давно обогнал двоюродного брата в росте, и особенно – в весе. Зато Саша намного резвее брата, рано начал ходить и бегать. «Шимила» называла его Ирочка, в значении «юла, волчок». Марина заключила, что у няни есть татарские корни. А у кого же, как говорится, их нет? Они поговорили об этом, и в лёгкой беседе Марина выяснила важную вещь: няня Ирочка не выходит замуж в ближайшие полтора года, так как дала слово парню, уходящему в армию. Это очень обрадовало Марину и Машу, не надо будет искать замену.
Фирма Олега Ярославского тоже испытала временные трудности, некоторые клиенты, пришедшие через знакомство с Красновым, нашли себе других программистов и провайдеров. Но Олег всегда умел быстро перестроиться, ухватиться за что-то новое, предвидеть возникающий спрос в любой области, будь то медицина, сотовая связь или электронные замки. Так что в итоге Ярославские остались на прежнем уровне достатка. «Да, не ту я специальность выбрала, – с горечью думала иногда Марина. – Что надо программисту кроме компьютера и электронной почты? А печатные станки не заставишь печь пирожки, и рекламное агентство на пошив кофточек не переделаешь. Книги мои не принесли ни славы, ни денег, а все гонорары от статей легко перекрылись одним заказом на детективное расследование».
Это необыкновенное прибыльное расследование Марина провела прошлым летом. Она называла свою работу, как обычно, «журналистским расследованием», ведь никакой лицензии на детективную деятельность у неё не было, как не было профессиональных знаний и навыков. Только упрямство, умение задавать вопросы и логика помогли ей в розыске пропавшего человека. Тогда Марина очень гордилась результатом, мечтала, чтобы ей чаще предлагали такую работу. Но раз нет возможности стать частным сыщиком, придется делать хорошо свою работу журналиста и, конечно, – мамы.
Марина-мама уложила сына на послеобеденный сон под окном веранды, а Марина-журналист присела к самому подоконнику с ноутбуком и занялась правкой статьи Андрея «Об инфляционных механизмах постиндустриального общества». Для начала сменила заголовок: «Как дорожает потребительская корзина?» А «инфляционные механизмы» перевела в подзаголовок. Вычищала повторы, расставляла недостающие запятые и заменяла некоторые иностранные слова русскими. Прошел примерно час, она увлеклась и не сразу поняла, что слышит знакомый звук телефона. «Звонит кто-то близкий: папа, мама или Маша. Неужели сон в руку?» – тревожно толкнулось сердце. Звонил Олег Ярославский.
***
Я металась по квартире и думала, о чем же меня хотела предупредить Соня? Боже мой! Это меня, а не Соню хотели убить! Конечно, меня! Но за что?
Вчера я вернулась поздно, отупевшая от усталости, и заснула, едва голова коснулась подушки. Проспала до полудня, голод вытащил меня из глубокого, как пропасть, сна. Сварганила яичницу из трех последних яиц, не до деликатесов. Крепкий чай окончательно вернул меня к действительности. И вдруг среди дня мне стало страшно! Я захлопнула все окна и шторы задернула. И без того было пасмурно, а стало совсем темно. Включила свет, но стены давили, а дверь казалось такой ненадежной. Пыталась смотреть телевизор, но происходящее на экране до меня совсем не доходило.
Папа! Папочка! Как же ты не во время уехал в командировку! Я не могу быть сейчас одна!
Раз за разом набираю номер отца на телефоне. Вне зоны действия! Какое сегодня число? Он должен был уже вернуться! Конечно, он поехал на дачу! Там всегда плохо ловит телефон. Все собираются поставить новую вышку, да так и не поставили. Я сейчас же поеду к отцу.
Папка разберется во всем и защитит меня.
Мы с папой живем одни. Когда мама умерла, папа так и не женился. Он очень любил маму. Мама была редкая красавица, жаль, что я не в неё. Папа влюбился в неё с первого взгляда, голову потерял от любви. Он часто мне рассказывал, как мама выглядела в их первую встречу, как была одета. С мамой они жили дружно, никогда не ссорились. А потом случилась эта авария. Мама вела машину и не справилась с управлением. Мама умерла сразу, не мучилась. Про аварию папа не говорит, а про маму часто рассказывает. Как она пела, аккомпанируя себе на гитаре, как танцевала. Я тоже хочу встретить человека, чтобы один единственный раз выйти замуж. Жить с ним счастливо и долго, пока смерть не разлучит нас.
Я схватила сумку и выскочила на улицу. Я не могла оставаться в своей квартире, где всё напоминало мне Соню. Серый день плавно перетекал в серый вечер. Самый час пик. Но я решительно пересекла наш двор и направилась на (…) вокзал, на электричку.
«Папка должен быть на даче. Если он ещё не приехал, возьму ключ от дачи у соседей, переночую там. А утром папа обязательно вернется из командировки».
Наша дача – это вовсе не дача, а огромный дом, в котором можно жить зимой. Когда я была маленькой, мы с папой жили безвылазно в городе. Конечно, ребенку постоянно нужна была поликлиника, разные детские кухни и прочие сервисы, которых нет в деревне. Но теперь папа большую часть времени проводит за городом, когда он не в командировке. А нашу городскую квартиру предоставил мне.
Народу набилось в электричку предостаточно, несмотря на будний день. Лето, дачники. Мне удалось сесть у окна. Рядом пристроилась пышная бабушка с такими же объемными сумками. Я прижалась к стене. «Тик-так-так», – размеренно стучали колеса. Я заснула, и чуть не проспала свою станцию. Вагон уже остановился, когда я вскочила с места и, расталкивая пассажиров, побежала к выходу. Не я одна оказалась ротозейкой: спортивного вида черноволосый, помчался за мной. Мы оба еле успели выскочить, как вагон тронулся. «Интересное лицо, худое, и как будто испанское», – отметила я. Парень скрылся, даже не посмотрев на меня. Как жалко!
– Лиза, Лиза, приехала! – на перроне с сумками стояла и махала мне рукой наша соседка Мария Ивановна.
Я подошла к соседке и обреченно взяла пару сумок.
– Сам Бог мне тебя послал! Петька, охламон, заигрался видно, не встретил. А обещал! Стою и думаю, как же мне добираться на нашу окраину, и тут ты выходишь! Повезло, так повезло!
Мы еле тащимся по пыльной дороге. Мария Ивановна говорит, не переставая. Ей безразлично, слушаю я или нет.
– Пенсию получать ездила в город, а с пенсии гостинцев накупила. У меня сейчас на даче – столпотворение: дочка приехала с внуками, и сын отдыхает в отпуске, те всем семейством пожаловали. Младшую, Катюшку, на ночь в старую ванну кладем, а Мишатка на стульях спит. В первую ночь положили его на стулья, а ночью ребенок провалился на
