деле Аконитового убийцы. А ведь именно благодаря его посредничеству Патрокол получил приказ отступиться от заказа на Ярара.
Насколько смогла узнать Эмери, в этом ему помог Ковен, который всё-таки внял просьбам Самуила. Хотя не последнюю роль сыграло золото. Благо его было много.
Эмери, быстрым движением руки создав чары от прослушивания, спросила.
— Почему она не использовала зелье плодородия?
— Ситуация изменилась, — ответил Самуил. — Не знаю теперь как её решить.
— Что ты имеешь ввиду?
Самуил подробно рассказал про ритуал, который провёл Ярар, чтобы спасти Аяну.
— По возвращению домой, — продолжал энергетик, — к соплеменникам я должен отправиться. Не такого результата ждали они.
— Могут быть проблемы? — серьёзно спросила Эмери. — И я не уловила, как это связано с зельем?
— Внучка запуталась. Связь эта, не просто передаёт ощущения. Разум и тела их ещё подстраиваются друг под друга. Не знаю к чему это привести может. Никогда такой связи между человеком и энергетиком не было.
— Но ты же сам говорил, что тело Ярара меняется, и больше похоже на вас. Может это поспособствовало образованию связи⁈
— Говорил я это. Но отличий между нами не так уж и много. Крепче и более развитые связки и мышцы наши. Однако из-за связи меняться тело Аяны начало! Не видит она пока что этого. Неразвито её магическое зрение.
Эмери потерла виски. Слишком запутано шёл разговор.
— Она что, станет магом?
— Не знаю, — ответил Самуил. — Как и не знаю в каком мире и с кем будет лучше Аяне. Но в любом случае я сделаю всё, чтобы она была там, где ей будет лучше.
* * *
Воспользовавшись темнотой, следующей ночью мы полетели в сторону островов Мидуэй. Нам предстояло сделать петлю почти в четыреста километров. Разумеется, мы предупредили всех, кроме Макарова и императора. Им знать о том, что мы обнаружили новую расу, было не к чему. Позже мы решили сослаться на какую-нибудь поломку, и что нам пришлось вынужденно отстать от основной группы.
Благодаря Эмери скорость дирижабля достигала около ста пятидесяти километров в час. И уже через два с половиной часа мы снижались к острову. Задержка произошла из-за того, что мы немного промахнулись в координатах, и пришлось немного поискать нужный остров.
Дальше я и Аяна с помощью магического зрения, нашли месторасположение Мели и её эрана, который до сих пор пребывал в медвежьем обличии.
Когда мы спустились, они уже вышли нас встречать.
— Мы за вами, — сказал я.
Я думал, что Мели будет долго собираться, но она взяла с собой всего лишь небольшую наплечную сумку, сплетённую из каких-то стеблей, и проследовала вместе с медведем в гондолу.
В итоге, когда стало светать, мы почти догнали основной воздушный флот. И я надеялся, что никто не заметил нашего отсутствия.
Когда мы достигли земель Макарова, мы не стали тратить время, и пополнив припасы полетели домой. Оставалось всего три недели до начала учебного года. А дел дома накопилось очень много.
Макаровы провожали меня и Аяну чуть ли не со слезами на глазах. Прошло чуть больше двух месяцев, а казалось, что мы знаем друг друга очень долго. Помимо Капитолины, Дарьи и самого главы рода, нас вышла провожать Ксения УЖЕ Макарова. Император не стал портить отношения с Макаровым, и признал ещё не родившегося ребёнка Вадима — законнорожденным. После этого никто не посмеет посмотреть косо или заявить, что ребенок рождён бастардом.
Мне было интересно, что станет с Ксенией. Всё-таки она довольно молода, чтобы оставаться всю оставшуюся жизнь вдовой, но я не стал задавать вопросов, которые меня, мягко говоря, не касались.
Также перед отлётом у меня состоялся разговор с Макаровым. Был ещё один вопрос, который мне не давал покоя.
— Степан Осипович, ответьте, почему Вы не просите омолодить Вас.
— А я всё гадал, когда же ты спросишь, — усмехнулся Макаров.
Не дождавшись, когда он продолжит, спросил.
— Если у Вас нет денег, то я их в любом случае с Вас не взял бы. Даже накопители бы потратил свои.
— Ярар, — выдержав паузу произнёс Макаров, — я прожил долгую жизнь. В моей жизни было несколько счастливых моментов. Когда Капитолина ответила: ДА, я стану твоей женой. Потом, когда родился Вадим, а позже Дарья. В остальном не сказать, что были плохие времена, но перечисленные моменты были самыми яркими. Что касается омоложения, то я просто не хочу этого. К тому же мне и так немало ещё суждено прожить. И я считаю, что старые должны уходить, открывая дорогу молодым.
— Но можно же просто передать власть наследнику, и жить в своё удовольствие, — постарался перебудить Макарова я.
— Не тот у меня характер, чтобы оставаться в стороне. К тому же никто не даст отсиживаться в стороне архимагистру, если снова начнётся война или очередное восстание. Мы с Капитолиной обсуждали этот вариант. Возможно я попрошу тебя об омоложении для неё. Всё-таки она слабее меня магически, и её жизнь из-за этого будет короче моей. Но пока нам этого не нужно.
Сложно было принять слова Макарова, но я его уважал. Поэтому я не стал спорить с ним или переубеждать. Пожав руки, мы попрощались. Это был наш последний разговор с ним перед возвращением домой.
Пролетая Кемерово мой дирижабль приземлился в том же месте, что и в начале лета. Я уже знал, что Космос в замок не вернулся. А значит, он всё лето провёл со своей семьей.
Ещё садясь я заметил магические ауры рысей. И стоило двери гондолы открыться, в неё запрыгнул мой питомец. Хотя назвать это животное домашним питомцем у меня больше не поворачивался язык.
— Ты чем питался? — вслух спросил я, и сразу транслировал рыси, что он вырос.
Ответом мне послужил образ, как он с родителями загонял лосей и косуль. Тут же выглянув в проём, я помахал родителям Космоса. Те же, увидев меня, сразу скрылись в зарослях.
«Даже не попрощались» — подумал я про себя. Почесав Космоса за ухом, пошёл вместе с ним в каюту. Однако тот, учуяв запах медведя, пошёл в другую сторону. До меня же дошло куда рысь отправился только когда я услышал звуки битвы.
Я подоспел как раз вовремя. Когда я прибежал, Космос уже собирался вцепиться в глотку медведя. Видимо у Флинта не было таких противников, хотя может против него сыграло то, что он находился не в своём привычном обличии.
Создав щит, я защитил медведя от клыков Космоса. И когда он упёрся в него, столько изумления было на морде кошака.
Пришлось потратить время, чтобы объяснить ему, что медведь наш друг. В итоге Космос отпустил мишку, но перед тем как уйти некоторое время смотрел тому в глаза. Видимо он тоже объяснял Флинту, что с ним будет если тот зайдёт на его территорию.
А вот с Мели
