вырвется из груди. Пронзительный взгляд голубых глаз стоящего напротив мужчины заставил ее вздрогнуть. Ее охватило странное, неописуемое чувство – опасное, непреодолимое. Рейян оторвала взгляд от Мирана и снова уставилась в пол, не зная, что делать, и боясь, что он заметил ее растерянность.
Рейян взглянула на мать, почувствовав, как та щипнула ее за поясницу. Она указала глазами на мать Мирана. Рейян пришлось подойти к женщине, сидящей в кресле. Лицо и руки девушки горели. Одна лишь мысль о том, что Миран в данный момент наблюдает за ней, смущала. Пытаясь сохранять спокойствие, Рейян подошла к матери Мирана и взглянула на нее.
– Добро пожаловать, – выдавила она, тут же удивившись тому, как хрипло прозвучал от волнения голос.
– Спасибо, моя прекрасная дочь. – Искренняя улыбка госпожи Наргизы невольно вызвала ответную улыбку у Рейян. Девушка перевела взгляд на Генюль, сестру Мирана. Ей было чуть за двадцать, всего немногим больше, чем самой Рейян. Сразу после приветствия Рейян выскочила из зала. Едва добежав до кухни, она упала на первый попавшийся стул.
На кухне ее встретили Фатьма и ее дочь Дилан. Фатьма жила в особняке уже много лет, став неотъемлемой частью семьи. Следом за Рейян на кухню зашла Хавин. Девушки обменялись взглядами.
Рейян все еще находилась под впечатлением от голубых глаз Мирана. Его лицо живо всплывало в памяти. Рейян не могла точно сказать, что чувствует, но чувства определенно не были плохими. Это была любовь. Взгляд Мирана пронзил ее сердце как стрела, и при каждой встрече он производил на девушку все более глубокое впечатление.
Несмотря на это, Рейян упрямо твердила, что не хочет свадьбы.
– Что это с тобой? – со смехом спросила Хавин. – Ты будто привидение увидела!
Дилан стояла рядом с Рейян и ждала ответа. Рейян же пыталась перевести дух, успокоить бешено колотящееся сердце и унять выдававшее ее волнение. Утром в гневе она наговорила много глупостей. Теперь Рейян казалось, что это сказала не она, а какая-то другая девушка.
– Я не знаю, – ответила она спокойно.
– Что ты не знаешь? – Хавин придвинула стул и села рядом. – Разве ты не заметила, какими горящими глазами Миран смотрел на тебя?
– Я не видела, Хавин, – пожала плечами Рейян.
– Не ври, Рейян. Как только ты вошла, вы посмотрели друг на друга! – От внимательной Хавин никогда ничего не ускользало. Пусть Рейян отнекивается сколько хочет, Хавин ни за что ей не поверит.
Хоть на лице Рейян появилась легкая улыбка, она все же покачала головой:
– В конце концов, я его даже не знаю.
Дилан сварила кофе, расставила чашки на подносе и подала на стол. Хавин подвинула поднос поближе к Рейян:
– Давай неси, пока не остыл.
Рейян развернулась, чтобы идти, и услышала за спиной тихий голос Хавин:
– Не приходи сразу на кухню. Посиди немного в гостиной!
С каждым шагом Рейян волновалась все сильнее. Ей нужно поскорее успокоиться, иначе она выронит из дрожащих рук чашки прежде, чем донесет.
Сделав глубокий вдох, она вошла в зал, бережно держа поднос и очень стараясь, чтобы руки не дрожали, и начала разносить кофе. Сначала дяде, как старшему в доме. Поднося чашку Мирану, Рейян не нашла в себе сил взглянуть на него, поэтому опустила взгляд и стала рассматривать узоры на ковре. Затем так же, не отрывая глаз от пола, подошла к столу и мягко опустилась на стул. Ей очень хотелось поднять глаза на Мирана, рассмотреть его лицо, которое она видела всего несколько раз, но застенчивость не позволяла. Вскоре атмосфера в гостиной стала очень теплой. Видимо, мать была права, когда говорила, что отец давно знал Мирана. Рейян не поднимала глаз от пола, и голос Мирана звучал в ее голове, вызывая трепет. Голос, который сначала казался странным, теперь ей нравился.
В одной стороне комнаты сидели ее мать и госпожа Делал, а в креслах у окна уютно расположились госпожа Наргиза и Генюль. На противоположной стороне разместились дядя Джахан, ее отец и Миран. Азат и Бедирхан с угрюмыми лицами остались у входа.
Борясь с застенчивостью, Рейян нашла в себе силы посмотреть на Генюль. При первой встрече Рейян слишком волновалась и никого толком не рассмотрела. Генюль сильно отличалась от брата: у нее были большие карие глаза, белая кожа, вытянутое лицо. Волосы Мирана были черными, а у нее – каштановыми. Несмотря на сильную разницу, Генюль была очень хороша собой. Когда Рейян оторвала взгляд от нее и взглянула на Мирана, то вновь почувствовала трепет.
Несмотря на суровые черты лица, он чем-то напоминал ребенка.
Густые черные волосы, тонкие темные брови, аккуратный нос и пухлые алые губы. Глубоко посаженные голубые глаза, похожие на море, были, пожалуй, наиболее привлекательными. Лицо Мирана не выдавало его возраста, телосложение же было достаточно крепким. Рейян увлеклась изучением Мирана и совсем забыла о том, что кто-то может это заметить. Если бы Хавин увидела, как Рейян смотрела на него, то говорила бы об этом целыми днями без умолку. Когда Миран посмотрел на Рейян, их взгляды встретились, и девушка почувствовала, как ее бросает в жар. Пожалуй, ей следовало уйти. Она вопросительно взглянула на мать и, дождавшись одобрительного взгляда, мягко встала и вышла из комнаты.
Рейян нуждалась в тишине. Ей хотелось сесть и подумать, разобраться в своих чувствах. Ее решение не изменилось, она все так же хотела отказаться от свадьбы, но что-то теперь казалось ей неправильным. Появилось чувство, что она потеряет что-то в случае отказа. Как ни странно, но от упрямства Рейян, которая несколько дней противилась помолвке, не осталось и следа.
Это было не просто отчаяние, отравляющее ее душу, словно яд. Она будто плавала в море неопределенности. Ее переполняли чувства, которых она не ведала до сегодняшнего дня и не могла назвать. Девушка никогда не знала, что значит любить и быть любимой, оттого и не понимала, что именно она испытывает. Было странное ощущение, будто в глазах Мирана скрывается что-то, что видно только ей.
Она никогда не узнает, что именно.
Глава 2. Опасные берега любви
Острая боль терзала его, вызывая приступы гнева. Он понимал, что нельзя продолжать жить прошлым, но ничего не мог с собой поделать. Все зло, отвратительные воспоминания детства навсегда укоренились в его памяти и сердце.
Все его нутро жаждало мести, а раны на душе никак не заживали.
Он изо всех сил старался не заснуть прямо в кресле с ноутбуком на коленях, когда проверял электронную почту. В его голове роился нескончаемый поток мыслей.
