Читаем без скачивания Ванга. Величайшая пророчица ХХ века - Борис Соколов

Таким образом, в год, когда отец Ванги должен был достигнуть 18-летия, столкновения как раз прекратились. Нельзя исключить, что Панде участвовал в восстании совсем юным 15—16-летним подростком, попал в тюрьму и вышел оттуда по амнистии 1904 года.

Но равно вероятно и то, что Панде включился в четническое движение только после 1904 года и был освобожден из тюрьмы уже по новой амнистии, которую правительство младотурок объявило в 1908 году.

Христо Матов, вождь одного из македонских революционных течений, позднее вспоминал: «В 1903 году у нас… произошло массовое восстание. После разгрома восставших селян развилось четничество, деятельность которого заполняет четырехлетие 1904–1908 гг. Под влиянием восстания и четничества Турция вынуждена была приступить к финансовой реформе в Македонии… Международная дипломатия начала серьезно считаться с нами. Но тут разразилась турецкая революция. Четничество прекратилось. Почему? Многие из македонских деятелей верили, что турецкая конституция даст возможность легальной и мирной борьбы за широкие реформы в Македонии. Я и мои ближайшие друзья этому не верили. Но другие верили… Большинство чет сошло с гор. Я сказал тогда же двум своим воеводам, Петру Ацеву и Петру Чаулеву: “Возвращайтесь в горы, удержите остальных и сохраните в ваших руках ружья”. Они поднялись, но было уже поздно, пришлось и им вернуться… За время с 1908 года до весны 1910 года чет в Македонии не существовало совершенно. Воеводы и четники вошли в клубы, или просто отстранились, выжидая.

После перерыва в 15 месяцев мы снова стали на старый путь: стали укреплять сельские организации и восстановлять четы.

Формы организации у нас уже были выработаны в эпоху до турецкой революции. По этому типу мы и строили. В селах и городах восстановились комитетские бюро, по возможности выборные, по крайней мере, от лучших, надежнейших элементов населения. Выборы производятся по соглашению с четами. В некоторых местах воссозданы были сверх того судебные бюро, арбитражные комиссии – для разбора всяких недоразумений и тяжб между самими македонцами. До 1908 года такие комиссии существовали у нас во всех местах. А затем – во всяком селе милиция: воевода, подвоевода, 10–25 душ парней. Прежде у нас все милиции были вооружены. Но младотурки, как вы знаете, производили разоружение населения: у одних отнимали ружья, другие сами отдавали. С оружием у нас поэтому были затруднения. Но все же сохранились округа, почти сплошь вооруженные. Теперь о четах. Во всяком участке казы (уезда) 1–2—3 четы. Норма для четы: 5—10 человек. Но за последние годы многие члены нашей “легальной” организации скомпрометировали себя перед властями, – одни бежали в Болгарию, другие ушли в четы. Пришлось состав чет расширить. Четники, конечно, все вооружены…

В 1910 году был взорван поезд между Кумановым и Скопьем; путь разворотило, вагоны стали ребром. Были тогда же произведены еще 3–4 атентата, более мелких. В 1911 г. был разрушен зимою поезд около Доеране; в Кичевом взорван был хекумат (правительственный дом), в Солуни – банк; в Велесе – вокзал и пр.

Летом 1912 года снова начинается ряд атентатов. Между Велесом и Скопьем разрушено 17 вагонов; чтобы восстановить движение, турки вынуждены были провести параллельную линию. В Солуни разрушены: сперва австрийская почта, затем – трамвайное депо. В Крушевом – хекумат. И так далее.

Нас обвиняли, что своими атентатами мы вызвали резню в Щипе и Кочанах, от которой, ведь, и настоящая война получила свой последний толчок. На самом деле в Щипе произошло вот что: четник нес заведенную на известный час бомбу в хекумат, а дом оказался заперт. Остановить механизм четник не умел. Вот он и занес бомбу в турецкую лавку: “взвесьте, говорит, посылку, а я пока за осликом схожу”. Убило 3–4 человека, лавку разнесло. Отсюда и резня».

Вскоре после рождения Ванги началась Первая Балканская война. Ей предшествовало образование 13 марта 1912 года Балканского союза между Сербией и Болгарией. 29 мая к этому военному союзу присоединилась Греция, а летом Черногория заключила союзный договор с Болгарией. Балканский союз поддерживался Россией.

