Было видно, что Сергей просто опешил от такого ответа, а она решила добить его окончательно за то, что стала посмешищем в глазах подруг:
— Потому! Ты мне противен, дурак! Ненавижу тебя!!! Уходи!!! Меня вообще не интересуют простаки!!!
— Что?... — проговорил он растерянно.
— Что слышал!!! — ответила она ещё злее.
Смотреть на Сергея стало тяжело, в его глазах читалось недоумение и боль. А потом он как будто обезумел.
Что было после Мила вспоминала с трудом. Её псизащиту грубо сорвали, и холодные щупальца стали копаться в её воспоминаниях. Она поняла что это ОН, и закричала. Потом кажется все скамейки и урны поднялись в воздух и заплясали безумный хоровод. Сергей отпустил её разум, и стал говорить что-то про то, что ему не нужна такая слабачка. Он переместился на пару метров вверх, а затем открыл портал, сказал ей «ПРОЩАЙ!» и исчез.
Она сидела на снегу и ревела. Где-то сзади были слышны всхлипывания Сони и Саши, их похоже тоже зацепило псионическим ударом. В голове у неё стояла звенящая пустота.
В какой-то момент открылся портал и из него вылетели люди в защитных костюмах. Они отвели её куда-то, и там её осмотрели целители.
Глава 2
Мила проснулась на больничной койке в небольшой одиночной палате. За приоткрытой немного дверью слышались голоса. Она прислушалась и узнала голос отца, второй голос был незнакомый:
— Каковы ваши прогнозы? — спросил отец ровным отстранённым тоном.
— Тут трудно сказать наверняка, — ответил сдержанно незнакомый мужской голос. — Психика вообще очень тонкая и сложная вещь. У неё сильный псионический шок, и хотя, в принципе, это неопасно, гарантий я, как вы понимаете, дать никаких не могу. Ей нужен покой и ещё раз покой. И наблюдение специалистов.
— Чем это может грозить в худшем случае?
— Ну, учитывая её текущее состояние, её психика вряд ли сильно пострадала. В худшем и маловероятном случае, у неё выявится несколько фобий, возможен лёгкий психоз, — голос говорил успокаивающе. — Но, ничего неизлечимого хорошими специалистами! Можно сказать, что ей сильно повезло.
Мила попыталась встать, голова у неё закружилась, она задела стоящий на тумбочке стакан с водой и он с шумом грохнулся на пол.
— Кажется, она проснулась! — воскликнул её отец и тут же вошёл в палату.
Мила увидела сначала отца, а затем незнакомого, улыбающегося целителя в белом халате.
— Как ты себя чувствуешь, принцесса? — спросил её отец.
— Ничего. Я уже в порядке, па! Поедем домой?
— Нет-нет-нет! — ответил он. — Тебе придётся побыть здесь ещё немного, принцесса! Нужно убедиться, что с тобой всё в порядке.
— Девушка, вы помните, что с вами произошло? — спросил её целитель.
— Да... — ответила она задумчиво. — Я поссорились с Сергеем и он... Пресвятая Дева! Он псимаг!!!
Мила наконец осознала этот факт до конца, и это оказалось ошеломляющее знание.
— Не произноси при мне имя этого мерзавца! — воскликнул отец сурово. — Его уже поймали, и я уверен, что он получит по заслугам.
— Папа! Пожалуйста! — попробовала возразить Мила
— Всё милая! Разговор окончен! — прервал её отец, взглянув на целителя. — Тебе нужен отдых и покой. Вечером к тебе придёт мама.
Отец поцеловал её и вышел из комнаты, а целитель положил ей руку на лоб и ей тут же нестерпимо захотелось спать.
Она провела в клинике больше недели. Ела, спала, слушала успокаивающую музыку и смотрела детские мультики по тривизору. Каждый день её осматривали специалисты, но ничего страшного не находили. Мила старалась вести себя спокойно и ровно, но всё же по вечерам она плакала. Ей очень хотелось увидеть Сергея, извинится перед ним и постараться всё исправить, но отец даже говорить с ней о нём не хотел. «Забудь его!» — вот всё что она от него слышала.
Но как можно забыть того, кого любишь? Именно тут, в тишине палаты, Мила отчётливо поняла, что она влюбилась. Влюбилась сильно и серьёзно. Она не злилась на него, наоборот, она чувствовала себя виноватой в том, что произошло. Ведь это она его тогда очень сильно обидела. Так сильно, что он даже потерял контроль над собой. Чувство вины сжигало её изнутри. Она обзывала себя дурой, идиоткой, но легче от этого не становилось.
Когда на третий день к ней разрешили посещения, пришёл граф Черкасский. Он, как всегда, был великолепен и безупречен, но ничего кроме скуки у неё не вызвал. Она немного поговорила с ним, а потом холодно сказала, чтобы он больше не приходил. Похоже, что это известие стало для него ударом, но граф не подал виду, просто учтиво распрощался с ней и ушёл.
Соня и Саша не пришли к ней ни разу. Мила только потом узнала, что им запретили к ней приходить, чтобы не спровоцировать кризис. Но она об этом и не жалела. Соня ей уже жутко надоела со своими дурацкими претензиями и неуёмными амбициями.
После выписки она провела ещё две недели дома, скучая по Сергею. Мама выслушивала её каждый день, сочувствовала ей, но ничего сделать не могла. Она даже попыталась поговорить с отцом, но он был непреклонен. Он и слышать ни о чём не желал.
Один раз, тайком, она спустилась вниз и позвонила в его квартиру. Ей открыла бабушка и Мила узнала что Сергея нет, и не будет ещё очень и очень долго, так как его отправили учится в Одинцовское Военное Училище.
Она попыталась связаться с ним Зовом, но ни одна из её попыток не увенчалась успехом. Его как будто не было в этом мире. А покопавшись в Сети, она выяснила, что без специального разрешения связаться ни с кем, кто находится под силовым куполом любого военного училища, абсолютно невозможно.
Эта информация совсем подорвала её дух. Она проплакала почти три дня, а потом поняла, что пора брать себя в руки. От того что она плачет, толку никакого, только отец всё больше расстраивается и мрачнеет. Ей нужно было вырваться из дома, чтобы никто ей не мешал. И Мила заявила, что хочет вернутся к учёбе. Никаких препятствий это не вызвало, целители дали добро, и Мила снова стала ходить на занятия.
В классе все девочки конечно же обсуждали произошедшее. Её засыпали целой кучей вопросов, ахали, охали, и почему-то больше всего удивлялись тому, что она не смогла распознать в Сергее псимага. Соня конечно утверждала, что она определённо что-то почувствовала, но Мила в это не верила нисколько. «Опять выпендривается!» — подумала она.
Через пару недель, когда всё немного подзабылось и улеглось, она поехала в Одинцово. Но её не пустили дальше ворот. Выяснилось, что посещения запрещены и нужно особое разрешение, чтобы поговорить с кем-то из курсантов. Это был полный провал. Отец как-то обо всём узнал, и был ужасно недоволен. Он запретил ей ходить куда-либо после школы, и даже приставил к ней охранницу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
