Читаем без скачивания Обочина - Борис Давыдов

– Алёна, разреши всё-таки в квартиру войти, – тихо попросил он.

– А больше ничего не хочешь? Может, тебя ещё в мою постель уложить?

– Ну, зачем ты так.

– Всё, Мишутка, я пришла к твёрдому убеждению, что семейной пары из нас не получится.

– Алёна, подожди, не горячись. Давай поговорим спокойно. – Михаил хотел было войти в прихожую, но девушка грубо толкнула его в грудь.

– Куд-да лезешь? Ну-ка м-марш назад. – Захлопнув перед его носом дверь, она заперла её и пошла в свою спальню.

Постояв, Михаил решил позвонить Валентине Васильевне и попросить её как-то повлиять на дочь. Но потом раздумал, боясь, что та скажет: «Какой же ты мужчина, если любящую тебя невесту упустил?» И ещё что-нибудь в том же духе. «Да и может ли в таком случае мать повлиять на дочь? Вряд ли: сейчас не те времена». Правда, Алле Михаил позвонил: «Алёна, я надеюсь, что ты изменишь своё решение относительно нашей женитьбы. Позвони, я буду ждать».

Но Алла сказала, как отрезала, что звонить ему никогда не будет.

Вечером у неё состоялся с матерью трудный разговор. Мать никак не могла взять в толк дочкины резоны:

– Посуди, – убеждала она дочь, – где это ты слышала, чтобы здоровый мужчина до двадцати трёх лет оставался девственником. Да и зачем ему эта девственность? Девушка совсем другое: Бог её создал так, чтобы она нераскрытым бутоном предстала перед своим супругом, окропила его капельками своей крови, как любящего мужа умывают росой.

Думаешь, почему ещё со старых времён сохранился обычай, когда на следующее утро после брачной ночи молодой муж выпивает бокал вина, а затем разбивает пустой бокал? Я предполагаю, что выпитым вином он как бы утоляет любовную жажду, а разбитый бокал – это символ доставшейся ему девственности молодой жены.

Ладно, не буду тебя мучить, а скажу так. У тебя, Алёна, тоже было бы всё: и любовь, и счастье, и образованное, интеллигентное окружение. Да тебе бы каждая женщина завидовала! Подумай, Алёна, и позвони Мишеньке. А ослиное упрямство ещё никому пользы не принесло. Думай, Алёна, думай, пока не поздно. К тому же ты чести уже лишилась. Но суть даже не в этом, а в том, что Михаил золотой человек. И в жизни он многого добьётся.

Алла, не перебивая, выслушала мать, а потом твёрдо заявила:

– Пусть я и упряма, как осёл, но на попятную не пойду. Всё равно мы с Михаилом потом бы разошлись. Нет, я решила – и точка. А то, что уже не девочка… ну… проживу как-нибудь.

Глава 3. Новое знакомство

Алла усиленно готовилась к вступительным экзаменам в институт. Ей хотелось доказать, что она не хуже Михаила и всех тех женщин, с которыми он знаком. Вот захочет и получит диплом о высшем образовании. И обязательно с отличием. Так-то!

Но все её труды оказались напрасны: не прошла по конкурсу. И не хватило-то всего двух баллов; Алла горько плакала. В своём провале она винила, конечно, его, Михаила. Ибо каждую минуту думала о нём, перед глазами неотступно торчали эти фотографии с голыми бабами.

Валентина Васильевна терпеливо ждала, когда её дочь оклемается, придёт в себя после провала. Но через три дня всё же не выдержала.

– Алёна, чем дальше думаешь заниматься? – спросила она.

– На хорошую работу бы устроиться, – не отрываясь от телевизора, уныло ответила дочь. – Чтобы с интересными людьми общаться.

– «На хорошую работу», – с иронией повторила Валентина Васильевна. – Без специальности и образования кто тебя возьмёт? Ученицей продавца не хочешь поработать? А потом уж и продавцом.

– Не-е, ма, – мотнула головой Алла, – продавцом не хочу. Вот секретаршей у большого начальника, с удовольствием.

– Чтобы секретаршей работать, тоже надо учиться.

– А сколько?

– Шесть месяцев.

– Ну-у, это немного совсем. А где учат на секретаршу?

– Завтра узнаю, – пообещала мать. – Так и быть, учись на секретаршу.

С конца августа Алла стала посещать курсы секретарей-машинисток. Она с удовольствием училась печатать на машинке, постигала делопроизводство. Поскольку занималась всего лишь три дня в неделю с пяти до восьми вечера, свободного времени было хоть отбавляй. И однажды, прогуливаясь субботним днём по набережной Волги, обратила внимание на молодого симпатичного блондина. Он сидел на скамье и с задумчивой улыбкой смотрел в даль. Сердце Аллы учащённо забилось. «Хорошо бы с ним познакомиться, – подумала она, – славный. На Есенина и лицом, и причёской смахивает».

