишь год до выхода во взрослую жизнь, и нельзя отрицать, что вскоре ее забудут… Конечно, останется легенда, часть длинного эпоса «Врат истинной Тьмы», но легенду не отловишь в коридоре, с ней не пересечешься на занятиях… А вот с Мэл, с Сулмор и со всеми прочими влезшими в это дело еще можно. И можно будет еще лет шесть, в среднем. Но мало кто осмелится запросто подойти к кому-то из них, а если и хватит самообладания, то только на попросить автограф.
–Все равно, какая, к Контеру, разница! – в голосе Рингила прозвучал слабый оттенок раздражения. – Приехали, Нора.
–Рингил, помоги слезть, – Велка подала руку уже спрыгнувшему мальчику. Тот даже слишком галантно для хейтера выполнил просьбу. Хотя отлично знал, что это чудо в состоянии слезть само и не нуждается ни в чьей помощи – если не считать психиатра. Хотя, конечно, любой желающий эту помощь оказать потом сам бы оказался перед перспективой сойти с ума или поработать украшением ближайшей поверхности. Нора просить о помощи даже не рискнула, потому что слишком боялась нарваться на приличествующий ответ – а то, что его не получила Веледа, ничего не значило.
Пятый приход «радовал» глаз своим видом. Так, как может это делать только некогда геометрически правильный, а теперь немного расплывчатый по контуру круг серого песка. Несмотря на неплохую защиту от ветра и дождя, нарушения четкости границы избежать было нельзя. Поэтому никто и не думал заботиться о ее сохранении. Рингил несколько раз легонько шваркнул ногой, поднимая тучки пыли, чтобы убить время, требовавшееся чокаму Норы для трансформации в здоровенного феникса. Оперение новой формы слегка отливало золотом, что ясно намекало на взросление животного. Ранее имитация цвета была ему недоступна. Феникс немедленно вспорхнул в небо, радуясь жизни и свободе.
От дверей склепа тянулась с виду недлинная очередь. Правда, если прикинуть соотношение длины и скорости продвижения, то результаты получались совершенно неутешительные. Похоже, на регистрации опять стоял известный своими успехами в области доведения окружающих до озверения Форнэдель. Рингил пристроился в конце очереди, пропустив девушек перед собой. Чтобы не поднимать лишнего шума, положенного по кодексу. Просто демон немного устал от соблюдения хейтерских законов. К тому же, формально он все равно был прав – можно было спокойно влезть без очереди, размахивая маминым авторитетом, но ведь не полез же... Хейтер-мученик, идейный самоугнетатель. Рингил несколько раз прокатил в мыслях эту формулировку. Потом прикрыл глаза, спасаясь от пыли, поднятой ногами самоубийц, торопившихся в ту же очередь. Вообще-то вполне можно было отлучиться по главной цели – пойти посидеть у мамы, но это желание уже оставило хейтера. Вообще-то это было совершенно нормальным...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
