Читаем без скачивания Судная ночь на Синосе - Джек Хиггинс

– Выпить не желаете? – спросил я.

– Почему бы и нет? Большой бокал холодного безалкогольного напитка. Желательно тоник со льдом.

– Вы в этом уверены?

– По-моему, вы уже приняли за нас обоих. Не так ли?

Я пропустил ее замечание мимо ушей и направился к барной стойке. Поначалу я хотел, как обычно, начать вечер с большого стакана виски, но почему-то заколебался. Она определенно приводила меня в трепет. В конце концов я остановил свой выбор на холодном пиве.

Сара уже отошла от пианино и стояла у открытого окна, устремив взгляд на гавань. Вечер был очень тихим. В пламенеющем оранжевым цветом небе светился молодой месяц. Когда я подошел, она повернулась ко мне и застыла в неподвижной позе, слегка отставив ногу и сложив одну руку на груди, придерживая одной рукой локоть другой.

На ней было обманчиво простое маленькое летнее платье, вероятно от Бальма. Короткое даже для такой погоды, спереди на всю длину застегивающееся на пуговицы, из которых две нижние были расстегнуты то ли случайно, то ли по замыслу модельера. Как я уже понял, нельзя было быть полностью уверенным во всем, что имело к ней какое-либо отношение.

Только одного я не мог понять. Сара была чертовски хороша и волновала меня так, как никакая другая женщина за эти годы. Естественно если не считать моей дорогой жены, до того как та покинула меня.

Я протянул ей высокий, покрытый инеем стакан. Кубики льда звякнули о стекло, когда она подносила его к губам.

– Шестнадцать лет в сорок третьем году? Выходит, вам сейчас сорок два.

– И я слишком для вас стар, – сказал я. – Поэтому мне следует сбросить обороты? Ну что за проклятая жизнь.

– Да, и каждый ее день, если воспринимать ее так, как вы. В сорок третьем меня еще на свете не было, поэтому о том времени судить не могу.

Ответ был достаточно прямым и в какой-то степени жестоким, как удар ниже пояса. Сара почувствовала это и, вероятно, пожалела о том, что сказала.

– Я хочу, чтобы вы с самого начала поняли, что я не люблю, когда кто-то думает за меня. Договорились?

Она села на подоконник, скрестив свои великолепные ноги. Тут вошел Морган. Бедняга, я совсем забыл о нем. Он снял фуражку и шлепнул себя по голове.

– Добрый вечер, мисс, то есть леди Гамильтон.

Она одарила его своей лучезарной улыбкой и провела тыльной стороной ладони по его подбородку.

– Для тебя, Морган, просто Сара. Отныне и во веки веков. Нас с тобой уже многое связывает.

Он хохотнул и нервно почесал подбородок.

– Черт возьми, хочу сказать, что вы, похоже, знаете, как оказать первую помощь.

– У меня было три младших брата, – ответила она. – Я знаю, как обращаться с мужчинами.

– Что с моим помощником? – спросил я раздраженно. – У него что, крыша поехала?

Она резко повернулась ко мне:

– Я же сказала, что у меня было три брата и я не впервые столкнулась с тем, что произошло с вами.

Она задела меня за живое, и я снова завелся:

– Уверен, что не впервые, ангел. Я что, был в таком уж жутком состоянии?

Она пожала плечами:

– Не знаю, был ли сорок третий год хорошим.

Последняя ее фраза обезоружила меня, и я, повернувшись к Моргану, который держал меня за рукав, произнес:

– Ну, ладно. Спроси у Али как всегда, а потом забирайся в «лендровер» и проспись хорошенько. Потом я заберу тебя на пристань.

Он, слегка пошатываясь, быстро зашагал в сторону барной стоики.

– А что он спрашивает у Али как всегда? – заинтересовалась Сара Гамильтон.

– Большую бутылку ирландского виски, к которой он будет прикладываться каждые десять минут в течение часа. Обычно это виски «Джеймсон», если оно у них есть. Здешние бармены испытывают чувство гордости, когда им удается ублажить своих клиентов напитками, о которых тут мало кто слышал.

– Он и так уже полупьян, – заметила она, и в ее голосе прозвучал укор в мой адрес.

Я покачал головой:

– С ним иногда случается такое и без спиртного. У подводников это называется кессонной болезнью. Как вы думаете, сколько ему лет?

– Не знаю, – пожала она плечами. – Наверное, лет шестьдесят пять.

– Ему сорок девять. На семь лет старше меня. Вот что может произойти с человеком, который опускается слишком глубоко, слишком часто и неправильно проводит декомпрессию. Ходячий мертвец, – с болью в сердце сказал я.

– И в этом вы вините Джека Сэвиджа, не так ли? Но почему?

