дворянин Александр Коновницын в одно и то же время увлекся революционными идеями и юной русоволосой красавицей, происходившей из мещанского сословия. Собственно говоря, именно эта девица, впоследствии оказавшаяся членом РСДРП, и пробудила интерес своего возлюбленного к самым «порочным» идеям двадцатого века.
Они любили друг друга, дело шло к свадьбе, как вдруг однажды, к немалому изумлению Коновницына, его юная возлюбленная явилась к нему вся в слезах и заявила, что не только не может выйти за него замуж, но ее родители категорически настаивают на том, чтобы они никогда больше не встречались.
«Но почему, почему? — недоумевал молодой дворянин. — Ведь я достаточно богат и могу обеспечить тебе достойную жизнь! Кроме того, ты сама признавалась, что любишь меня!»
В ответ он получил бурю вздохов, водопад слез и массу совершенно невнятных объяснений, самым вразумительным из которых была ссыпка на некие таинственные «интересы революции». Несмотря на все его усилия и уговоры, это свидание оказалось для них последним. Велико же было изумление покинутого любовника, когда вскоре он случайно узнал о том, что его двадцатилетняя возлюбленная вышла замуж за семидесятилетнего богатого купца!
Через год, кое-как утешившись, Коновницын женился на другой, продолжая ломать голову над тем, что помешало ему быть счастливым со своей первой любовью. Он встретился с ней спустя пятнадцать лет, уже в советские времена, и лишь тогда узнал потрясшую его до глубины души разгадку всей этой истории!
После загса все приглашенные расселись по трем машинам и отправились на квартиру Сергея Александровича праздновать свадьбу. Филипп оказался в одной машине с «новобрачными», однако ни малейшей возможности поговорить наедине или с отцом, или с Полиной ему так и не представилось. И лишь уже глубоко под вечер, когда все изрядно охмелели, Полина, проходя мимо сидевшего за столом Филиппа, вдруг наклонилась к его уху и быстро шепнула:
— Пригласи меня потанцевать.
Он кивнул, встал и сделал приглашающий жест. Отец в тот момент беседовал с кем-то из гостей, а потому поначалу не обратил на них внимания.
— Не говори отцу о том, чем я раньше занималась, — попросила Полина, оказавшись в объятиях Филиппа. В этот момент они находились в другой комнате, где гремела музыка и никто из присутствующих не мог их услышать.
— Но зачем ты это сделала? — слегка опьяненный Филипп вдруг вспомнил их недавние развлечения и ощутил сильнейшее вожделение. До чего же глупый вопрос он задает, если именно сейчас искренне завидует отцу и предстоящей ему ночи!
— Только не думай, что из-за прописки. Я — коренная москвичка, и у меня есть своя квартира, — быстро ответила Полина.
— Но тогда зачем?
— А ты не думаешь, что мне могут нравиться старички? — усмехнулась она.
— На твоей работе они должны были тебе нравиться, поскольку не слишком утомляли, — ответно усмехнулся Филипп, — но по жизни в это трудно поверить.
— Ты ничего ему не скажешь?
— Не скажу, если ответишь на мой вопрос.
— Мне надоело жить с родителями и захотелось самостоятельности.
— И квартиры по наследству?
— Не говори ерунды. Я здесь не прописана и прописываться не собираюсь.
— Так я тебе и поверил.
— Короче, — отстраняясь от него, вдруг зло сказала Полина, и глаза ее угрожающе блеснули, — если ты что-нибудь разболтаешь отцу, то очень пожалеешь. Среди моих бывших клиентов есть такие типы, которые, по моей просьбе, изувечат тебя как бог черепаху!
Угроза была более чем реальной — Филипп прекрасно помнил того могучего «быка», который в свое время и привез ему Полину.
— Да ладно, не скажу, — отвечал он, пожимая плечами. — Какое мне дело до отцовских затей. Пусть развлекается старикашка…
— Спасибо, — и вновь Полина сделала совершенно неожиданный жест — прильнула к нему и быстро поцеловала в губы, одновременно с этим медленно проводя рукой по ширинке его брюк. Затем она быстро вышла из комнаты, оставив Филиппа в совершенной растерянности. Или он чего-то не понимает, или здесь дело нечисто…
Надо бы предпринять какие-нибудь шаги, что-то сделать, выяснить, упредить. Но, в конце концов, какое ему до всего этого дело! Эх, почему это свадьба отца, а не его собственная? Где там сейчас его драгоценная Вера и чем она занимается… со своим проклятым мужем? Одна только мысль об этом заставила Филиппа стиснуть зубы и почувствовать, как на глазах в очередной раз закипают слезы.
Глава 3. Медовый месяц
Выйдя замуж в 27 лет совершенной девственницей, не так-то легко впервые познавать «науку любви»! Впрочем, все это настолько быстро утратило свою новизну, что Вера практически ни о чем не жалела. От природы она была достаточно равнодушна к вопросам секса, практически никогда не испытывала острого возбуждения или вожделения и даже очень редко видела эротические сны. Поэтому «так получившееся» воздержание давалось ей весьма легко.
Главных причин у этого воздержания было две — стеснительность и самоуверенность. С одной стороны, она не любила смотреть порно, хотя при этом охотно выслушивала рассказы замужних подруг об их интимной жизни с мужьями; с другой — не могла представить себя в пассивной роли возлюбленной, когда какой-то мужчина будет вытворять с ней нечто «непристойное», а ей придется все это терпеть. Кроме того, где найти достойного ее «принца на белом «Мерседесе», перед которым бы она охотно согласилась раздеться?
Все намеки на секс или эротику вызывали у нее смешанные чувства сдержанного любопытства пополам со смехом. Возможно, сам вид мужского члена был потому для нее смешон, что вызывал одну очень забавную ассоциацию.
Однажды зимой они с подругой катались на лыжах. Первой по лыжне, проходившей по опушке леса, шла Вера, за ней, стараясь не слишком отставать, подруга. И тут произошло неожиданное — откуда-то из-за поворота показался лыжник — высокий мужик лет тридцати пяти. Увидев девушек, он остановился, одним движением сдернул лыжные штаны до колен, обнажив на морозе свое мужское достоинство, после чего не спеша двинулся им навстречу.
Подруги застыли от изумления, одновременно подумав об одном и том же: «Ну вот, даже здесь на маньяка нарвались!» Но им повезло — сзади их догоняли еще двое лыжников, заметив которых эксгибиционист поспешно развернулся и, даже не надевая штанов, помчался вперед по лыжне, сверкая на солнце голым задом. Все это выглядело настолько смешно, что подруги долго не могли прийти в себя от хохота.
Закончив институт и проработав около двух лет, Вера случайно познакомилась с понравившимся ей молодым человеком, который был всего на год ее старше. Вадим являлся специалистом в области компьютеров и работал в одной частной фирме. После полугодового ухаживания Вера все
