— Как это случилось?
— В тот вечер оба находились в курортных палатах и не собирались никуда идти. Я связался с ними, спросил, не нужна ли им моя помощь. Ответили, что нет, дескать, они не будут до утра выходить из палаты. А утром наши сотрудники не явились к завтраку, я забил тревогу. В десять утра их трупы обнаружила полиция в Женевском озере.
— Вскрытие делали?
— Да. В крови — большая доза снотворного.
— Ясно. Их усыпили за ужином, а ночью незаметно вынесли. Скорее всего, связали и спустили через окно. Потом отвезли и бросили в озеро.
— Они были убиты металлическим предметом, наподобие свинцовой трубы. У обоих одинаковые раны на голове. Думаю, это работа тех типов, с которыми изредка встречается Марек. Будет самым правильным, если общими усилиями мы его ликвидируем. Вы будете работать одна или с напарником? Это очень важно.
— С напарником.
— Всегда старайтесь быть друг возле друга. Те парни, которых убили и бросили в озеро, жили в одной комнате, и все-таки Бедуину удалось убрать их. Я уже не один раз требовал разрешения на ликвидацию Марека, но мне запрещали это делать. Более того, поступил приказ: как только вы прибудете на место, мне покинуть Лозанну.
— Вы считаете, что мне грозит опасность со стороны Марека?
— Если он заподозрит вас, я не ручаюсь за вашу жизнь.
— Ну что же, благодарю за информацию. Кто будет держать связь со мной?
— Посмотрите, за столиком бара сидит одинокий мужчина и внимательно смотрит на нас. Запомните его. Он будет находиться в вашем подчинении.
— Хорошо.
— И еще хочу предупредить вас — никогда, ни на одну минуту не оставайтесь без оружия. Бедуин — сущий дьявол, а не человек.
— Благодарю вас за совет и предупреждение.
— Очень нелегкое задание выпало вам, — посочувствовал агент.
— Ничего, чем опаснее противник, тем приятнее победа.
— Простите за откровенность, но в данном случае у вас очень мало шансов на победу.
Эльза не стала спорить. Время покажет, кто выйдет победителем.
— Как вы думаете, Бедуин сейчас работает на какую-нибудь разведку?
— Не знаю. Первые два агента перевербованы им. Куда они скрылись — неизвестно. Мне кажется, что он работает на кого-то, но на кого именно…
Мужчина развел руками.
— Вы рассказали мне все о Бедуине?
— Все.
— Тогда мне пора, до отправления поезда осталось двадцать пять минут. Проводите меня.
— С удовольствием.
Возле вагона они попрощались.
— Желаю вам успешно выполнить задание и вернуться домой целой и невредимой. Удачи вам!
— Спасибо. До свидания.
Прибыв в Лозанну, Миллер подозвала носильщика.
— Мне нужно попасть на курорт «Лозанна».
— Я проведу вас на остановку такси. Это будет стоить пять марок.
— Хорошо.
Носильщик поставил вещи на тележку и покатил ее впереди себя. Миллер шла рядом.
— Курорт «Лозанна» далеко отсюда?
— За двадцать минут такси доставит вас туда.
Было уже поздно, и Эльза переживала, удастся ли ей сегодня устроиться. Сев в такси, обратилась к водителю с вопросом:
— Вы не подскажете, в такое позднее время принимают больных на курорте «Лозанна»?
— Когда есть свободные места, курорт принимает больных круглосуточно.
— А как сейчас с местами в «Лозанне»?
— Зима — не сезон для курортов Женевского озера, и свободных мест достаточно. Если желаете, я могу позвонить, чтобы к вашему приезду подготовили комнату.
— Буду вам очень признательна. Сейчас уже почти ночь, было бы неплохо сразу же поселиться.
Водитель притормозил около телефонного аппарата, переговорил с кем-то по телефону.
— Я заказал вам отдельный номер со всеми удобствами.
— Спасибо.
— Это еще пять марок, фрау. А всего пятьдесят пять марок.
— Хорошо.
— Не обижайтесь, фрау, что дорого. По сравнению с довоенным временем бензин подорожал в шесть раз.
— Да, война — сказывается и на тех, кто в ней не участвует.
Миллер заплатила шоферу, взяла вещи и вошла в административный корпус курорта «Лозанна». В приемном покое за небольшим столом сидела пожилая женщина. Когда Миллер назвала себя, она сказала, что комната для нее готова, пусть отдыхает, а завтра ее осмотрит врач и назначит лечение.
