Читаем без скачивания Тайна Синего имама - Бернар Бессон

Вот-вот ему придется снова войти в гостиную, чтобы порыться в вещах Кларенса. Но у него есть еще несколько минут.

— И почему так получается, что каждый раз вы приходите ко мне с очередным неприятным известием перед праздниками или выходными?

— Ну не совсем, сегодня только двадцать третье!

Морван опустился в кресло, на которое ему указал шеф полиции Файяр, и положил на стол фотографию и листок с биографией Тарика Хамзы.

Файяр внимательно прочитал документ и сделал несколько пометок карандашом. За окном шел снег.

— Это все, что у вас есть на этого типа? Не густо.

— Вот вся информация, которую посольство США сочло нужным мне предоставить, эту бумагу я получил по факсу. У нас ничего нет на этого человека, его имя не фигурирует ни в одной базе данных. Насколько мне известно, он никогда не приезжал во Францию.

— Тогда как вы объясните, что он звонил в Лондон с Трокадеро? Такое ощущение, что американцы хорошо осведомлены об этом деле.

— Они перехватили звонок с телефона, зарегистрированного на Хамзу, но это вовсе не означает, что сам он находится во Франции.

— А как там ваш Волхв?[3]

— Волхв?..

— Ваш американец, ну, этот парень из ЦРУ со странным именем.

Уроженец Оверни, заправляющий всеми полицейскими службами Франции, обладал поразительной памятью на имена.

— У Мельхиора все хорошо, только одна деталь меня немного насторожила. Обычно он звонит, прежде чем отправить факс или мейл.

— Думаете, он что-то скрывает?

— Он чем-то встревожен. Он только что отменил свои рождественские каникулы. Контрразведка перехватила звонок из посольства на Лионский вокзал. Это очень странно…

Файяр нервно постукивал кончиком карандаша по столу. Из всех сотрудников французской разведки министр полностью доверял только Морвану.

— Американский посол только что потребовал усилить охрану посольства. Я принял решение разместить дополнительный отряд возле площади Согласия, а также подразделение полицейского спецназа в Лувесьене. Что еще мы можем сделать?

— Я снова разошлю по всей стране приказ об аресте Тарика Хамзы, а также направлю во все службы указание, предписывающее усилить охрану американских интересов во Франции. Мне кажется, на данный момент мы больше ничего не можем предпринять.

— Делайте как считаете нужным.

По пути в офис секретного отдела Морван снова задумался над этой странностью: неизвестный террорист из Аль-Каиды, приехавший в Париж накануне Рождества, звоня в Лондон, наверняка преследовал совершенно определенную цель. Он явно сделал это специально для того, чтобы звонок был перехвачен Агентством национальной безопасности. Морван прекрасно понимал, что настоящие моджахеды действуют профессионально и не оставляют следов: никаких мобильных телефонов, кредитных карт, чековых книжек. У них нет даже адреса. Задолго до 11 сентября 2001 года Бен Ладен чуть не погиб из-за ракеты, наведенной на его мобильный телефон. Никому из его приспешников и в голову бы не пришло совершить такую оплошность, если, конечно, они не хотели подать миру какой- то сигнал.

Войдя в офис отдела, состоявший из трех смежных комнат, в которых в основном и протекала его жизнь, Морван сразу заметил елку, которую Валери и Дюрозье поставили перед окном. Проходя мимо, он задел подарок, висевший на ветке, и в очередной раз подумал, что совершенно лишен родительских чувств. Клодин не родила ему детей. Сначала они переживали, но уже давно смирились с судьбой и больше не заговаривали об этом. Детей им заменили Валери и Дюрозье, молодые сотрудники Морвана. Каждое лето они приезжали погостить в дом, расположенный на полпути из Карре-ле-Томб в Дюн-ле-Плас, в идиллическом месте рядом с ельником и холмом, поросшим папоротником. Конечно, Отдел секретных дел мог показаться довольно необычной семьей, но тепла в ней было не меньше, чем в любой другой.

Морван был человеком осторожным в делах и суждениях, даже скептиком. Он жил сегодняшним днем, не тратя времени на постижение смысла жизни. Но иногда по вечерам на берегу озера Сеттон ветер навевал ему мысли о непостижимых тайнах бытия. Эта музыка ветра отчасти усмиряла житейские тревоги. Дружеские беседы и бургундское вино прекрасно дополняли ее.

Он подошел к одному из мониторов и запустил «Бельфегор»[4] — сверхмощную программную систему, способную за несколько секунд сопоставить информацию из интернета с базами данных полиции и всех французских спецслужб. После терактов 11 сентября 2001 года и последовавших событий был издан декрет под грифом «Совершенно секретно», признававший существование программной системы «Бельфегор». Когда угроза теракта, который может унести тысячи жизней в Париже или Марселе, стала реальностью, правительство наконец признало, что система, позволяющая за считанные мгновения сравнить огромное количество данных, может оказаться единственным спасением.

