Однако до России мода на электронный самиздат пока не докатилась: ни одна из крупных платформ не поддерживает публикацию книг на русском языке. «Российский книжный рынок и в целом-то не очень велик, а его электронный сегмент и вовсе ничтожен, — полагает создатель российского проекта «Институт книги» Александр Гаврилов. — В России не работают системы самиздата примерно по тем же причинам, по каким, скажем, в Усть-Каменогорске не купишь французских сыров ручной выделки: не существует рыночных ниш». Впрочем, первые попытки привить новую бизнес-модель к родным осинам уже предпринимаются — так, в конце прошлого года заработал сайт www.samolit.com, предоставляющий российским авторам возможность самостоятельной публикации и продажи собственных книг в электронном формате.
Свято место / Политика и экономика / Те, которые...
Свято место
/ Политика и экономика / Те, которые...
«Свобода совести осуществляется гражданами только в строго отведенных для этого местах». Сказка — шуточный проект конституции, написанный сатириком Аркадием Аркановым 20 лет назад, — вот-вот станет былью. Подготовленный Минюстом проект поправок в Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» содержит перечень мест, где «беспрепятственно совершаются богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, в том числе публичные». По версии ведомства Александра Коновалова, помимо храмов сюда входят помещения и земельные участки, принадлежащие религиозным организациям, места паломничества, кладбища и жилые помещения. В случаях, когда любовь к высшим силам демонстрируется за пределами упомянутых мест, требуется согласование с властями «в порядке, установленном для проведения митингов, шествий и демонстраций».
Некоторые критики режима усмотрели в этом очередное покушение на гражданские свободы. И оказались на этот раз совершенно не правы. Ибо законопроект не сужает область «беспрепятственного», а совсем наоборот. Нынешняя редакция закона о митингах позволяет отнести к несанкционированной массовой акции любую службу в любом храме. Не говоря уже о собрании иеговистов в арендованном Доме культуры. Собственно, наказание, коему подверглись по вышеуказанному поводу «свидетели Иеговы», и явилось непосредственной причиной появления законопроекта. За сектантов вступился уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин, обратившийся по этому поводу в Конституционный суд. КС тоже встал на сторону иеговистов, потребовав четко отделить обычное богослужение, «не требующее от органов публичной власти принятия мер, направленных на обеспечение общественного порядка», от митинга. И Минюст не стал откладывать дело в долгий ящик.
То, что религиозные обряды не разрешат проводить абы где, вполне логично. Столица России уже пережила один раз крестный ход, переросший в революцию. Случилось это, кстати, аккурат 22 (по старому стилю 9-го) января 1905 года. Но если кто-то считает, что власть закрыла последнее опасное белое пятно на правовом поле, то сильно ошибается.
Возьмем, например, такое массовое мероприятие, как свадьба. Если она сопровождается венчанием, еще куда ни шло. Но что, если бракосочетание носит сугубо светский характер? Представьте себе: на Красной площади появляется свадебная процессия во главе с Ксюшей Собчак и Ильей Яшиным. И у всех белые ленты, а возможно, даже белая фата. Представили? То-то.
Роскомсирота / Политика и экономика / Те, которые...
Роскомсирота
/ Политика и экономика / Те, которые...
Как никакой обычный детектив не обходится без погони, так и любой детектив политический не бывает без того, чтобы свидетели путались в показаниях. Вот и комитет Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей, возглавляемый Еленой Мизулиной, одобрив инициативу по учреждению министерства по делам сирот, окончательно запутал вопрос о том, кто, собственно, является автором данного проекта. Как подтвердили «Итогам» в самом комитете, депутаты лишь поддержали идею уполномоченного при президенте РФ по правам ребенка Павла Астахова. Однако сам Павел Алексеевич заявил, что это как раз-таки он присоединился к инициативе думского комитета. Ну что ж, скромность, безусловно, к лицу государевым мужам и дамам, особенно в таком щекотливом деле. Как бы то ни было, стоит разобраться в сути предложения.
Нужно ли стране сиротское ведомство? Если бы это помогло усыновить более ста тысяч обитателей детских домов, то противники вряд ли сыщутся. Проблема в том, что до сих пор любое вмешательство чиновников приводило к противоположным результатам. В комитете думают иначе: мол, сиротами занимаются разные ведомства на всех уровнях — единого руководства нет. А может, оно и к лучшему, что нет? В одном-то месте проще поставить шлагбаум потенциальным усыновителям и поднимать его только для состоятельных «клиентов». И что с того, что сиротские ведомства существуют во Франции и Германии? У нас своя специфика. На первых порах беспризорниками ведало и вовсе ВЧК, пристраивавшее сирот в трудовые коммуны. Большевики о существовавших до октября 1917-го в России таких буржуазных излишествах, как опекуны и патронатные семьи, и слышать не хотели. Принцип действует до сих пор: дети должны принадлежать государству, а значит, нужно и сиротское ведомство.
Следуя такой логике, неплохо было бы закрепить за отдельными ведомствами и все прочие язвы нашего общества. Создать наряду с Роскомсиротой и другие федеральные структуры. Скажем, Минтабакокурение, Миналкоголизм, Госкомпроституция и до кучи — Росоткат. Со своими штатами, зданиями в центре столицы, мигалками, бюджетом, целевыми программами, зарубежными командировками по обмену опытом и прочими атрибутами, приличествующими государственной власти.
Правда, в Минфине по поводу Роскомсироты отозвались как-то не восторженно. Мол, новое федеральное ведомство — это дорого. В переводе с политкорректного: где бюджет, там «распил», а где «распил», там уж не до детей.
В мировом масштабе / Политика и экономика / Те, которые...
В мировом масштабе
/ Политика и экономика / Те, которые...
Заявив, что Россия будет требовать от других стран более четкого исполнения взятых ими «бюджетных обязательств» в рамках договоренностей, достигнутых на «двадцатке», министр финансов Антон Силуанов, по сути, сформулировал повестку дня председательства России в этом элитном финансовом клубе.
Понятно, что камень брошен в первую очередь в сторону США. Эта страна уже много лет балансирует на грани «финансового обрыва», имеет долг, превышающий 16 триллионов долларов, и погашает его за счет новых заимствований. Между тем Россия, как известно, крайне заинтересована в стабильном нефтедолларе. Есть, впрочем, и другие проштрафившиеся. Европейский Центральный банк, чтобы смягчить последствия долгового кризиса для ЕС, за последние два года эмитировал дополнительно 1,2 триллиона евро, обеспечение которых реальными активами, мягко говоря, сомнительно. А ЕС — наш крупнейший торговый партнер.
Грех в этой ситуации не воспользоваться председательством в G20 и не воззвать к благоразумию коллег. Но есть обстоятельство, которое вряд ли позволит дискуссии на эту тему вылиться в реальный результат.
Как ни крути, G20 — клуб неформальный. И документы, которые там подписываются, это нечто вроде призывов за все хорошее против всего плохого. Это вам не ВТО с ее судами и санкциями. Кстати, действует там и правовой акт, ограничивающий возможности «валютного демпинга». Вот тут бы и следовало России проявить активность. Беда только в том, что до этой возможности, как заметил на Гайдаровском форуме президент Сбербанка Герман Греф, у российских министров руки не дошли.
Есть данные / Политика и экономика / Вокруг России
Есть данные
/ Политика и экономика / Вокруг России
Не имея ни паспорта, ни прописки, американец, тем не менее, всегда находится в поле зрения властей
