менялось. Всё та же глубокая темнота, всё та же тишина, всё те же камни, пыль и песок.
«Чем больше слёз, тем ближе он…»
Резко без каких-либо намеков коридор закончился. На мгновение Руслану показалось, что он оказался в той же бескрайней галерее, откуда только что сбежал. Но ни змеи, ни её следов вокруг не было. Не сразу в полутьме Руслан различил еще три выхода из пещеры, словно он оказался на развилке.
— Ну замечательно!
Он почувствовал предательское ощущение усталости, которая медленно занимала место адреналинового коктейля. Но расслабляться не было времени. Внутренний голос требовал как можно быстрее решать в какую сторону идти. Усевшись на колени, Руслан тяжело выдохнул. На что ориентироваться он не понимал, считалок не помнил или, возможно, попросту не знал. Вспомнил какую-то сказку про богатыря и камень на развилке с многообещающей надписью о прелестях мучительного выбора. А следом и байку про осла и два стога сена.
— К черту!
Он поднялся и пошел в центральный проход.
Вновь раздался смех. Надменный и холодный.
«Нить судьбы оборвана…»
Чьи это были голоса? Откуда звучали?
— Я просто брежу… Или это все дурной сон…
Руслан пытался сообразить, где он мог услышать или прочитать подобные строки. Казалось, что это была часть какой-то поэмы. Мрачной и безрадостной. Как коридор, который выбрал Руслан в качестве надежды на поиски выхода из темной пещеры. Не пройдя и десятка метров, он почувствовал ветер. Легкое еле заметное прерывистое движение воздуха, словно спокойное дыхание. Ветер принес забытые воспоминания.
— Мы не можем быть вместе… ты прекрасная и замечательная, но дело во мне, — какими же банальными казались эти слова тогда. И сейчас ничего не изменилось. Он слышал свой голос словно со стороны. Он проклинал себя за трусливую неспособность объяснить насколько он боится обречь её на страдания в случае, если с ним что-то произойдет. Произойдет то, что случилось с его лучшим другом. Как же глупо…
«Если никто не заплачет, ты обречен…»
Мысль продолжить движение вперед резко оборвалась ощущением присутствия нечто живого поблизости. Оно наверняка смотрело ему в спину. Руслан инстинктивно обернулся.
Проход наполовину занял черный силуэт не то камня, не то крупного животного. Когда пятно зашевелилось и расставило лапы, Руслан понял, что перед ним была крупная собака или волк. На черном пятне сверкнула пара глаз. Первая… Потом вторая… Третья. Через мгновение пятно уменьшилось в размерах и раскололось на три части. Наконец одна из трех собак завыла, а две озлобленно рыкнули. Псы кинулись в коридор. Причем тот, что был позади, в мгновение ока обскочил своих сородичей пробежав по вертикальной стене.
Руслан пустился наутек, понимая, что вряд ли совладает с тремя псами, если они его нагонят и окружат в узком коридоре. В отличие от змеи троица была намного проворнее и быстрее. Злобный лай и рычание с каждой секундой становились ближе. Руслан ожидал, что вот-вот и одна из собак окажется где-то над его головой и в итоге перегородит путь.
Он просто бежал вперед, не видя конца коридора.
Новая галерея. Руслан остановился буквально в последнее мгновение, по инерции, чуть не провалившись в открывшийся перед ним обрыв. Псы резко остановились где-то позади него.
«Путь в царство закрыт…»
Обессиленно упав на колени, Руслан отчаянно выкрикнул:
— Что тут происходит? Где я? Где остальные?
Сердце безудержно колотилось, дыхание то и дело срывалось, в ушах звенело от одновременно прокравшихся напряжения и усталости.
«И никто не заплатит равной цены за тебя…»
— В какое царство? Какую цену? Что за бред?! — Он почти рычал от злобы и бессилия.
Псы по очереди вышли из коридора. Руслан сильнее сжал факел, приготовившись к возможной атаке. Но вместо рывка собаки вплотную приблизились боками друг к другу и вновь слились в темное единое пятно. На этот раз Руслан различил в нем трехголовую собаку с двумя парами лап. Зверь был гораздо больше и массивнее своих «составных частей», неторопливо дышал и казалось уже не был так заинтересован в Руслане. Но цепкий взгляд трех голов не сходил с него, будто зверь ожидал чего-то.
— Что ты такое, черт возьми?!
— А как ты думаешь?
Посторонний мужской голос прозвучал очень четко, словно его обладатель стоял рядом с Русланом. Это не был тот вкрадчивый шепот, мрачно декламирующий строки неизвестной поэмы. Руслан обернулся, но никого не обнаружил. Пёс?
— Он не умеет говорить, — насмешливо произнес тот же таинственный голос, предупредив попытки Руслана разузнать кто к нему обращается, — Собаки, вообще говорить не умеют.
— Тогда покажись, не привык разговаривать с теми, кто прячется.
Голос самодовольно протянул:
— Разговор лицом к лицу. Довольно волнительно.
Над обрывом всколыхнулась тень и, словно из дыма, выпустила длинный силуэт. Высокий подтянутый мужчина в черно-сером одеянии вышел в полумрак перед Русланом. Первое, что заметил Руслан на тонком лице собеседника — медовые глаза, блестящие словно золото в ярком свете.
— Кто ты?
— Разве неясно? Хозяин этого места, — золотоглазый оскалился в ядовитой улыбке, — и я не приглашал гостей. Улавливаешь?
— Нет. То, что ты хозяин этого места, мне ни о чем не говорит. Потому что на право владения этим каменным брюхом ты уже четвертый в списке.
Золотоглазый рассмеялся:
— Удивительный ты человек, Руслан!
Услышав свое имя, тот опешил.
— Не смотря на всю ненормальность происходящего сейчас, ты продолжаешь быть самим собой. Черствый, непреклонный, язвительный. Редко попадаются такие экземпляры. Но возможно, всё из-за того, что мне редко доводится говорить с людьми. Все вы так тщательно скрываете за масками то, что на самом деле творится в ваших душах… пока живы. А свободная душа уже не противится быть тем, что она есть.
— Что за бред ты несешь? Говори кто ты, что это за место, и откуда знаешь мое имя!
Пёс злобно зарычал, вторя настрою золотоглазого. Руслан ощутил резкую острую боль в правом боку. Машинально сжавшись, он поднял на таинственного мужчину озлобленный взгляд.
— О, даже не смотри на меня так. Это не моих рук дело. Я лишь жду.
— Чего ждёшь?
— Когда твое тело умрет, и душа освободится. Потом я провожу тебя. Как всех до. Как всех после. Как твоего друга, например. Помнишь тот день?
Слова золотоглазого отразились барабанящим эхом и продолжили гудеть в голове Руслана. Крылатое черное пятно со сверкающими золотом глазами… Руслан помнил тот день. Он упал на бок. Нечто тянуло его к краю обрыва. Усиливающаяся боль сковывала движения. Но не было ни крови, ни переломов. Только боль. Подобравшись к краю, Руслан глянул вниз.
Золотоглазый поднял догорающий факел и кинул в обрыв.
