Читаем без скачивания Мой дерзкий сосед - Эми Эйворд

от каждого из парней команды Кингманов. Мы же идем в стейк-хаус, да? Может, мне надеть джинсы и футболку? Ага, конечно…

Что ж, хотя бы мне теперь есть на что отвлечься сегодня на работе, чтобы не думать о мерзком Картере и моей аттестации. После обеда я собиралась по большей части работать на выдаче книг и помогать подросткам, которые зависали в библиотеке после школы. Возможно, стоит попросить совета насчет гардероба у Джулс – единственной девочки в семействе Кингманов и самой младшей из всех детей. Она приходит в библиотеку почти каждый день как волонтер нашей летней программы. Хотя мне кажется, она просто хочет хотя бы немного отдохнуть от тестостерона, который переполняет их дом.

– Привет, Трикси. – Мерзкий Картер слишком долго придерживал для меня дверь. Не успела я еще припарковаться и выйти из машины, он уже распахнул ее. Он поджидал меня? Понимаете теперь, о чем я? Жуть.

– Привет, Картер. Не обязательно держать для меня дверь, но спасибо. – Мне пришлось прибавить шаг.

– Мне несложно. – Он пожал плечами и улыбнулся, и любой другой человек подумал бы, что это мило. – Я отправил тебе несколько имейлов, которые получил с утра от родителей. Я подумал, что ты захочешь узнать заранее.

Я нахмурилась и выпрямилась.

– Плохие имейлы? С жалобами?

Время от времени нам приходилось иметь дело с возмущенными родителями. В основном это были закомплексованные взрослые, которые требовали, чтобы некоторые книги были изъяты из библиотеки или хотя бы из секции для подростков. Но на меня лично никогда никто не жаловался. В голове тут же завертелись мысли о том, что такого я могла натворить.

И единственное, что пришло на ум, это новая программа для помощи подросткам с заявлениями в колледж. Возможно, какие-то родители хотели контролировать и этот процесс, поэтому они возмутились по поводу вторжения библиотеки в жизни своих детей? Странно, но и не такое бывало.

– О, конечно, нет. – Он прищелкнул языком и опустил взгляд на свои туфли. – Конечно, нет. Там просьба позаниматься с каким-то и без того круглым отличником от его гиперопекающей мамаши.

Вот почему в секции для подростков была библиотекарем я, а не Картер. Он не любил ни подростков, ни их родителей.

– Без проблем. Я все улажу. Спасибо, что предупредил.

Я проскользнула внутрь и не смогла не заметить, что он отодвинулся ровно на столько, чтобы я задела его бедрами, когда буду проходить. Мерзость.

К счастью, стол, за которым я работала, не был виден из кабинета Картера, и мне не пришлось ощущать его взгляд на себе, когда я села и принялась за все намеченные на сегодня дела. В первую очередь я взялась за просьбу от родителя, и она заключалась вовсе не в том, что сказал мне Картер. Они просто хотели уточнить, можно ли подойти, чтобы задать пару вопросов о следующем наборе волонтеров по нашей программе.

Всего за несколько минут до открытия библиотеки два письма прилетели в мой электронный ящик. В первом было сказано о переносе аттестации с Картером. Хорошо. Здорово. А второе несколько выбило меня из колеи. Это письмо мне переслала Лулу.

Я прочитала его дважды, тщетно попыталась сделать глоток кофе из своей пустой кружки, и прочитала снова.

«Мы рады объявить библиотекарей, которые номинированы на премию “Библиотекарь года” Ассоциацией писателей-романистов для молодых взрослых».

Я? В библиотекари года? При отборе со всей страны?

Нет.

Что?

Нет.

– Трикси, ты идешь на планерку? – спросила одна из библиотекарей, проходя мимо моего рабочего стола в сторону главного зала этажом выше. Перед открытием библиотеки мы всегда проводим десятиминутную планерку, чтобы сверить графики и планы на день и обменяться новостями и информацией, которая может пригодиться.

– А, да. Иду.

Я еще около минуты зависала, глядя на письмо, а потом заблокировала экран компьютера и пришла наверх как раз в тот момент, когда Картер начинал собрание. Понятия не имею, о чем он говорил до того, как отпустить нас и пойти открывать двери. Я пошла в секцию для подростков, села за кафедру выдачи и целых три минуты пялилась на стеллажи с книгами, пока не поняла, что оставила все свои рабочие принадлежности на первом этаже.