В порыве энтузиазма, поразившего его самого, Морван выступил с предложением, чтобы каждый департамент полиции и разведки получил доступ к «Бельфегору». К сожалению, в результате существование системы могло стать достоянием общественности. Предполагая, что немедленно последуют выступления организаций по защите прав человека, в правительстве решили отказаться от этой идеи. Тогда Морван с Файяром яростно сцепились.

— Вы предпочитаете, чтобы погибли сотни людей где-нибудь в Тулузе или Страсбурге, лишь бы не провоцировать горлопанов и любителей писать открытые письма? — возмущался Морван.

— А что, по-вашему, я должен делать? — вопрошал в ответ гендиректор Национальной полиции.

Чтобы успокоить нервы, Морван расстрелял несколько обойм в тире на проспекте Фош и пригласил Клодину, Пивера и двух своих «малышей» в «Плаза-Атеней» на деньги Шалауи — нефтяного магната, которого Министерство устойчивого развития только что наградило орденом Почетного легиона.

Морван набрал на компьютере имя и дату рождения Тарика Хамзы, и на экране возникли уже знакомые ему фотографии, а также несколько газетных и журнальных статей о террористе.

На всякий случай он запросил список имен журналистов и экспертов, которые могли бы ему что-то рассказать о загадочном выходце из Саудовской Аравии. Увидев имя Антуана Субресо, он вспомнил недавний обед в «Марэ», когда они вместе пили его любимое белое вино «Силекс». Морван достал мобильный и набрал номер, размышляя, удастся ли ему застать Субресо в Париже 23 декабря.

— Привет, Антуан, это Морван.

— Эх, не нравится мне, когда ты звонишь прямо перед праздником! Ладно, я тебя слушаю.

— Тебе знакомо имя Тарика Хамзы из Саудовской Аравии?

— Он в какой сфере работает?

— Как бы тебе сказать… В террористической.

— Вот-те на!

Морван почувствовал сомнение в голосе собеседника. Как и многие его коллеги, проработав несколько лет аналитиком в главной военной разведке, Антуан Субресо открыл собственную консалтинговую контору, специализирующуюся на разработке бизнес-стратегий и расчете рисков в странах Ближнего Востока.

— Послушай, Пьер, вот так, навскидку, мне это имя ничего не говорит. Но попробуй спросить у Камиллы, она здесь со мной. Передаю ей трубку.

Дочь Антуана стала работать с отцом сразу после университета, где она изучала арабскую литературу, — занятие столь же увлекательное, сколь и бесполезное в реальной жизни.

— Здравствуйте, Пьер, рада вас слышать. Папа так часто о вас вспоминает!

Морван не сразу узнал голос. Судя по всему, девочка Камилла выросла и превратилась в решительную и уверенную в себе молодую женщину.

— Тарик Хамза — выходец из семьи банкиров с Красного моря. Сейчас он в бегах. "Прославился» тем, что убил американского посла в Каире. У нас есть клиенты, которые работают с семьей Хамзы. Что именно вы хотите узнать?

— Возможно, мне вскоре понадобится ваша помощь.

— Звоните мне в любое время, двадцать четыре часа в сутки. Отец восхищается вашей работой. Передаю ему трубку.

— Надеюсь, ты не хочешь втянуть Камиллу в одну из твоих дурацких историй?

— Не беспокойся.

Морван услышал, как отец и дочь оживленно заспорили. Камилла снова взяла трубку:

— Обязательно звоните, если я вам буду нужна, Пьер.

— Обещаю, я с вами свяжусь, как только нам понадобится ваша помощь.

Улыбаясь про себя, Морван нажал на кнопку отбоя. Комплимент красивой женщины — а Камилла была красива, в этом никаких сомнений быть не могло, — никогда не оставлял его равнодушным. В таких случаях Морвану было непросто оставаться беспристрастным. Его голубые глаза поневоле улыбались, а морщины на лбу разглаживались как по волшебству. Хорошо хоть «малыши» его сейчас не видят.

Однако неприятная мысль быстро вернула его к реальности. Почему Мельхиор Джаменти отправил ему факс, предварительно не позвонив, как делал обычно? Почему тертый калач из ЦРУ отменил отпуск, воспользовавшись одним из телефонных аппаратов в посольстве, прекрасно зная, что все телефоны посольства прослушиваются? Все указывало на то, что Волхв, как его называл Файяр, был в замешательстве и просил о помощи. Допустив два этих промаха, просительных разве что для новичка, он подавал сигнал. По всей вероятности, его что-то беспокоит.