— Вон сколько клеток получилось. Но они все одинаковые, это не интересно… Дядя Леня быстро закрасил черным карандашом одну клеточку в углу большого квадрата. Соседнюю клетку он оставил белой, а следующую снова закрасил. Потом снова пропустил белый квадратик, а соседний закрасил.
— Получилось, как коробка от шахмат, — сказал Сережа, когда дядя Леня закрасил последнюю клеточку в углу.
— Правильно. Только не коробка, а шахматная доска. Присмотритесь, ребята, внимательней — видите, сколько тут рядов клеток. Они, как дороги, ведут сверху вниз, слева направо, прямо и наискосок. Был тесный четырехугольник, а теперь какой простор!
— Тут для фигурок целые улицы есть, — заметил Сережа.
— Да, улицы и переулки, — согласился папа Вадика. — Только называются они по-другому Прямые ряды, в которых чередуются разные клетки, то темная, то светлая, (М) называют линиями. А цепочка клеток одного цвета — видите, уголок к уголку — называется диагональ. Слово для вас, конечно, трудновато, но все же постарайтесь его запомнить — это потом вам очень поможет.
— Ничего особенного, слово как слово — «диагональ», — поспешил отличиться (Л) Вадик.
— Ди-а-го-наль, — по складам повторили Вася и Сережа. — Ди-а-го-наль.
— Теперь сосчитайте, сколько клеток в прямой линии, — предложил дядя Леня. Ребята стали дружно отсчитывать клетки, тыча в каждую из них пальцем.
— Восемь клеточек, — доложил Сережа.
— И у меня восемь, — закончил подсчет Вася.
— Правильно — в каждом ряду по восемь клеток. Только пальцами помогать себе не надо… А в диагонали сколько клеточек?
— Они же разные… — в один голос сказали Вася и Сережа.
— Тоже верно. Ну, а в самой большой диагонали сколько клеток?
— Восемь.
— А в самой короткой?
— Две.
Ребята были очень довольны тем, что уже разбираются в улицах и переулках шахматной доски. Но знакомство с этой черно-белой страной еще только начиналось. Вместо разлинованного листа бумаги дядя Леня разложил на столе настоящую деревянную доску. Рядом лежали высыпанные из доски светлые и темные фигурки. Папа Вадика взял коня и поставил его на доску.
— Представь себе, Вася, что конь этот упал с доски, а я его поднял, — дядя Леня снял коня и зажал его в кулаке. — Ну-ка, подскажи, где стоял конь?
Вася пальцем показал клеточку на доске.
— Э, мы уже договорились: пальцами нельзя!
Вася растерянно смотрел на дядю Леню. Сережа и Вадик тоже не знали, как показать, где стоял конь, не тыча в клетку пальцем.
— Вот вы не знаете, как указать положение одного коня, а шахматистам это очень просто сделать. Они даже могут все сражение деревянных фигурок восстановить, все их передвижения и приключения показать. Дело в том, что каждое поле имеет обозначение.
— Какое поле? — удивился Сережа.
— Ах да! — спохватился дядя Леня. — Я забыл вам сказать, что клетки шахматной доски называют полями. Каждый квадратик — поле.
Дядя Леня расставил белые фигуры. Нижний ряд заняли ладьи, кони, слоны, ферзь и король. Перед ними выстроились пешки.
Вы уже знаете, что на доске восемь рядов. Они так и называются — первый ряд, второй, третий, четвертый, пятый, шестой, седьмой и восьмой ряд.
Считают от края доски, где расположено белое войско — белые фигуры стоят на первом ряду, а белые пешки — на втором. А на каких рядах выстроится армия черных?
Вася потянулся, чтобы с помощью указательного пальца отсчитать ряды, но спохватился и отдернул руку. И для верности сжал ее в кулак. А пока он боролся с непослушными пальцами, Сережа успел сосчитать ряды. Он сказал, что черные пешки должны стоять на седьмом ряду, а черные фигуры — на восьмом. Дядя Леня похвалил Сережу и спросил:
— А цифры читать вы умеете?
— Умеем! — ответили хором мальчики.
— Вот и хорошо. Но шахматная азбука состоит не только из цифр.
Вначале все белые пешки стоят на втором ряду. А как отличить одну от другой? Сказать — четвертая слева или вторая справа? Длинно и неудобно. Шахматисты сделали проще: одни ряды — вот эти — обозначили цифрами. А другие ряды клеток — вот эти— обозначили буквами (Б). Вы, ребята, все буквы знаете?
— Ясное дело — все! — заявил Вадик. Он даже обиделся, что папа его об этом спрашивает.
— Опять ты раньше других выскакиваешь. Ведь Вася и Сережа меньше тебя. Как вы, друзья, с азбукой знакомы?
Ребята закивали головами. Но потом Вася признался, что некоторые буквы он еще путает. Особенно те, которые похожи — «Ш» и «Щ».
