Непривычка к созерцанию
Не умел созерцать. Все умел: и глядеть, и заглядывать,видеть, даже предвидеть, глазами мерцать,всматриваться, осматриваться, взором охватыватьгоризонт.Все умел.Не умел созерцать.
Не хватало спокойствия, сосредоточенности.Не хватало умения сжаться и замереть.Не хватало какой-то особой отточенности,заостренности способавидеть, глядеть и смотреть.
И у тихого моря с его синевой миротворною,и у бурного моря с его стоэтажной волнойостальная действительностьс дотошностью вздорноюне бросала меня,оставалась со мной.
А леса, и поля, и картины импрессионистов,и снега, застилавшие их своей белой тоской,позабыть не заставили,как, обречен и неистов,вал морскойразбивался о берег морской.
Я давал себе срок, обрекая на повиновениенепоспешному времени,но не хватало меня.Я давал себе век, но выдерживал только мгновение.Я давал себе год,не выдерживал даже и дня.
И в итоге итогов мне даже понравиласьнаселявшая с древности эти местасуета,что со мною боролась и справилась,одолевшая, победившая меня суета.
Уроки музыки
Любовь моя музыкой не разделена,и страсть моя к ней не имеет ответа.Но где она, страсть безответная эта?В рояле она.
То белая кость,то черная кость,молчанье перемежает звучанье.Я трогаю клавишивкривь и вкось.Я добиваюсь только мычанья.
Бывает же абсолютный слух!Неплохо и с относительным слухом.Я — глух.Я — безотносительно глух.Куда мне с моим стремленьем глупым!
И сколько бы мне ни мотать головой,не выжимается песня живая,и я выбиваю то лязг, то вой,и только музыки не выжимаю.
Она у иных, как птица, с рукиклевала и, наклевавшись, звучала.Сожму кулаки,разожму кулаки,начну, как советуют, прямо с начала.
Начну.И еще раз начну.И еще.Начало начнет.Продолженье подскажет.И что-то усаживается на плечои крыльяминад головоюмашет.
На этюдах
Начинаются солнца эффектына снегу.На зальдевшем пруду.Тютчева бы сюда или Фета!А покуда и сам я иду,чтобы кистью своей дилетантскойнаписать все, что видится мне,зафиксировать легкие танцызолотистости на белизне.
Определение лирики
Лирика — отсебятина.Хочется основательновсе рассказать о себеи о своей судьбе.
Лирика — околесица:так шумна и пестра.Кроме того, она лестницав душу твою со двора.
Лирика — суматоха.Лирика — дребедень.Кроме того, она вздохавоздуха верная тень!
С берега до береганочью пробег по мостам!Лирика эмпирикаучит общим местам.
Учит к словам забытымвдруг проявлять интерес.Лирика вся — за бытом,словно за городом лес.
Вдруг раскрываются дверииз теплыни в ледынь.Лирика вся: не верю,что не чета молодым.
Перепробы
Перепробы. Переперепробы.Сутки целые не снимешь робы.
Щец горячих запах позабудешь,если перепробу делать будешь.
Солнышко — и то мимо проходит,если перепроба не выходит.
Но зато едва удастся опыт,только-только выйдет, выйдет он, —
явственно листвы услышишь шепоти лучей — по стеклам — тихий звон.
Ритм маяка
Четыре с половиной секунды света,четыре с половиной секунды тьмы,потом полторы секунды света,потом полторы секунды тьмы — и снова:четыре с половиной секунды света,четыре с половиной секунды тьмы.
Гасит солнце устройство это.Тьма зажигает его средь тьмы.
Когда-нибудь этот ритм и мы —его вопросы, его ответы —усвоим, избежав кутерьмы:четыре с половиной секунды света,четыре с половиной секунды тьмы.
Рыбы в сети
Серебро звенит звонче золота —звонче звон и блистательней блеск.Точно так же, свежо и молодо,рыбы плещут свой плеск.
Сеть сияниями переполнена,словно небо верткими молниями,и в жестоком подобье игрывьются, бьются эти миры.
Звезды тоже перед гибельювспыхнут, вечную тьму озарив.Рыбы пляски кончают рыбьи,плавники в ячеи зарыв.
И покуда с небосводаих лучей припекает сонм,потускневшие от несвободы,рыбы погружаются в сон.
Движение облаков
Скажу без обинякови доказать смогу:движение облаковнельзя наблюдать на бегу.
Но, возлежа на спинеи на одном из боков,следить удавалось мнедвижение облаков.
Я на спине возлежал,но я душой воспаряли от восторга дрожал,лишь в небо глаза вперял:сквозь кислород, азоти неизвестно куда,затягивая горизонт,шли облаков стада.
Отряхивая шерсть,застрявших рос не щадя,они вызывали шестьразличных видов дождя,
а разойдясь по угламнебес, по всем четырем,показывали сверх программто солнышко, то гром
или же — синевутакой голубизны,что кажет вам наявуконцентрат весны.
Весною даль легкаи до того широка,что как ни плывут облака,не проплывут облака.
Цепная ласточка
Я слышу звон и точно знаю, где он,и пусть меня романтик извинит:не колокол, не ангел и не демон,цепная ласточкажелезами звенит.
Цепная ласточка, а цепь стальная,из мелких звеньев, тонких, но стальных,и то, что не порвать их, — точно знаю.Я точно знаю —не сорваться с них.
А синева, а вся голубизна!О, как сиятельна ее темница!Но у сияния свои границы:летишь, крылом упрешься,и — стена.
Цепной, но ласточке, нет, все-таки цепной,хоть трижды ласточке, хоть трижды птице,ей до смерти приходится ютитьсяздесь,в сфере притяжения земной.
Выгон
Травы — запахи земли,в листья воплощенные и корни.К ним по случаю весны пошливдумчиво принюхиваться кони.
Распахнули ноздри, как ворота.Чуют что-то.Понимают что-то.
С темной конскою душойтемная душа земнаяразговор ведет большой,но о чем — не знаю.
Голоса души и тела
Приказывало тело, а душаподсказывала тихо, еле-еле,покудова, волнуясь и спеша,кричало тело о себе, о теле.
Оно было большое, а душабыла такою малой и несчастной,что и на кончике карандашамогла с большим удобством размещаться.
И зычный голос тела заглушалвсе грохоты, и топоты, и шепоты,а тонкий голосок души плошал,и если предлагал, то в виде опыта.
Не лезь без очереди!
Не лезь без очереди. Очередь — образмиропорядка.Бесспорная доблесть,презрев даже почесть,отбросив лесть,без очереди — не лезть.
Не лезь без очереди.Хотя бы радихлебной очереди в Ленинграде,где молча падали в тихий снег,но уважали — себя и всех.
И атомы в малой,и звезды в большойВселенной очередность блюдут.Так что же ты лезешь!С бессмертной душойдождутся все, кто честно ждут.
Смерть врага
