Растерянность, беспорядок, смятение. Сублиминально: ужас, паника. Миссис Уэстлейк молча встает в машине, желваки вздуваются, голубое платье пропитано кровью. (Зрительские ассоциации: страдания Жаклин.) Мотоциклисты врезаются в обезумевшую толпу, рев моторов- захлебывающиеся пулеметы. Голос Артура срывается.
- Боже, боже, президент... сенатор убит!
Ложь на десятках миллионов экранов. Картины сплетаются в калейдоскопическом вихре. Выхваченные камерой искаженные лица. Кровь и пустота в его открытых глазах.
Отличная работа!
Эдди всегда аккуратен.
IV. РАЗВЯЗКА
Все прошло на славу, гладко и быстро. Они слепы, тупы и поверят всему, что мы им скажем. Пока разворачивалась наша драма, события шли своей чередой. Главные цензоры Нью-Йорка переварили трагедию и выдали кривые предсказаний к нам на экраны. Они усилили передачу до предела. Западная и Горная зоны смотрели прямой эфир, Среднезападная и Восточная получат тщательно смонтированную и подредактированную версию в свои лучшие часы. Те газеты и журналы, которые не принадлежат или не контролируются Объединенной ТРК, все равно получат информацию через нас. И выпустят ее в том виде, в каком мы ее подадим. Проповедники Мгновенной Связи (помешанные на спутниках и прочие) в корне неправы: людей объединяет не мгновенная связь, а бюджетная. Новости будут распространяться всеми возможными каналами. Это важные новости, не какое-нибудь повседневное дешевое пойло. Новости тонкие, хрупкие деликатные, требующие особого отношения, взыскательные к форме; с ними нужно обращаться с математической точностью и логикой.
Мы всегда логичны.
Через несколько часов пошло сообщение, что преступник сумел скрыться. Публика восприняла известие с беспокойством, тревогой, испугом. Никаких следов убийцы. Убийца, убийца, убийца. Мы снова и снова повторяем это слово в сверхчувствительные микрофоны.
Мы вдалбливаем в них это слово. Мы бьем по их обнаженным мозгам. Час за часом. Настойчивый голос Артура твердит им о страхе. Они впитывают, как губка. Великий Отец мертв; кто займет его место? Перемешивая трагедию с мрачными сообщениями о студенческих волнениях в Танжере, о положении на фронте в Гане, о забастовке в Скандинавии, мы подхлестываем их реакцию до неистовства, взбиваем пену эмоций в крем, густой и тяжелый, как масло.
Убийца, подлый гнусный убийца, который может объявиться где угодно...
Но его не найдут. Никогда. Взрывчатка с молекулярным радиодетонатором была внедрена в череп сенатора хирургами Эдди. Прямо за фронтальными долями, чуть вправо.
Шесть миллиардов людей наблюдали смерть одного человека.
На расстоянии пяти футов. Их едва не забрызгало вырвавшимися мозгами, чуть не заляпало кровью. Вот новости.
Словно гребень приливной волны, эмоции вскипали, вздымались и откатывались с ревом и грохотом. Бурлили и пенились потоки подозрения и ненависти. Беспорядки в Лондоне. В Хьюстоне и Лос-Анджелесе черный оргазм насилия и поджогов. Людские массы выползают из своих нор на улицы, крушат и давят друг друга в слепом бессилии. Беспомощно взывают к пустым небесам, потрясают кулаками, извергают проклятья. Мрачные рычат у своих телевизоров. Кроткие хныкают у своих телевизоров. Безразличные пожимают плечами у своих телевизоров.
А телевизоры рычат, хныкают и зевают им в ответ. Нужны эмоции, любые эмоции, все эмоции. Миссис Уэстлейк, вдова мученика. Миссис Уэстлейк в черной вуали, сила и достоинство, твердость и непреклонность. Наши камеры передают ее образ - стойкость несмотря на страдание; это фокус эмоций, фокус истерии. И другая вдова, с красным пятном на брюшке, вдова, которая пожирает своего мужа.
Изида. Кали, Жаклин. "Черная вдова".
Причудливые дикие тени от пещерного костра. Дудочник заманивающий в бесконечное падение, в кромешную тьму.
Наша музыка мягка, нежна, логична. Наглядна.
Уэстлейк был истинным артистом; он сыграл смерть безупречно. Марсия, жена-уничтожительница, пережила его с невозмутимым великолепием. Она знала каждый шаг, владела каждой сценой.
Вскоре представление закончилось. Театр опустел.
Занавес.
V. АВТОРСКИЕ ЛАВРЫ
В день инаугурации дул холодный ветер, но одежда Марсии оснащена электроподогревом. Синее платье, аналогичное тому, что было на ней в день трагедии. Первая женщина-президент, которую выдвинули и избрали создатели новостей - Объединенная ТРК.
Она заговорила. Я приказал дать общий план - коротко. Затем наплыв. Шесть миллиардов лиц у экранов увидели ее уверенные сияющие глаза.
Тиран. Великая Мать.
Ее голос звучал громко и твердо, почти жестко. Речь была пропитана большим оптимизмом и малым смыслом. Речь, которая имела значение, даже если не имела никакого значения. Речь, созданная холодным разумом необъятной пропагандистской сети. Хорошая речь, добрая и смелая, мудрая и пустая. Речь для публики.
Для каждого из них, до последнего. Переданная в лучшее время, тщательно продуманная и взвешенная. Показатели эмоциональности зарегистрировали уверенность и надежду. Даже чуточку восторга.
И изрядную долю послушания.
Но это было неизбежно.
В конце концов, кто может устоять против чего-то столь вездесущего и убедительного, как новости? Кто посмеет хотя бы подвергнуть их сомнению?
Ее голос звенел. Эдди-бутафорщик изготовил помост со специальным покрытием, резонанс которого усиливал спокойствие и безмятежность. Свет играл на ее волосах, Цветовой фон оттенял нежность кожи, бархат подчеркивал властность взгляда. Эдди аккуратен. Эдди - настоящий профессионал.
Завершение на высокой ноте.
Аплодисменты статистов, ликование Артура, облегчение и удовлетворенность публики.
Красный глаз медленно потух. Мы закончили, работа выполнена на славу. Мы все - одно целое, шесть миллиардов связанных друг с другом человеческих существ. Новости дня изложены правдиво и точно, со всей прямотой. Это часть моей мечты, цель, ради которой мы трудимся. Мы не гонимся за славой или властью - я скромный тихий человек, слуга работы и судьбы.
Вот мое кредо, простое и ясное:
Да обратится все невежество в знание, да осветится тьма, да перейдет одиночество в любовь.
Новости - это лишь то, что известно публике.
* "Сублиминальные кадры" - кадры изображения, воздействующие на подсознание. Например, с использованием "эффекта 25 кадра". [прим. CliMov]
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
