нарезные патроны «Магнум» улетучиваются с невероятной скоростью!
Во дворе дома Кеннов стоит раритетный пикап-внедорожник «Морион». В гараже место только для двух машин. На маленьком «Ситаре» ездит жена. У Рэя служебный белого цвета седан «Инфалибал». Отличная машина, ничего не скажешь. Но разве на такой поедешь на охоту? Хорошо, что Рэй после смерти отца не продал старенький «Морион». Ему кажется, что этот автомобиль всегда был в их семье. В конце концов Рэй и «Морион» – земляки, так что избавиться от старого друга у Рэя не поднялась рука.
Подойдя к огромному ярко-рубинового цвета автомобилю, Рэй бросает рюкзак в кузов. Для «Везербая» отведено персональное место в салоне за спинкой пассажирского сиденья.
От поворота ключа в замке зажигания постаревший, но всё такой же грозный железный монстр оживает и всеми своими восемью цилиндрами даёт понять, кто в их семейном автопарке хозяин.
В «Морионе» нет никакой новомодной электроники. Всё аутентично, просто и надёжно, как в армейском грузовике. Рэй крутит ручку на двери, чтобы опустить стекло. Сегодня невероятно красивое осеннее утро. На небе ни облачка. Нет ветра. И даже вставшее из-за горизонта низкое осеннее солнце пытается напоследок преподнести тёплый подарок. Его лучи согревают просыпающийся двор Кеннов, «Морион» и самого Рэя, который, обхватив ладонями обод руля, послушно ждёт, когда, наконец, прогреется двигатель.
Пять минут спустя громадина «Мориона», урча мотором, катит по улицам Салантера, как послушный пёс, радуясь, что хозяин вывел его на прогулку.
Обычно Рэй охотится в Тэйлорской пустоши: безлесых, пологих холмах милях в двадцати к западу от Салантера. Но сегодня его путь лежит значительно дальше. Сначала он выезжает на трассу «Салантер – Гульф» и миль десять добрый старина «Морион», не верящий такому подарку судьбы, рвёт своим мускулистым телом пространство, укладывая стрелку спидометра далеко за шестьдесят2.
Затем, сменив южное направление движения на западное, Рэй сворачивает на старую заброшенную дорогу в Айлен-Хилд. До городка добрая полусотня миль, и где-то на середине этого пути Рэй снова берёт вправо и уже по какой-то безымянной местной дорожке продолжает движение на северо-запад. Каменистая тропа абсолютно пуста, но вот впереди появляется сетчатый металлический забор, серой лентой разрезающий пространство от одной точки горизонта до другой, и деревянный, перегораживающий дорогу шлагбаум.
Рэй останавливает машину ярдах3 в десяти от шлагбаума. Не глуша мотора, выходит из кабины и направляется к кордону.
Когда-то здесь был пропускной пункт. Стоит вполне исправная будка. Даже стёкла все целы. За шлагбаумом на дороге установлено несколько сваренных из рельсовой стали заградительных «ежей», обмотанных колючей проволокой, так что проехать вперёд не представляется возможным. Справа от будки на заборе большой информационный щит.
Рэй подходит к щиту и долго его изучает. Затем возвращается к пикапу. «Морион» вздрагивает; слышно, как в недрах его коробки передач включается первая скорость. Тяжёлая машина сворачивает влево и начинает медленно двигаться вдоль забора по пустынной, выбеленной холодными морскими ветрами поверхности каменистого плато.
За сеткой забора, вдалеке, на фоне выцветшего синего неба видна хмурая серая вершина Айрантс-Гил.
5. Восхождение
Как учёный пограничный пёс, «Морион» через пару миль выводит своего хозяина к проёму в заборе. Кто-то хорошо постарался и не просто сделал в заборе дыру, а расчистил всё вокруг, да так, что теперь можно безбоязненно въезжать в запретную зону хоть на рейсовом автобусе.
Рэй делает очередную остановку. Выйдя из машины, он достаёт полевой бинокль и внимательно осматривает окрестности. Вокруг никого.
Удовлетворённо хмыкнув, Рэй запрыгивает в кабину и берёт в руки лежащую на пассажирском сиденье развёрнутую топокарту. Она безнадёжно устарела. Судя по информации на полях, съёмка местности производилась больше сорока лет назад. Но другой нет. Во всяком случае, даже Кенн, с его связями в отделе геодезии в головной компании «Cencomcon», достать смог только эту. Хотя, с другой стороны, а что здесь могло измениться за сорок лет?
От проёма в заборе, где сейчас находится Рэй, до высоты 2037, горы Айрантс-Гил, по прямой – шесть миль. Установленный в «Морионе» армейский высотомер показывает 590 футов4. Шесть миль расстояния и 1447 футов перепада высот на пологом, поросшем травой склоне для его старого верного друга «Мориона» – часа два работы. Сейчас 9:35. А не пора ли нам заказывать обед, на вершине Айрантс-Гил с видом на океан?
Рэй очень рад, что всё складывается так удачно. В сторону горы ведёт извилистая дорога. Похоже, ею не пользовались уже давно. Рэй видит еле заметную колею, две тропинки, где под тяжестью колёс, грубый, разнокалиберный камень оказался перемолот в мелкий гравий и пыль.
Серое уныние горного склона не оживляет даже редкая растительность. Увядшие и высохшие травы с торчащими над ними колючими стеблями чертополоха освежают лишь редкие кустарники вечнозелёного вереска. Весной и летом здесь, наверное, красиво. Можно представить, как заиграют эти безжизненные склоны, когда в мае расцветёт ветреница и настоящими белыми волнами прокатится с одного холма до другого – до самого горизонта. А вдоль оживших ручьёв зацветут золотистые звёзды калужницы. Позже, в июне, распустится редкая в этих краях чёрно-жёлтая головчатка, а фригийский василёк окрасит поля ярким красновато-фиолетовым цветом, утонув в бесконечном синевато-лиловом море колокольчиков. И, наконец, в июле-августе зацветёт вереск…
Дорога, огибая особо крупные валуны, карабкается вверх. Также настырно по ней ползёт в гору и «Морион». Уже прошёл почти час. Стрелка высотомера подкрадывается к отметке 1500 футов. Позади две трети пути. Неожиданно дорога заканчивается. Рэй въезжает на небольшую площадку, которая, скорее всего, служила конечной стоянкой для машин принадлежавших покорителям Айрантс-Гил. Дальше к вершине ведёт узкая тропа. Крутизна склона заметно увеличивается, но пока ещё не настолько, чтобы стать преградой для внедорожника. Крупных камней вдоль тропы не видно, и «Морион» осторожно продолжает движение.
Высота – 1650. Похоже, дальше уже не проехать. На смену гравию пришли валуны, на которых пикап стал предательски пробуксовывать. Выбрав пространство поровнее, Рэй разворачивает машину вниз по склону и глушит двигатель.
Захватив карабин, карту и рюкзак, Рэй продолжает восхождение уже пешком. Примерно за четверть мили до вершины тропа пропадает и приходится ориентироваться на изгибающийся на фоне синего неба контур макушки Айрантс-Гил. Самыми сложными становятся последние ярды. Опираясь на скальные выступы, Рэй карабкается всё выше и выше.
В час дня он на вершине. Уставший, но удовлетворённый достигнутой целью Рэй стоит во весь рост, широко расставив ноги и подставив лицо холодному северному ветру. Перед ним, вдалеке видна кромка океана. Восточнее, за проливом, благодаря ясной погоде и невероятно чистому воздуху, чётко прорисовывается контур Ант-Рая
