Внезапно возникшая мысль удивила Джоанну, но тем не менее это была правда. Нет, не брачные узы и муж – ее охватывала паника, прежде чем она успевала снова загнать эти понятия в глубины подсознания, – но Джоанна хотела путешествовать, повидать незнакомые места, другие цивилизации, поработать в новой обстановке. И она могла это сделать. Как выразился Чарльз, концы обрублены и прежнего уже не вернешь. Сейчас – самое подходящее время.
Ее просторная двухкомнатная квартира на верхнем этаже старого, недавно реконструированного дома, как всегда, приветливо встретила Джоанну, едва она отворила входную дверь. Джоанна вошла в холл с высоким потолком, открыла окна и заглянула на балкон, весь утопавший в цветах, большой, вымощенный терракотовой плиткой балкон, где она весной и летом всегда ела, поколебал ее планы. Сможет ли она покинуть свой первый настоящий дом, где чувствовала себя счастливой и защищенной? Из задумчивости ее вывел резкий телефонный звонок в холле. Она вернулась назад и снял трубку, уверенная, что это Клер хочет убедиться, благополучно ли она добралась домой после утренних треволнений. Но это была не Клер.
– Мисс Кроуфорд? – Она безошибочно узнала глубокий суровый голос. – Это Хок Маллен.
– Я… что? Да, мистер Маллен?…
«Возьми же себя в руки, ради Бога», – подумала она сердито, услышав собственный запинающийся голос и испытывая унизительную вспышку презрения к себе.
– Надеюсь, вы уже успели узнать все обстоятельства объединения? – невозмутимо осведомился хрипловатый мужской голос.
– Думаю… думаю, да, и я только хочу сказать, что не поняла… то есть я знаю, что разговаривала бестактно…
– Мисс Кроуфорд, я звоню не затем, чтобы услышать от вас извинения, если вы так решили… хотя можете считать, что они приняты.
Джоанна поморгала и рухнула на низенький пуфик – ноги не держали ее. Он пугал, несмотря на разделявшее их расстояние, мрачная грозная аура вместе с его голосом проникла в комнату и повергла ее в трепет.
Когда Чарльз убедился, что она всерьез решила не возвращаться в издательство, он рассказал несколько историй об империи Малленов, большая часть которых касалась Хока Маллена. Джоанна слушала и думала, что не случись сегодняшнего недоразумения, она все равно не смогла бы работать у этого ограниченного и беспощадного магната. По словам Чарльза, это был помешанный на работе, холодный, неприступный человек. Он сам, своими руками создал себе репутацию, не полагаясь на имя деда. Пока Чарльз рассказывал, Джоанна не переставала удивляться, как это она посмела высказать такие вещи в лицо этой ходячей легенде. Не удивительно, что он казался таким изумленным, когда она уходила. Вряд ли кто-либо разговаривал с ним или уходил от него подобным образом.
– Мисс Кроуфорд? Вы еще здесь?
Голос, зазвучавший в ухо, вернул ее к действительности.
– Да-да, я здесь. – «Глубоко вдохни, говори членораздельно, веди себя как взрослая».
– Я хотел бы переговорить с вами с глазу на глаз. Полагаю, с ваших сотрудников довольно спектакля, – произнес он настолько вежливо и мягко, что какое-то время смысл его слов не доходил до Джоанны. – Желательно до конца дня. Сегодня вечером вас устроит?
– Сегодня вечером? – В ее голосе отчетливо прозвучали панические нотки, что он, без сомнения, услышал, и Джоанна заговорила быстро чтобы исправить впечатление: – Я так не думаю. Видите ли, я только что вернулась из отпуска, у меня накопилось столько всяких дел. Я в самом деле не сумею…
– Часов, скажем, в восемь. – За мягкостью слышалось звучание холодной стали, но, несмотря на страх, который он нагонял на нее, его высокомерие вызвало в ней нарастающий протест.
– Я, честное слово, не думаю, что в этом есть смысл, мистер Маллен. – Голос Джоанны несколько окреп, хотя она и продолжала радоваться, что разговаривает сидя. – Я могу зайти в издательство за деньгами в удобное для вас время и помочь разобраться в любых неотложных делах, в которых может понадобиться моя помощь! Я действительно готова помочь…
– В таком случае вы встретитесь со мной сегодня вечером, – сказал он хладнокровно. – Явас не на свидание приглашаю… – Он сделал маленькую паузу, в течение которой Джоанна чувствовала, как заливается краской. – Просто предлагаю обсудить некоторые деловые вопросы за ужином.
– Но…
– Значит, договорились. Ровно в восемь. – В трубке раздались гудки. Джоанна целую минут смотрела на телефон – глубокий голос с легким американским выговором продолжал звучать у нее в ушах – потом медленно опустила трубку на рычаг, но и тогда не сделала попытки встать. Он приглашает ее поужинать с ним? Хок Маллен? Поужинать? Невозможно, просто невозможно.
Она снова сняла трубку и трясущейся рукой набрала номер Чарльза.
– Чарльз Бригмор слушает. – Этот голос был таким утешительно знакомым, что она едва снова не расплакалась, но твердо подавила в себе это желание.
– Чарльз, вы никогда не догадаетесь, что случилось… – На другом конце трубки воцарилась полная тишина, и она продолжала рассказывать, а когда кончила, тишина все длилась, и она спросила неуверенно: – Чарльз? Скажите что-нибудь.
– Ты согласилась поужинать с Хоком Малленом? – спросил Чарльз удивленно. – Но… зачем?
– Я вообще-то не соглашалась, – ответила Джоанна, начиная горячиться. – Я же объяснила. Он просто… велел мне.
– Тогда ослушайся его, – сказал Чарльз решительно. – Ты не знаешь, на что идешь, Джо.
– Знаю! – Она помедлила и продолжала более сдержанно: – Но мне пришла в голову мысль, и я звоню затем, чтобы обсудить ее с вами. Не знаю, зачем ему вздумалось меня увидеть, но после нашего сегодняшнего столкновения вряд ли это к добру. Он не захочет настоять на соблюдении условий контракта? – тревожно спросила Джоанна. – Я помню, там сказано о подаче заявления за три месяца. Но неужели в данных обстоятельствах он не предпочтет пойти на компромисс?
– Не думаю, что «компромисс» – слово из лексикона Хока Маллена, – медленно проговорил Чарльз. – Послушай, позвони ему и спроси прямо, ради чего он хочет с тобой встретиться. И если тебя это не устроит…
– Разумеется, не устроит, – пробормотала Джоанна уныло. – Вас бы устроило пойти ужинать с Хоком Малленом после того, как вы наговорили ему всяких гадостей? Он, должно быть, жаждет моей крови.
– Если только это все, чего он жаждет.
– Что вы хотите сказать?
– Джо… – Голос Чарльза был исполнен терпения, которое отличало его отношение к ней. – Я знаю, что ты не любишь прихорашиваться, как это делают все женщины, но ведь время от времени ты все же заглядываешь в зеркало? Ты – очень привлекательная женщина, а Хок Маллен – слишком мужчина. Я не упоминал об этом, но он не только работой интересуется. Надеюсь, ты меня понимаешь? Обычно он берется за дело весьма энергично и всегда добивается своего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
