Он открыл дверь туалета, за которой бушевала веселая толпа. Задняя дверь — самый безопасный путь отхода. Старательно избегая зрительных контактов, он был уже на полпути к цели, когда вдруг услышал свое имя и почувствовал, как на его плечо опустилась чья-то рука.
— Эй, Кейд! — Это была Доминик, местная распорядительница. Проклятье!
— Кейд, я хочу тебя кое с кем познакомить, — продолжала Доминик. — Это Самара. Сэм, познакомься с Кейденом Лейном. Кейд, познакомься с Самарой Чавес. Сэм говорила мне об одной статье, которую она прочитала, и это напомнило мне о твоей работе.
Сэм было лет двадцать пять-тридцать. Оливковая кожа, на плечи падают прямые черные волосы. Стильные черные слаксы и облегающий серый свитер, под которым угадывались сильные мышцы. По телосложению она напоминала пловчиху.
— Рада познакомиться с вами, Кейд. Доминик говорит, вы пишете диссертацию по проблемам взаимодействия мозга с компьютером.
Кейд взглянул на заднюю дверь. Совсем близко…
— Ну да. В лаборатории Санчеса в Калифорнийском университете в Сан-Франциско. А что за статья?
— У двух обезьян установили беспроводную связь между участками мозга. Одна из них могла видеть глазами другой.
Уорик и Микельсон. Об этом действительно писали.
— Ну да, это была неплохая статья, — сказал он. — Время от времени я работаю с этими ребятами. Они находятся в Беркли.
— Здорово, — сказала Сэм. — Так вы тоже над этим работаете?
Доминик ушла.
Кейд немного изменил положение, нервничая из-за пятна спереди на брюках.
— У нас много грантов на разработку интерфейсов для контроля за функциями тела — контролем над мышцами и так далее.
Перед глазами Кейда промелькнуло видение того, как его бедра бесконтрольно дергаются перед лицом Фрэнсис. Он поспешил продолжить.
— Ну, чтобы помочь парализованным снова двигаться. Моя диссертация посвящена функциям более высокого уровня. Память, внимание, представление знаний.
Кейд замолчал, не зная, насколько ее это интересует.
Сэм перехватила нить разговора.
— Интересно. Вы видели статью, где описывается, как одну мышь научили схеме лабиринта, а другая мышь узнала эту схему, когда ее мозг подключили к мозгу первой мыши?
Кейд засмеялся.
— Это моя статья. Первая, которую я написал в роли аспиранта. Никто не думал, что мы сможем это сделать.
Сэм подняла бровь.
— Надо же! Впечатляет. А куда вы сейчас направляетесь? Может быть…
Оказалось, что Сэм, на удивление, интересуется нейробиологией. Она изводила Кейда вопросами о мозге, о его работе, о планах на будущее. Кейд обнаружил, что постепенно забывает о том фиаско, которое только что потерпел, и о планах бегства. А попутно узнал кое-что о Сэм. Она занималась археологией данных, помогая компаниям раскапывать старые и дезорганизованные системы в поисках пропавшей информации. Она жила в Нью-Йорке и приехала в Сан-Франциско для работы по контракту в течение нескольких месяцев. Она только что приехала и искала друзей. Она была веселой, остроумной и симпатичной. Она смеялась над его шутками. К тому же оказалось, что она разделяет с ним кое-какие интересы.
— Ты такой умник. Ты слышал об этом наркотике, который называется «нексус»?
Кейд небрежно кивнул.
— Я слышал о нем.
— Говорят, это нечто вроде наноструктуры, то есть не просто наркотик. И что он соединяет мозги. Это возможно?
Кейд пожал плечами.
— Если это можно делать с помощью проводов и с помощью радио, так почему же нельзя таким вот образом? До тех пор, пока он поступает в мозг…
— Ну да, но это действительно работает?
— Я слышал, что да, — ответил Кейд.
— А ты никогда его не пробовал?
Он усмехнулся.
— Это было бы незаконно.
Сэм усмехнулась в ответ.
— А ты пробовала? — спросил он.
Она покачала головой.
— В прошлом году в Нью-Йорке у меня был на это шанс, но я его упустила. На Восточном побережье перекрыли все каналы.
Новичок, подумал Кейд. Для исследования можно было бы использовать побольше женщин-новичков…
Он помолчал.
— Здесь тоже все перекрыли. Недавно прошли облавы.
Сэм кивнула.
Кейд упустил то, что она сказала дальше, так как уголком глаза кое-что заметил. Кое-кого. Фрэнсис.
О, черт!
— …полный идиот. Он такой грубый.
Она стояла к нему спиной. Пока она его не видела.
— …размер или что-то еще. Ему нужна помощь. Профессиональная помощь.
Задняя дверь. Кейд двинулся туда.
— Кейд! С тобой все в порядке?
Сэм. Кейд взглянул на нее.
— Мне нужно идти. Извини. Надеюсь, мы еще увидимся.
И он выскользнул за дверь.
Саманта Катаранес проводила взглядом Кейдена Лейна.
Неужели я его спугнула? — гадала она. Видимо, да.
Сэм бросила взгляд на отметку в углу ее тактического контактного дисплея. Она была красной. Совершенно красной. Датчик на ожерелье воспринимал излучения нексуса. Что бы там ни говорил Кейден Лейн, он не только пробовал нексус, он использовал его в этот самый вечер, в количестве, превышающем то, которое они когда-либо наблюдали.
Непонятно, зачем использовать этот наркотик здесь, где его никто больше не использует. Зачем нужен нексус, если нет другого пользователя, с которым можно установить контакт?
Время покажет. Нужно найти другой способ проникнуть в их узкий круг — возможно, через Рангана Шанкари.
Сэм повернулась и принялась искать кого-то, с кем можно поболтать. Этого требовала ее легенда.
Кейд летел по трехмерному лабиринту нейронов и наноустройств. Нановолоконные антенны потрескивали, когда узлы нексуса принимали и отправляли данные. Огромные энергии, аккумулированные в телах нервных клеток, достигали критических порогов и переполняли длинные аксоны, вызывая импульсы в новых тысячах нейронов. В открытых окнах появлялись кодовые сообщения, менялись значения параметров.
После бегства с вечеринки отладка кода, работающего в его собственной голове, казалась настоящим блаженством. Тело спокойно лежало на кровати, тогда как сознание металось в проектной среде ОС Нексус, прослеживая события, которые привели к сбою. Он был в своей стихии.
Он прослеживал события того вечера по файлам регистрации, по импульсам узлов нексуса и нейронов в своем мозгу — до тех пор, пока не нашел место, где ОС Нексус дала сбой. Он прослеживал параметры системы в обратном направлении до тех пор, пока не понял, что случилось. Узлы нексуса сработали из-за возбужденных нейронов и запустили неконтролируемый каскад. Теперь следовало провести проверку границ. Определить ошибку оказалось несложно. Программа раскрылась перед Кейдом, реагируя на его мысли. Он компилировал, тестировал, исправлял новые ошибки, которые только что допустил, и повторял все это до тех пор, пока не закончил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