Черт! Поскольку по пятницам утром у нас не так уж много народу, я побежала вниз, забрала свои книги, планшет для бумаг и папку с образцами писем для колледжа, которую нужно было пополнить, а потом бросилась бегом назад к кафедре выдачи. Уф. Ну вот, считай, потренировалась и прошла необходимое количество шагов за сегодня.

Уже на своем месте я увидела газету «Денвер Пост» там, куда библиотекари из книгохранилища ее и кладут каждое утро. И разумеется, с большой фотографии на первой полосе на меня смотрел Джонстон Мэннивей, запечатленный на фоне своего нового стейк-хауса.

Я перевернула газету. В тот момент у меня просто не было сил думать о сегодняшнем открытии, я до сих пор находилась в шоке и ужасе от новостей про номинацию. Нельзя паниковать по двум причинам одновременно.

Я перевернула газету обратно. Сегодняшнее грандиозное открытие ресторана Мэннивея было меньшим из двух зол. Все-таки это только на один вечер, да и Крис будет там и спасет меня от журналистов или каких-нибудь чудаков. К тому же мне не терпелось услышать сплетни про знаменитостей. Мне нравилось ходить на такие мероприятия хотя бы потому, что там мы обычно стояли где-нибудь возле барной стойки и Крис показывал мне, кто есть кто и кто с кем спит.

Ладно. Ладно, я могла бы поразмыслить над тем, что надеть сегодня, а завтра подумать насчет номинации. Я подошла к стеллажу с периодическими изданиями и вытащила целую пачку модных журналов. Я совершенно точно заставлю Джулс посмотреть их вместе со мной позже.

Не то чтобы я собиралась пойти потом по магазинам или что-то в этом духе. Моей зарплаты библиотекаря хватало, чтобы оплатить бензин, внести арендную плату, купить корм для куриц, необычные ароматизированные сливки, от которых я уже стала зависимой, а потом оставалось совсем чуть-чуть, чтобы отложить на черный день, как подобает хорошей девочке.

Дерьмовое дерьмо. Мои пальцы не слушались, пока я набирала номер Лулу. У нее явно были экстрасенсорные способности, потому что еще не успели пойти гудки, как она уже ответила.

– Ты получила письмо от меня и теперь паникуешь, да?

– Да. Нет. Да. Блин. – Этот приступ тревожности запланирован на потом. – Мне придется паниковать насчет этого завтра. Сейчас у меня совсем другие проблемы, и ты должна мне помочь.

– Выкладывай. Я тебя слушаю. – В одно мгновение из ее голоса улетучились насмешливые интонации, и она стала предельно серьезной. – У тебя рак? У твоей мамы? Твоего отца поймали в квартале красных фонарей в Таиланде и упекли в тюрьму? У Люка Скайкокера все хорошо? Его же не сбила машина, ничего такого?

– Лу, прекрати. – Она могла продолжать целый час, не давая мне вставить слова. – Ответ «Г» – ничего из перечисленного. Мне нужно идти на открытие ресторана Мэннивея сегодня вечером.

В трубке повисло гробовое молчание. Все было гораздо хуже, чем я представляла. Лулу никогда в жизни так долго не молчала.

– Тогда какого хрена ты меня так напугала? Капец.

– Во-первых, ты сама вечно предполагаешь только плохое, а во-вторых… – Я сглотнула. – Мне нечего надеть.

– Вот дерьмо. – До нее наконец дошла вся серьезность ситуации.

– Знаю. – Я отодвинула модные журналы в сторону и стала ждать ее мудрых наставлений. Лулу всегда знала, что делать.

– Стой. Зачем ты идешь к Мэннивею? Ты же не ешь мясо. – Не то, что я ожидала услышать. Это я и без нее знаю.

– Крис попросил. – Ничего такого. Он и до этого сто раз просил меня сделать что-то вместе с ним или его семьей. Я ему уже почти родственник. Двоюродная сестра или типа того.

– Крис? Тот самый Крис Кингман, квотербек денверовских «Мустангов», самый завидных холостяк Денвера, согласно «Денвер Пост», твой суперсекси сосед Крис пригласил тебя на свидание? – Конец ее фразы прозвучал невнятно, как будто она прикрыла динамик телефона рукой и при этом взвизгнула. – Наконец-то. Спасибо младенцу Иисусу, что ты согласилась. Уже, блин, пора.

Лулу мечтала свести нас с Крисом вместе еще со времен старшей школы. Но этому не бывать. Я ему не интересна. В этом смысле, по крайней мере. Мы же друзья. И были друзьями уже очень давно. И меня все устраивает. Он милый, надежный, и вообще