Остановившись перед ним и доверчиво улыбнувшись, спросила:

– Извините, можно я с вами посижу?

Парень оторвался от созерцания заволжских далей, взглянул на Аллу. Что уж он подумал, увидев очаровательную блондинку в нарядном приталенном платьице да с шикарной косой на высокой груди, неизвестно, но отозвался приветливо:

– Конечно! Я буду рад.

Алла села на скамейку и вновь спросила:

– Я вас не отвлекла от каких-нибудь тайных мыслей?

– Не-е-т, что вы. Правда, мысли у меня были. И мысли хорошие: час назад я узнал, что зачислен на заочный факультет финансово-экономического института.

– Поздравляю, – поспешила Алла и с грустью добавила: – Я тоже поступала, но не добрала два балла.

– Не огорчайтесь, у вас всё впереди.

Так они разговорились, и Алла, точно старому знакомому, доверительно призналась:

– Мне обязательно хотелось поступить в этом году. Кстати, а почему вы на заочный поступали?

Молодой человек тоже не поскупился на откровенность.

– Во-первых, на заочный легче, – ответил он. – Во-вторых, меня и так уже родители обували-одевали, пока я в строительном техникуме учился до армии. Хотя из армии этим летом я столько денег привёз, что за всё с родителями рассчитался. Правда, была ещё причина для поступления в заочный институт: не хотелось бросать работу, которая мне нравится. К тому же есть возможность квартиру получить. Я ведь пришёл в строительную организацию по направлению, причём ещё до армии. – Он весело улыбнулся: – Но чтобы получить квартиру, надо жениться.

«Уж не намекает ли мне этот разговорчивый блондин, что готов со мной подружиться? – подумала Алла. – Кажется, у него нет девушки. А парень-то ничего-о». Ей захотелось спросить: «У вас есть невеста?», но задала другой вопрос:

– А вы кем работаете?

– Мастером, – с гордостью ответил он. – Строим в городе тёплые кирпичные дома.

– Хм, я, например, живу в панельном доме, но квартира у нас тоже тёплая, – с некоей обидой заметила Алла. – Почему вы считаете, что в кирпичных домах теплее?

– Многие так говорят, – смутился юноша, услышав обиду в голосе незнакомки. Но понимая, что она ждёт конкретный ответ, продолжил: – Дело в том, что в кирпичных домах нет щелей. Я имею в виду стены. А в панельных порой некачественно промазываются стыки. Вообще-то, всё это я знаю с чужих слов, так как сам живу в деревне. Поэтому не знаю, в каких домах теплее – в панельных или кирпичных. У нас, например, дома всегда тепло: газом отапливаемся. Холодно – прибавил температуру, жарко – убавил. И никаких проблем.

– Так вы в деревне живёте? – удивилась Алла.

– Да. Километров пять вниз по Волге. Вас как зовут? – неожиданно спросил он.

– Ал-лёна, – слегка растерявшись, ответила она.

– А меня Денис, по фамилии Кириллов. Может, в кафе-мороженое зайдём?

– С удовольствием.

Денис встал, стряхнул невидимые пылинки со своих светлых брюк, поправил у ремня клетчатую рубашку. Алла оценивающе смотрела на нового знакомого. «И рост у него хороший, и фигура спортивная».

В тот день Алла многое узнала о Денисе Кириллове, о многом догадалась. Она поняла, что Денис уверенный в себе человек, но не хвастун. Понравилась его непосредственность. Когда они проходили мимо двух подземных сооружений с буквами «М» и «Ж» над входом, он вдруг остановился и легко, непринуждённо сказал: «Алёна, извини, я в туалет зайду». Хотелось в туалет и ей, но стеснялась в этом признаться. И едва он исчез за дверью, как она сиганула в другую дверь и ухитрилась выйти из неё раньше, чем он.

Случайная встреча молодых людей затянулась в итоге до вечера. Проводив Аллу до дома, Денис назначил ей на вторник свидание.

Валентина Васильевна сразу заметила сияющие глаза дочери, как только та появилась в гостиной.

– Алёна, уж не влюбилась ли ты?

– Да, мам, влюбилась. – Алла с ходу плюхнулась на диван. – Это тако-о-й парень, такой парень!

Она принялась подробно рассказывать о Денисе, о его родителях.

Мать молча выслушала её, потом спросила, скорбно сдвинув свои тонкие, подведённые брови:

– Уж не собираешься ли ты за этого парня замуж?

– Если он предложит, соглашусь.

– М-да-а, – покачала головой Валентина Васильевна. – Значит, досадить Михаилу хочешь, назло ему за первого попавшегося выскочить?

– Мам, почему назло? – обиделась Алла. – Вот увидишь Дениса, сама скажешь, что он нисколько не хуже Михаила.