В комнате Эльза устало опустилась на широкую деревянную кровать. Приятные тона ситцевых обоев успокаивали. Ей здесь понравилось. Не разбирая вещи, она разделась и легла. Но сон не шел. Думала о Бедуине. Почувствовала, что ненавидит его. Что-то было в нем не от разведчика, а от гангстера. Слишком самоуверенно он действовал, отлично зная, что в Швейцарии полным-полно немецких агентов. Разведчик его класса не мог так вести себя. Что-то здесь не чисто, и она должна раскусить его.
Эльза пыталась проанализировать все, что произошло за это короткое время. Смерть майора Брижека. Почему его ликвидировал шеф? Эта мысль не давала покоя Эльзе. Почему Бедуин чувствует себя спокойно, убив двух агентов? Он должен знать, что это убийство ему не простят. И тем не менее… А может, он надеется, что погоня за агентурой, которая до оккупации Чехии работала против Германии, надежная защита, что без него абвер не сможет выйти на этих людей? Такое возможно, но рее же и в этом случае потеря четырех сотрудников — слишком большая плата. Надо не спеша разобраться во всем этом…
III
На следующий день с утра Эльза посетила профессора. Рассказала ему о своем ранении. Он назначил лечение, пообещав, что через месяц она почувствует себя совсем хорошо.
Во время обеда Эльза внимательно осматривала всех, кто находился в столовой. Первым заметила Гардекопфа. Он сидел за столом с тремя мужчинами преклонного возраста и изредка бросал взгляды куда-то в глубь зала. Миллер посмотрела туда. За одним из столиков сидел Бедуин. Она тотчас узнала его. Между фотографией и оригиналом не было различия, очень редко удается такой снимок.
За столом рядом расположились Нейс и его сослуживцы, с которыми Эльза познакомилась в поезде. Было непонятно: они специально сели рядом с Бедуином или случайно, интересует он их или нет. Эльза решила после обеда обязательно встретиться с Густавом и попытаться выяснить это.
Она ела неторопливо, ожидая, когда кузен выйдет из-за стола. Наконец все трое из СД, весело переговариваясь, пошли к выходу. Пока они получали в гардеробе пальто и шляпы, Миллер незаметно обогнала их и вышла на улицу.
Ее увидели сразу.
— Смотри, Густав, твоя кузина, — подтолкнул Нейса один из его спутников.
Все трое приблизились к Миллер.
— Здравствуйте, фрау Миллер.
— Здравствуйте. Только не называйте меня Миллер. Здесь я — русская, Людмила Грановская.
— Почему вы не сказали нам, что едете на этот курорт?
— Я вообще не собиралась сюда ехать. Но в Берне меня встретил человек и посоветовал именно этот курорт. Потому я и здесь. Густав, если ты не очень занят, давай прогуляемся. Профессор советовал мне больше бывать на свежем воздухе.
Нейс взял Эльзу под руку, и они не спеша пошли по пихтовой аллее. Некоторое время молчали. Эльза с наслаждением вдыхала воздух, пахнущий хвоей, любовалась стройными вечнозелеными пихтами. Тишина действовала успокаивающе.
— Густав, что вы делаете на этом курорте? Кто вас интересует?
— Тот, кого мы ждем, еще не появился. По данным нашей службы, сюда в скором времени должен прибыть английский разведчик. Вас не он интересует?
— Нет, вы же знаете, что я приехала лечиться. Я ведь только недавно выписалась из госпиталя.
— Да, конечно, Эльза, вам необходимо отдохнуть. Я случайно увидел здесь еще одного вашего сотрудника и решил, что мы с вами будем заниматься одним и тем же.
— Кого же из наших сотрудников вы увидели здесь? Лично я никого не заметила.
— Вы можете и не знать его. Оп — разведчик, а не работник аппарата.
— Кто это?
— В прошлом майор чехословацкой разведывательной службы, а ныне агент абвера Герман Марек по кличке «Бедуин». Вы не станете отрицать?
— Но почему вы думаете, что Марек наш агент?
— Эльза…
— Людмила Грановская.
— Прошу прощения, Людмила, я не думаю — я знаю точно.
Миллер с недоумением смотрела на кузена. А он продолжал:
— Когда мы вошли в Прагу, службы абвера и СД ринулись туда вместе с войсками. Цель у нас была одна — захватить людей и архив чехословацкой секретной службы. Многих взяли мы, не меньше повезло и абверу. Случилось так, что мы разместились — в одном здании и имели возможность наблюдать друг за другом. Я своими глазами видел, как привезли Марека, как водили его на допрос к вашему шефу.
— А не мог Марек сбежать?
— Ха-ха-ха-ха! За кого вы меня принимаете, кузина? Оттуда можно убежать лишь на тот свет.
— Значит, вы видели его своими глазами?
