Читаем без скачивания «ЦЕНТР»: После... (1991-2001). Книга вторая - Сергей Горцев

- Насчет  того, как я здесь живу по сравнению с Москвой... Наверное, в двух словах можно сказать так. Многие люди в Москве мечтают жить так, как я здесь живу с точки зрения достатка, комфорта, транспорта, транспортировки и т.д. Но для меня это не важно, потому что для меня интересна музыка и творчество. А все бытовое для меня не так важно из-за того, что здесь, в Америке, уровень жизни намного выше и надо очень умудриться и постараться очень крепко, чтобы жить на том же уровне, как люди живут, скажем в Москве. И не из-за того, что я как-то пытаюсь кого-то там унизить и т.д. Дело в том, что просто из-за того, что атмосфера другая, здесь и соответственно живешь по-другому, даже не преследуя каких-то определенных целей.

(В.Ш.,1993)

 Спустя четыре года безобразного молчания Жанна Агузарова вдруг со всего маху вляпалась в объятия Василия Шумова - человека не менее легендарного, подарившего русскому рок-андеграунду впечатляющее явление под названием (группа) «Центр» с его 16-ю или 17-ю альбомами, ныне женатого на сестре Джоанны Стингрей, проживающего в Лос-Анджелесе и записывающего все, что бог на душу положит,  на собственной студии «LAVA PRODUCTIONS». Наши читатели были очевидцами зарождения этой истории после мартовского с.г. наезда «ЗД» в Лос-Анджелес, результатом чего стали обширный репортаж «МК» и демонстрация в программе «Звуковая дорожка» ТВ-версии совместного исполнения Васей и Жанной песни «Нам нужен секс». Альбом В.Шумова «Тектоника» был тогда первой притиркой двух явно суицидальных дарований. Жанна довольно удачно выступила в роли бэк-вокалистки. Теперь же на альбоме «...Девяностые», автор музыки, слов, аранжировок и продюсер Василий Шумов доверил фронтовой подруге по рок-эмиграции уже первую скрипку, скромно оставив за собой лишь две темы: «Китайгород» и «Колыбельную.»Но Шумов - это Шумов. Как ни пытался он замаскировать своих тараканов, но их мясистые андеграундовые усищи выпирали изо всех замаскированных под хаус, хип-хоп, техно-рейв и прочую новомодную дребедень бороздок и дорожек этого замечательного СиДи. Но в этом, конечно же, и весь кайф.

(«МК», 1993)

- Игги Поп высоко оценил мой альбом «Тектоника», который я ему послал. Он отметил, что альбом очень отличается от массовой американской культуры, которую он не выносит. Он назвал мой стиль «славик поп», т.е. «славянский поп». Он услышал в нем славянские мотивы.

(В.Ш., 1996)

- Насчет того, что в России капитализм пришел... Я считаю, что это хорошо. Люблю вообще изменения в ту или другую сторону. Мне больше всего скучно из-за того, что музыка в России  зарулилась. То есть я помню, что во времена 80-х годов  рок-концерты имели какой-то смысл. Сейчас кроме Петра Мамонова с его братом я не знаю никого больше, кто что-то бы делал с точки зрения творчества. Просто всё превратилось в обычные совковые концерты для тупой пьяной молодежи с тупыми пьяными артистами на сцене. * * *- Где бы я мог жить, кроме Лос-Анджелеса? Я думаю, что в Америке я мог бы жить где угодно, потому что не так важно в Америке где ты находишься, потому что есть всегда факсы, компьютеры, телефоны и т.д. То есть общение с людьми намного проще, если они находятся где-то вдали друг от друга. С другой стороны, Лос-Анджелес чем хорош? Здесь очень большой музыкальный круг. И мне как музыканту и как продюсеру намного удобнее работать в Лос-Анджелесе, потому что я могу найти музыкантов, которые мне нужны.Наверное, Нью-Йорк - это будет второй выбор после Лос-Анджелеса. Лос-Анджелес по стилю жизни мне ближе, чем Нью-Йорк. Потому что я люблю расслабленную атмосферу. У меня вся музыка несколько напряженная. А Нью-Йорк тебе еще будет добавлять напряженности просто из окружающей среды. Лос-Анджелес, где я нахожусь, - это совершенная расслабуха, лето круглый год, понимаешь?

- Во Франции в конце 80-х годов было очень много выходцев из России и из Советского Союза, которые, приехав в Париж, начинали плакать от счастья, что вот, наконец-то они под Эйфелевой башней находятся, что Париж... Ах, Париж, ах, Монмартр и т.д. Наверное, у меня другая точка зрения вообще на мир, потому что когда ты приезжаешь в страну, то приезжаешь к людям, а не к каким-то достопримечательностям. Ты приезжаешь к людям, с которыми у тебя может быть что-то общее, как-то интересно можно время провести. Французы на меня обиделись. Они мне сказали, что у них тут были гости из Чехословакии, так они целовали землю под Эйфелевой башней. Настолько были рады, что вырвались из чехословацкого ада. На что я ответил: «Дураки тоже в Чехословакии бывают». Они очень обиделись.