Главной своей целью члены Балканского союза ставили войну с Турцией. Болгария планировала объединить все земли, входившие во Второе Болгарское царство, существовавшее с 1185 по 1396 год и завоеванное турками-османами. На Македонию, кроме болгар, претендовали сербы и греки, на всю Албанию претендовала Сербия, а на ее северную часть – Албания. Сербия и Черногория оспаривали друг у друга Новопазарский санджак, а Болгария и Греция – Фракию. Все эти взаимные территориальные противоречия, равно как и чересполосное размещение на европейской части Османской империи греков, македонцев, албанцев и турок, а в Новопазарском санджаке – сербов и черногорцев, – делало Балканский союз весьма непрочным. Его членов объединяла лишь вражда с Турцией.

13 октября 1912 года Болгария предъявила ультиматум турецкому правительству, требуя в течение шести месяцев предоставить автономию Македонии и нетурецким народам Балкан, а также создать школы для греков, болгар, сербов и демобилизовать значительную часть армии в европейской части Османской империи. Турки ультиматум отвергли, и болгарская армия начала наступление. 19 октября 100 тыс. болгарских солдат вступили на территорию Македонии. Еще раньше, 6 октября, на Турцию напала Черногория. В боевые действия включились также Сербия и Греция. Уже к началу ноября турецкие войска были разбиты, главным образом усилиями болгарской армии, и отступили к Чаталджинским позициям на подступах к Константинополю. Струмица также была занята болгарскими войсками. 19 ноября болгарские войска перешли к позиционной войне, и в их рядах начались холера и тиф. 2 декабря было заключено перемирие. Но на открывшейся в конце декабря в Лондоне мирной конференции выявились непримиримые противоречия между странами-победительницами. Греция и Сербия явно хотели решить свои разногласия в Македонии за счет Болгарии. После того как перемирие было сорвано и в начале февраля боевые действия возобновились, болгары 26 марта овладели Адрианополем. Но это был их последний крупный успех в войне.

Хотя 30 мая 1913 года был подписан Лондонский мирный договор, согласно которому Турция уступала государствам-победителям почти все свои европейские территории, члены Балканского союза должны были сами, без иностранного посредничества, поделить завоеванные земли. Но это оказалось невозможно, так как греки желали объединения всего побережья и островов Эгейского моря в единую Великую Грецию, болгарское правительство хотело создать Великую Болгарию с включением всей Македонии и Фракии, сербы – выхода к Адриатическому морю и присоединения всей или значительной части Албании, а также Новопазарского санджака, черногорцы – присоединения севера Албании. Ни одно из государств-учредителей Балканского союза не было удовлетворено в полной мере результатом войны. Сербия не получила доступа к Адриатике из-за образования нового государства Албания, Черногория не сумела занять Шкодер, а Греция – Фракию. Болгария была недовольна претензиями сербов на Македонию, и уже через несколько месяцев после подписания мира с Турцией началась Вторая Балканская война.

Сербия и Греция объединились в союз против Болгарии для реализации своих претензий на Македонию уже на следующий день после подписания Лондонского мира и договорились разделить Македонию между собой, без участия болгар.

Кстати говоря, именно под впечатлением успехов славянских народов в Первой Балканской войне русский композитор Василий Агапкин написал свой знаменитый марш «Прощание славянки», посвященный «всем славянским женщинам». Но славянское единство, казалось бы обретенное в огне Первой Балканской, просуществовало считаные месяцы.

Христо Матов с соратниками. 1913 г.

Мы не знаем, участвовал ли отец Ванги в Первой Балканской войне. Нельзя исключить, что он в составе одной из македонских чет участвовал в партизанской борьбе, а потом соединился с болгарской армией.

Уже упоминавшийся Христо Матов в начале Первой Балканской войны говорил интервьюировавшему его Льву Троцкому: «Сейчас у нас война, дело пошло в открытую, прихорашивать действительное положение нет у меня оснований. И я вам говорю: население в массе своей приветствовало возрождение четничества. Чет, как я уже говорил вам, не существовало 15 месяцев, в медовую пору турецкой конституции. И приступили мы к их воссозданию с опаской: а как отнесется народ? – И что же оказалось? Крестьяне стали укорять нас: “Зачем скрываетесь? Разве мы предатели?” Пришлось четникам открыться населению. Тому была, впрочем, и еще одна причина. В каждом селе есть 2–3 чорбаджия, которых революционные селяне опасаются: как бы не донесли. Этих чорбаджиев приходится насильственно вводить в организации, связывать с нею круговой ответственностью. Делается это просто: приходит чета в дом к чорбаджию и – хочет он или не хочет – ночует у него… Так за один месяц открылись четники почти всему населению…