Я повернулся и посмотрел на Сару, пытаясь разглядеть выражение ее лица. Но было темно, и к тому же на веранде за ее спиной появился Алеко. Буквально в следующее мгновение загорелся свет, и снова заработали вентиляторы.

– А, вот вы где. – Он улыбнулся и протянул мне руку. – Вы обещали меня угостить. «Китайский Клиппер» отлично подошел бы для этого случая. Посмотрим, сможет ли Китрос его сделать.

Я мог бы кликнуть одного из барменов, но тут Алеко повернулся и как-то уж совсем по-интимному положил руку свояченице на плечо. Мне это решительно не понравилось, и я решил оставить их наедине.

Когда я подошел к барной стойке, из своего кабинета, прикуривая на ходу сигару, появился Китрос.

– Один «Китайский Клиппер», – с каменным выражением на лице произнес я.

Янни повернулся к Али, старшему бармену, и невозмутимо произнес:

– Тебе потребуется китайский золотистый лайм[1]. Ты их с полдюжины найдешь в кладовке в керамических кувшинах. Придай с его помощью сухому джину желтый цвет. Главное – добейся нужного цвета. – Он развернулся ко мне и вкрадчиво спросил: – Что-нибудь еще?

– Сдаюсь, – ответил я. – А мне большую порцию «Джеймсона».

Китрос щелкнул пальцами другому бармену.

– Ты сегодня отлично выглядишь, Джек. Благоухаешь «Богаром». Мне это нравится. Снова на щеках румянец, уж не виной ли тому эта молодая леди?

Это уже слишком, даже для него.

– Сделай одолжение, – сказал я. – Я достаточно стар, чтобы быть...

– Ей отцом? Ах, Джек, я вижу, общение с англичанами не прошло для тебя бесследно. А жаль.

Он бросил взгляд в зал.

– Девятнадцать лет – прекрасный возраст, но этот случай особый, – сказал он и покачал головой. – Эта девушка родилась уже достаточно взрослой.

Возможно, он был прав, но его замечание мне не понравилось. Выйдя из-за стойки с подносом в руках, Янни направился к посетителям.

– Ваш «Китайский Клиппер», сэр, – сказал он Алеко.

Алеко отпил глоток и одобрительно кивнул.

– Вы никогда еще меня не подводили, Китрос. Не составите нам компанию?

– С удовольствием.

Янни кивнул Али, и тот принес ему бокал «Бакарди». Алеко предложил мне сигарету.

– Я тут полдня понаблюдал за вами, мистер Сэвидж. За последние семь или восемь лет, как я понял, вы достаточно потаскали на себе это громоздкое снаряжение.

– Оно не очень тяжелое, – ответил я. – После Суэца в Александрии и Порт-Саиде для спасателей много работы, а я хорошо знаю местность. Стараюсь пользоваться этим преимуществом.

– Да, я слышал об этом. Вы служили старшиной в десантно-диверсионном отряде морских сил Британии и занимались подводными работами. Удивляюсь, как египтяне разрешили вам здесь остаться.

– Без проблем. Я ирландец, а не англичанин. И это для меня большой плюс. С моим паспортом я могу отправиться без визы куда угодно, даже в Китай.

– Вот туда бы я вам не посоветовал.

– Вероятно, вы правы.

В холле послышались голоса, и в бар вошел Хаким. Он быстрым взглядом окинул зал и, увидев меня, лавируя между столиками, решительно зашагал в мою сторону. Я впервые видел его таким встревоженным.

– Очень хорошо, мистер Сэвидж, что я вас нашел. Крайне важное дело.

Он замолчал. В бар в сопровождении двух военных полицейских поспешно вошел майор Ибрагим. Не обращая ни на кого внимания, в том числе и на Хакима, он уставился на меня свирепым взглядом.

– Мы разыскиваем человека по имени Рауль Гийон, которого вы, Сэвидж, наняли как водолаза. Где он?

– Не имею ни малейшего понятия, – ответил я и повернулся к Хакиму. – Что это все значит?

Хаким не успел ответить, как Ибрагим вновь обратился ко мне:

– Рауль Гийон еврей, Сэвидж, израильский агент. Конечно, вы могли и не знать об этом, не так ли?

При других обстоятельствах его слова могли бы вызвать во мне ответную реакцию, но сейчас я не мог себе этого позволить. Дело принимало опасный для меня оборот. Один неправильный поступок – и я мог накликать себе неприятности.

– Майор Ибрагим, – сказал я ровным голосом, – за какого же дурака вы меня принимаете? Мне разрешили в Александрии открыть свое дело по проведению спасательных работ. Одно только оборудование для этого стоит более двухсот тысяч фунтов. Я уже выполняю работы и зарабатываю на этом деньги.

– Все это мое правительство может конфисковать в любой момент.

– Что касается Гийона, то, когда я нанимал его, он был гражданином Франции, – возразил я и обратился к Хакиму: – И ваше министерство подтвердило его статус.