- Когда я впервые приехал в Париж, меня удивило, что там воздух был такой сладковатый. То ли это было время года такое(это был август) и там что-то цвело, то ли после Москвы был такой резкий что ли срез в окружающей среде. Я вообще очень хорошо различаю запахи. Может, в прошлой жизни я был кем-то, кто работал с запахами. Я очень хорошо отличаю запахи...* * *- Мои музыкальные пристрастия время от времени меняются. То есть у меня нет такого строгого фиксированного списка. Вот сегодня у нас - 11 октября 93 года - я считаю, что самый лучший альбом в рок-музыке, который когда-либо был выпущен - это Джимми Хендрикс «Are you experienced?» Это их первая пластинка. То есть я считаю, что это абсолютно лучший альбом всех времен. На сегодняшний день. Это лучше, чем Beatles, Stones, Doors. Это идеальный альбом, на мой взгляд. Что касается хоккея, я считаю, что лучшим хоккеистом, которого я когда-либо видел в своей жизни, был Валерий Харламов. Я никого не видел, чтобы так играл и чтобы люди так воспринимали его.

(В.Ш., 1993)

- После прослушивания всего альбома «Тектоника» складывается впечатление, что его создателю в Америке живется не очень хорошо. Ностальгия - это фон и стержневая тема всего диска. Добрая половина всех песен посвящена Москве и России в целом. Правда, грусть-тоска здесь передается типично по-шумовски: черным юмором, перечислением всякой жути. А наиболее полно эта ностальгия выражена в песне «Разговор с комнатой», в которой нежная мелодия намеренно искажается исполнением, в котором, как ни крути, грусть, достаточно ловко перекрытая сарказмом. Прослушав весь альбом, становится как-то грустно и пусто на душе, так как понимаешь, что человек, написавший все это, по-настоящему несчастлив.

( Из газет)

- Приятным сюрпризом для меня было появление на этой пластинке Ж.Агузаровой. В этом альбоме Вася не «отогрелся» еще душой в солнечном Голливуде. По песне «Случай в метро» видно, что советская тематика еще держит его за горло. Поразительно, как Шумов чувствует изменение духовного климата в похолодавшей Москве. Именно холода в человеческих отношениях.

(А.Липницкий, 1993)

- Я всегда был дружен с Петей Мамоновым, потому что у нас есть много общих музыкальных интересов с точки зрения западной музыки. Ну и вообще жизненных каких-то пересечений. В то же время, мы с ним много пили вместе, что, в принципе, являлось хорошим стимулом для поддержания дружеских отношений. Были еще ребята, но к сожалению, в то время было много ребят, которые подавали надежды, и прошло 5-6 лет и никто ничего так и не сделал. Народ как-то рассосался, растекся, видоизменил деятельность или просто бросил. И поэтому кроме Петра Мамонова, сидя в Лос-Анджелесе, я не знаю никого.

(В.Ш., 10.99)

- Мне трудно согласиться с твоим утверждением, что живя в Америке и творя на русском, ты остаешься прежним. Мне кажется, и это всего лишь мое ощущение, что ты сильно изменился. И именно по духу. Мне кажется, что даже если бы я не знал, что ты живешь вне России, все равно, послушав, например, альбом «Тектоника», я бы сказал, что это не совсем твоя музыка. Не твоя в смысле наличия каких-то новых гармоний, настроений, мелодий. Я уже не говорю про тексты песен. Может быть, я не прав.

(С.Г., 1996)

Лучшим хоккеистом, которого я когда-либо видел в своей жизни, был Валерий Харламов. Я никого не видел, чтобы так играл и чтобы люди так воспринимали его.

(В.Ш., 1993)

- После прослушивания всего альбома «Тектоника» складывается впечатление, что его создателю в Америке живется не очень хорошо. Ностальгия - это фон и стержневая тема всего диска. Добрая половина всех песен посвящена Москве и России в целом. Правда, грусть-тоска здесь передается типично по-шумовски: черным юмором, перечислением всякой жути. А наиболее полно эта ностальгия выражена в песне «Разговор с комнатой», в которой нежная мелодия намеренно искажается исполнением, в котором, как ни крути, грусть, достаточно ловко перекрытая сарказмом.Прослушав весь альбом, становится как-то грустно и пусто на душе, так как понимаешь, что человек, написавший все это, по-настоящему несчастлив.

(Из газет)

- Приятным сюрпризом для меня было появление на этой пластинке Ж.Агузаровой. В этом альбоме Вася не «отогрелся» еще душой в солнечном Голливуде. По песне «Случай в метро» видно, что советская тематика еще держит его за горло. Поразительно, как Шумов чувствует изменение духовного климата в похолодавшей Москве. Именно холода в человеческих отношениях.