гномом для тех, кого он признавал своим другом. Его привязанность к Шани выходила далеко за рамки простого найма и выпивки. Его преданность и доверие к ней были значительными, и он почти всегда готов был поддержать её в сложных приключениях, ведь, помимо приятного общения, она щедро платила за его услуги.
§2 Агандаур и Агар
§2 Агандаур и Агар
Агандаур медленно обходил лагерь, погружённый в глубокие раздумья. Черные нуменорцы, стоявшие на посту, немедленно приветствовали своего господина, готовые исполнить любой его приказ. Предводитель черных нуменорцев лишь мрачно проводил их взглядом. Пираты, заметив его присутствие, старались избегать этой угрюмой фигуры. Сам Агандаур не скрывал своего презрения, с отвращением прищуриваясь, когда смотрел на эти шайки. Его внимание привлекли громкие крики, доносящиеся со стороны команды капитана Агара.
Агара охватила ярость, когда он услышал непокорные слова своего подчинённого. Его голос прозвучал низко и грозно, раздаваясь по всей округе. Он гневно смотрел на толпу, окружившую без сознания пирата корсаров, чье лицо было изуродовано после жестокого избиения.
В этот момент один из корсаров по имени Ильмерик вступил в пререкание с Агаром, пытаясь объяснить, что никто не ставит под сомнение его авторитет как капитана. Он подчеркнул, что их намерение состоит в том, чтобы привлечь внимание капитана к тому факту, что тот чрезмерно полагается на своего нового первого помощника, Мордреда. — «Неважно, что Мордред пришёл из команды Грома — проблема заключается в том, что ты Агар, всё чаще следуешь его советам и предложениям, и создаешь впечатление пляски под его дудку» — пытался объяснить Ильмерик.
Агар на время сдержал свою ярость, но в его голосе всё ещё звучала неподавленная агрессия. Он потребовал от Ильмерика повторить сказанное, чтобы осознать суть его слов и, возможно, найти в них некий смысл.
Ильмерик ощущал, как от Агара исходит волна ярости. Он стоял прямо перед капитаном, не отводя от него взгляда. Хотя внутри него колебалась нерешительность, он не позволял ей овладеть собой. Ильмерик был убеждён, что проблема заключалась не в самом Агаре, а в его зависимости от нового помощника-перебежчика.
Ильмерик собрал все свое мужество и настойчиво повторил: «Я сказал, что ты слишком часто полагаешься на советы и предложения этого перебежчика Мордреда. Создается впечатление, что ты слепо следуешь его указаниям, игнорируя наш опыт и мнение. Мы лишь пытаемся поделиться своими мыслями и озабоченностью».
Агар на мгновение сжал кулаки, его ногти впивались в плоть, оставляя на ней мелкие следы. Он медленно поднял голову, и их взгляды встретились. Глубокий вздох прервал молчание, прежде чем Агар произнес: «Ты действительно считаешь, что становлюсь слабым и податливым?» — его голос звучал грозно. «Кажется, ты забываешь, чтоя́капитан этой проклятой банды! Я принимаю решения, исходя из собственного опыта, и они всегда оказываются верными!»
Ильмерик был готов к буре, которая накрыла их командира. Он не отступал ни на шаг, сохраняя твердость, чтобы донести до Агара свои аргументы и убеждения.
«Я нисколько не ставлю под сомнение твою силу и мудрость, капитан. Мы все верим в тебя. Но не ошибайся, полагаясь на кого-то безоговорочно. Чрезмерное оказание доверие одному и игнорирование мнения остальных, может привести к разрушению нашего единства и сыграть на руку нашим врагам», — произнес Ильмерик, стараясь достучаться до сердца Агара.
Агар с негодованием смотрел на Ильмерика, ярость пульсировала в каждом его слове. Однако постепенно в его взгляде начали появляться признаки размышления, а руки, которые могли бы обрушиться на Ильмерика с силой, ослабели.
«Ты попытался открыть мне глаза на то, чего я не желал видеть», — произнес Агар тихим голосом, словно погружаясь в глубокие раздумья. «Я не могу позволить, чтобы моя собственная слабость привела к гибели этой команды. Возможно, в твоих словах есть доля истины, но вы все должны понять, что решение прийти сюда было моим, а не этого молокососа!»
Ильмерик ощутил, что Агар начинает отступать от своей ярости и принимать иное мнение о происходящем. Он молчал, наблюдая за капитаном и готовясь вновь поддержать его и помочь восстановить баланс в команде.
В этот момент, на шум конфликта сзади подошел Агандаур. Первым заметил его Ильмерик, и вскоре другие также обратили внимание. Невольно их сердца сжались от страха — от Агандаура исходило необъяснимое излучение ужаса, словно он окутывал их аурой.
Агар медленно обернулся, заметив, что взгляды Ильмерика и остальных были прикованы к чему-то позади него. «А-а, наш наниматель и благодетель. Какая… честь», — произнес Агар. В отличие от других, в его глазах не было ни страха, ни трепета перед устрашающим Агандауром. Эта необычная стойкость и непоколебимость даже слегка удивили самого Агандаура.
«У тебя проблемы с контролем над своими людьми, наемник? Мне не нужны проблемы с неподчинением, особенно сейчас, когда мы на пороге нашей цели!» — произнес Агандаур, его голос звучал презрительно, наполненный подозрением по отношению к Агару.
«Никакого неподчинения нет, мои люди преданы мне! Но есть одна проблема, да-а. Мы блуждаем по этим безжизненным песчаным барханам уже больше недели и до сих пор не знаем, зачем мы здесь и какая награда нас ожидает», — ответил Агар, его голос звучал решительно, демонстрируя отсутствие страха перед Агандауром. Его единственной заботой было благополучие своей команды.
Обычно самоуверенность, дерзость и отсутствие страха у встреченных людей вызывали гнев у Агандаура. Однако на этот раз в его глазах вновь проблеснуло некоторое уважение и восхищение. На мгновение он невольно провел параллель между Агаром и молодым Громом.
«Твои слова слишком дерзки, пират! Не боишься ли ты, что за свою наглость поплатишься головой и встретишься лицом к лицу со смертью?» — произнес Агандаур. Он намеревался испытать дух Агара, чтобы убедиться, что его бесстрашие не является лишь пустой маской.
«Ха, похоже, ты редко сталкивался с настоящими морскими волками! Такие как я, постоянно играют в прятки со смертью, когда выходим в открытое море! Я умирал всякий раз, отправляясь в рейд, а их на моем веку было немало. Единственное, что меня печалит, так это то, что мой последний путь может оказаться здесь, на этих бесплодных песках, а не в бескрайних водах океана!» — с уверенностью ответил Агар.
«Ха-ха-ха, ты меня впечатлил, старый моряк! Мне редко удается встретить настоящих храбрецов. Обычно за маской смелости скрывается лишь глупость, но ты — не такой. Меня радует, что ты оправдываешь свою репутацию!» — сказал Агандаур, приятно удивленный стойкостью духа Агара.
«Разве тебе не кажется, что ты здесь не для
