Дождавшись, когда в школе начались занятия, Джош отправился к ней на квартиру. Хотя было ясно, что «Анархисты» уже напали на ее след, он надеялся найти доказательства того, что она и была той учительницей, которую они нашли по школьным документам. Он проник в дом через вход со двора. К счастью, старое здание не было оборудовано сигнализацией, но какой-то старик, очевидно, хозяин дома, увидел его в тот момент, когда он выходил из ее квартиры. Джош убедился, что она действительно была той учительницей и женщиной, которую он разыскивал.
Вдалеке гора Пенанг отбрасывала на долину зловещую тень, ее острые вершины едва просматривались сквозь дымку. Он обвел взглядом столпившихся прохожих, запоминая лица, номера машин, местоположение. Ничего!
У него желваки заходили от досады.
Она исчезла.
Глава 4
Эрин свернула за угол и остановилась перевести дух. Мимо промчался грузовик, извергая черные клубы выхлопных газов, впритык за ним шла группа мотоциклистов. За мотоциклистами катился маленький автомобильчик с квадратным кузовом, в каких развозят товары по мелким лавкам. Вдруг все резко затормозили — дорогу перекрыл огромный ярко-красный трейлер с рекламой кока-колы, перед которым в переулок протискивался мебельный фургон. Кто-то оглушительно засигналил, велосипедист круто свернул в сторону, а пешеходы стали торопливо пробираться через забитый машинами перекресток.
Нервно теребя ремешок сумки, она искала взглядом такси. Одна машина вырвалась из плотного потока и подъехала к тротуару. Эрин бросилась к ней, рывком открыла дверь и скользнула внутрь.
«Сосредоточься!» — мысленно приказала она себе и выпалила шоферу адрес. Тот озадаченно обернулся, и ей пришлось повторить его более четко.
Вдали выли сирены полицейских и пожарных машин, опасность подходила все ближе.
— Дэниел! — горестно прошептала она, но тут же себя одернула и выглянула в окно.
С такси поравнялся мотоцикл необычной модели. Ноги водителя были высоко подняты, а сам он сидел, откинувшись назад, на низком сиденье. Он оглянулся на нее, и на его загорелом бородатом лице возникла улыбка. Точнее, довольно зловещая ухмылка. Эрин быстро нажала кнопку запора дверцы.
Стиснув пальцы в кулак, так что ногти впились в ладонь, она едва сдержала подступившие слезы.
Ей не хотелось скрываться, но другого выхода не было. Все прояснил разговор с Майком Олеском. Офицер полиции в отставке и друг ее отца, Майк был единственным человеком, которому она могла откровенно все рассказать и спросить совета. Она никогда не забудет этот разговор, ведь после него ее жизнь полностью изменилась.
* * *
Он стряхнул пепел в стеклянную пепельницу с поблекшей эмблемой Голливуда.
— Я знаю, как это бывает. Власти делают заявление, обещают найти убийцу. Но в данном случае банде «Анархисты» противостоит местная полиция. У нее нет ни шанса. Другое дело, если бы этим случаем занимались федералы.
— А почему они им не занимаются? — спросила она, заранее страшась ответа.
— Скоро займутся. Если ты сама не придешь в полицию, тебя вызовут на допрос официально. Думаю, у тебя есть день или того меньше.
— Нет, я не могу, — ответила она. — Я не стану отвечать на их вопросы.
— Пойми, Эрин, у тебя нет выбора. Почему ты не хочешь добровольно дать показания?
Она упрямо покачала головой.
— Но иначе тебя обвинят в противодействии правосудию.
— И посадят в тюрьму? — По крайней мере, там она будет в безопасности.
— Кто знает… — Он тяжело закашлялся. — Говорят, «Анархисты» на все пойдут, чтобы отмыть от тюрьмы своего главаря Деррика Риза. Если мне удастся перекинуться словом с офисом шерифа, мы перенесем это дело на федеральный уровень. Тогда будет проще.
— Нет, не могу.
Он задумчиво потер переносицу:
— Если ты сбежишь, то автоматически станешь подозреваемой в преступлении.
— Говорю тебе, я не могу. Лучше я скроюсь. Ты мне поможешь?
— Эрин, ты с ума сошла? Ты слышала, что я сказал? Если я смогу связаться с федералами и ты признаешься, что была на месте преступления, они применят к тебе программу защиты свидетелей.
— И потребуют, чтобы я дала показания, и мне нужно будет присягнуть, что я буду говорить только правду.
— Конечно. Эрин, в чем дело? Кого ты покрываешь?
Она молчала.
— Майк, кто это был? Кто меня подставил?
Он глубоко затянулся самодельной сигаретой, глядя на нее из-под густых бровей.
— Слышал, что как раз сегодня утром один из твоих отпетых дружков визжал громче, чем поросенок под ножом.
— Стивен! — прошептала она. Несмотря на все, предательство больно уязвило ее. Она никому не могла сказать, кто на самом деле был свидетелем убийства.
Дым от сигареты Майка кольцами поднимался к потолку. Она вдруг закашлялась.
— Майк, я не могу тебе все сказать. Поверь мне на слово. Мне нужно сбежать, нужно исчезнуть. Ты мне поможешь? Вопрос идет о жизни и смерти. Пожалуйста, просто поверь мне.
Он долго смотрел на нее в раздумье, наконец кивнул:
— И долго ты собираешься скрываться?
— Не знаю. Сколько понадобится.
— Идем. — Он сделал ей знак рукой. Она вошла за ним в дом, и они составили план действий.
* * *
Вздрогнув, она очнулась от воспоминаний. Ее одолевала страшная тоска по дому, желание оказаться там, где все это началось, — в Сан-Диего. Но она знала, что, возможно, уже никогда не увидит дома.
Она открыла глаза и заставила себя выкинуть из головы мечты о доме.
«Внимание!» — напомнила она себе, когда такси свернуло на забитую машинами улицу, ведущую к ее кварталу. Над головой раскачивались рекламные растяжки. Машина пробиралась по людным улицам все дальше, а она думала, правильное ли решение приняла. Не лучше ли было сразу отправиться в аэропорт? А если сейчас они гонятся за ней? Или считают, что она погибла?
Они.
Она так долго скрывалась от этих «они», у которых не было лица.
Взгляд ее упал на старинный британский особняк в викторианском стиле, с его крепкими каменными стенами, стройно возносящимися ввысь. Мир вокруг него стремительно менялся, а он стоял, гордый и неколебимый как скала, не желая уступать свои позиции. Он живо напоминал ей о доме и придавал мужества.
Такси свернуло за угол, и вокруг все снова стало иным. Если ей что-то и нравилось в Джорджтауне, то вот это смешение старого с новым, взаимопроникновение английских и малайских традиций. Она нарочно сняла квартиру относительно недалеко от школы, в одном из самых оживленных районов Джорджтауна, где вдоль улочек теснились лавки, магазины и открытые киоски, а за ними высились заурядные кирпичные дома. С первого взгляда ей полюбился этот район.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
