Итак, Общее было самым чудесным и самым кошмарным из всех мест. Здесь - в царстве безвременном, но не безграничном - концентрировались все радости и все ужасы. Да-да, не безграничном, поскольку первые исследователи обнаружили рубежи между человеческой ноосферой и коллективным бессознательным любых других разумных рас: в виде бесконечной цепи гор или высокой стены из тесно прилегавших друг к другу белых каменных блоков. Эту ограду нельзя было ни проломить, ни перескочить, ни сделать под ней подкоп, ибо под «землей» Общего не было ничего, кроме бесформенного серого моря неразумности, в котором плавал великий слепой Червь предсоз-нательного, вечно стремившийся пожрать собственный хвост, или, как обнаружил один невезучий пионер-ноонавт, все, что бы ни попадало в перламутровый свет его «вод».
Но ни один из этих телепатических видов, встречавшихся человечеству, не мог прорваться сквозь стену. Таким образом, было сделано заключение, что каждое Общее должно действовать на своей собственной уникальной «частоте», хотя существование этих вероятных частот так и не было доказано со всей определенностью. Все же считалось, что разделение Общего на Области являлось фундаментальной основой Вселенной, как гравитационная постоянная и все три скорости света.
Как раз в тот момент, когда Бандар размышлял о последствиях загрязнения сознания бололо, оба ученых вышли из переулка, очутившись прямо напротив отеля «Сплендор». Пересекли пыльную улицу и поднялись на веранду, где за кафедрой, на которой лежал рулон бумажных билетов, стоял кричаще одетый мужчина с тонкими усиками.
- Следующий автобус отбывает через двадцать минут, - объявил он ученым. - Билеты бесплатные.
Хаффли взял два билетика и огляделся, где бы присесть в тенечке, но вокруг не было ни одной скамьи.
- Мастер, - робко заметил Бандар, - может, холодное пиво смоет железистый вкус воды, которой нас угощали в Секвестрансе?
При этом продавец билетов искоса глянул на молодого человека, но Хаффли уже входил в низкие, раскачивающиеся в обе стороны двери отеля-салуна. Бандар последовал за ним в большой зал. Разнородная толпа вовсю наслаждалась изобилием еды и напитков, каковые подавались публике молодыми женщинами в одинаковых платьицах, скроенных таким образом, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в их половой принадлежности.
В глубине зала шла азартная игра: вращающиеся колеса рулетки, вспышки огней и случайные крики, знаменовавшие победу или поражение.
Ученые расселись за пустующим столиком и заказали по кружке эля у барменши, чьи достоинства невольно приковали взгляд Бандара, не сводившего с нее глаз до тех пор, пока носок ботинка Хаффли не вонзился в его щиколотку. Убедившись, что привлек внимание коллеги, академик подался вперед и прошептал:
- Нам следует обсудить программу. Бандар нагнулся и потер ноющий сустав.
- Я пока еще не слышал ни о какой программе, - заявил он.
- Различаю в твоем тоне доселе небывалые нотки горечи, - покачал головой Хаффли. - Возможно, впервые слышу, как ты говоришь искренне, от всего сердца.
- Вернее, от всей своей несчастной щиколотки, - поправил Бан-дар, - но это неваж…
В этот момент на столе появились две кружки эля, однако, подняв глаза, диспутанты увидели не грудастую молодую особу, принявшую у них заказ, а высокого, стройного мужчину с грубым шрамом, протянувшимся через чисто выбритый подбородок.
- Не возражаете, если я к вам подсяду? - спросил он и, не дожидаясь ответа, опустился на стул.
- Но у нас тут важный разговор, - запротестовал Хаффли.
- В моем заведении, - дерзко бросил незнакомец, - ни один важный разговор не ведется без моего участия.
- Вы - Рал Базуан, - догадался Хаффли. Мужчина наклонил голову.
- Представьте, этот факт мне известен, - хмыкнул он. - Меня интересует, кто вы и, в особенности, почему подошли к моему салуну со стороны вон того обиталища ничтожеств и бездельников, что стоит на холме.
Наставник величественно выпрямился.
- Мы ученые Института исторических исследований на Старой Земле. Мы…
- В годичном отпуске, - перебил Бандар, - и решили, что будет неплохо осмотреть кое-какие местные достопримечательности. - Оглядевшись, он глотнул эля и заметил: - Довольно-таки красочное у вас заведение.
Базуан пронзил молодого человека подозрительным взглядом.
- И что именно, позвольте спросить, исследует ваш Институт? Увидев, что Хаффли склонен ответить правду, Бандар поспешно
постарался занять площадку:
- Ничего особенного. Некоторые странные мелкомасштабные явления отдаленного прошлого Земли. Для большинства из нас это скорее хобби, чем профессия.
- Э-э-э, простите… минутку… - приступил к делу Хаффли, начиная выходить из себя. Темно-багровый румянец пополз из-под воротничка к корням волос. Но Бандар опять не дал ему слова:
- Мой высокоуважаемый коллега, например, сделал сравнительное исследование стрижек на лобке, бывших в моде в восемнадцатом веке. Его знания в этой области никто не может оспорить. Уверен, что он будет счастлив поделиться с вами этими знаниями.
Базуан поспешно отстранился.
- Это совершенно необязательно, - заверил он, хотя в морщинках вокруг его глаз по-прежнему пряталось недоверие. - Но я хочу знать, что вы делали там, наверху, среди этих ночных горшков.
- Не пойму, о ком вы, - пожал плечами Бандар. Большой палец Базуана ткнул в направлении Секвестранса:
- То место, откуда вы пришли!
- А, вот вы о чем! - воскликнул молодой человек. - Мы застряли в каком-то крошечном космопорте и попросили подвезти на их грузовой кляче. Но почему вы так скабрезно? Ночные горшки, подумать только! Они что, известны своим пьянством? Кстати, эль довольно неплох.
- Ладно, - кивнул хозяин отеля, поднимаясь. - Желаю хорошо провести время.
Не успел человек со шрамом отойти, как Хаффли набросился на ученика:
- Ты оскорбил меня!
- Это чепуха по сравнению с тем, что, по моему мнению, сделал бы Рал Базуан, посчитав, будто мы явились покуситься на источник его благосостояния.
Только сейчас до академика дошло.
- О… да, - едва сумел пролепетать он, - теперь я понимаю. Правильно мыслишь.
- Вряд ли у нас есть средства побороться с ним, - тихо продолжал Бандар, - если только у вас не имеются силы, о которых простой студент не слыхивал.
Хаффли припал к кружке с элем.
- Нет у меня никаких сил. Я просто хотел убедиться, наблюдается ли феномен телепатической утечки через границы между видами. В этом случае я объявлю гидромантам, что ситуация еще более скверная, чем предполагалось, охарактеризую бололо как опасных психов и порекомендую обитателям Секвестранса перебраться в другое место.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