— Ну, это не беда — привыкнешь, — улыбнулся дядя Леня. — Но в шахматах пользуются нерусскими буквами. И вам придется запомнить начало другой азбуки — латинской.
Папа Вадика объяснил, что первый ряд от нижнего черного угла до верхнего белого угла обозначается буквой «а». Ребята обрадовались старой-знакомой — ведь у нас тоже первая буква «а». И вторая буква звучала по-нашему — «бэ», но выглядела, как другая наша буква— «в». Третий ряд полей обозначался буквой «с», которая произносилась — «цэ», а четвертый — буквой «d» (говорить надо — «дэ»). Следующая буква снова была знакомой — «е». Шестой ряд обозначался иностранной буквой «f», и произносить ее нужно было как «эф». Затем следовали еще две буквы-иностранки — «g» и «h». Седьмая буква «g» читалась «жэ», а восьмая «h» — «аш».
Лица у ребят стали скучными — шахматная грамота показалась им трудной и неинтересной. Дядя Леня это заметил.
— Что, друзья, приуныли? Не так уж все это сложно, как кажется. Скоро вы привыкните к незнакомым буквам. Зато теперь мы каждое поле можем точно назвать. Название поля состоит из буквы и цифры. Вот, например, левое нижнее поле. Оно находится в ряду буквы «а» и в ряду цифры «1». Поэтому поле будет называться «поле а1». Понятно? «а один». На поле а1 в начале игры стоит одна из белых ладей. А на каком поле стоит другая (Б) белая ладья?
Мальчики принялись быстро вспоминать незнакомые буквы. Первым ответил Сережа:
— На поле эн первом.
— Нет, эта буква только похожа на наше «Н», а читается «аш». И цифру ты произнес неправильно — не на «аш первом», а на «аш один», — поправил дядя Леня.— Видите, если бы Вася знал шахматную грамоту, он легко подсказал мне, куда надо ставить коня. Конь, которого я снял, стоял на поле е5. Ну, я вижу, вы устали, да и время уже позднее.
— А когда же начнем играть? — робко спросил Вася.
— Скоро, Вася, скоро, — пообещал Дядя Леня. — Покончим с азбукой и начнем знакомиться с каждой фигурой.
Только вперед!
Утром Вася никак не мог вспомнить название последней шахматной буквы. Он так задумался, что даже перестал жевать большое красное яблоко.
— Ешь, — сказала мама. — Не мусоль, а ешь!
Что-то в маминых словах показалось Васе знакомым, и он вспомнил самую последнюю шахматную букву.
— Не «ешь», а «аш»! — радостно выпалил Вася.
А мама посмотрела на него с тревогой и потрогала рукой Васин лоб — нет ли температуры?
Но Вася уже как ни в чем не бывало хрустел яблоком.
— «Аш» — это последняя шахматная буква, — объяснил он. — Я никак не мог вспомнить.
Мама ничего не знала об особых шахматных буквах, но расспрашивать не стала, а то бы Вася наверняка опоздал в детский сад. В детском саду ребята складывали из кубиков разные слова. И Вася с Сережей складывали. Но тех букв, которые они теперь узнали, на кубиках не было. По-этому то Вася Сережу, то Сережа Васю время от времени спрашивал «а помнишь, какое «эф»? «а помнишь, какое «аш»? …Шахматные уроки неожиданно прекратились. Вскоре Вася и Сережа узнали, что Дядя Леня уехал в командировку. Но Вадик успокоил огорчившихся ребят:
— Что папы нет, это ничего — я вам сам покажу, как пешка ходит. Она очень просто ходит…
После игры Вадик не складывал шахматы в коробку, а ставил фигуры на доске в начальное положение. И на этот раз деревянные армии стояли четкими рядами и, казалось, только ждали команды, чтобы вступить в бой. Вадик взял одну белую пешку и двинул ее вперед на два поля.
— Пешки ходят вперед на одну клетку, — начал он объяснять, стараясь не важничать.
— Говоришь — на одну, а сам двинул на две, — поспешил разоблачить «учителя» Сережа.
Вадик сердито посмотрел на Сережу, но сдержался.
— Только один раз, первым ходом, пешка может пойти на два поля. А потом уж только на одно. И все время вперед и прямо, вперед и прямо.
Вадик снова взял ту же пешку и продвинул ее еще на поле вперед. Потом еще. Когда пешка делала один шаг, она с белой клетки становилась на черную, потом снова на белую. Через три хода белая пешка уперлась в стоявшую на своем месте черную пешку. Тогда Вадик смахнул с доски все черные фигуры — чтоб не мешали показывать, как ходит пешка.
— Пешка идет все время прямо, а если упрется в какую-нибудь пешку или фигуру, (Н) то дальше идти не может.
— Пусть она тогда собьет эту фигуру! — предложил Сережа.
