быстро ты это забыл, — негромко и холодно ответил Ракеш, но, решив, что на сегодня переживаний Вике достаточно, отошел, чтобы она не слышала разговор и не догадалась, насколько сердит на нее жених сестры. Вот только упрямица шла за ним не отставая и прекрасно слышала весь разговор. — Я звоню по только по ее просьбе. Чтобы успокоить тебя и сказать, что Айрин дома. Мы сами видели, как она вышла из такси и зашла в подъезд, а мой телефон и телефон моей жены, — на последнем слове Ракеш повысил голос, — не отвечают, потому что остались на яхте.
— Были слишком заняты, чтобы вспомнить о них? — ядовито поинтересовался Санджей.
— Не без этого, — не скрывая высокомерного превосходства, ответил Ракеш.
— В любом случае, спасибо, что сообщили, — поблагодарил Санджей и уже спокойнее поехал к дому невесты.
— Дай телефон, я Ирине позвоню. Она дома совсем одна. Ей, наверное, очень плохо, — протянув руку, попросила Вика. Слова несостоявшегося зятя она проглотила как неизбежность, прекрасно понимая, что уж если сестра на нее зла, то что ждать от в общем-то постороннего человека, которого знает всего две недели.
Ракеш протянул телефон, по-прежнему внимательно всматриваясь в ее лицо и ожидая увидеть признаки разочарования или расстройства, но на нем, все так же, читалась только усталость, теперь уже с примесью беспокойства за сестру.
Торопясь, несколько раз ошибаясь и сбрасывая неверно набранный номер, Вика все-таки дозвонилась, но услышала то же, что и Санджей: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Не желая верить автоответчику, она снова и снова набирала знакомый номер, пока Ракеш, уже не в силах смотреть на ее несчастное лицо, не отобрал трубку.
— Вика, успокойся. Это бесполезно. Она отключила телефон, — старался он уговорить жену, но Вика не реагировала и продолжала попытки вернуть себе аппарат. — Подожди, — снова попросил Ракеш и, одной рукой удерживая Вику, второй еще раз набрал номер брата.
— Что еще? — услышал он недовольный голос Санджея — звонок застал его когда парковался во дворе дома девушек. Незадолго до этого, Санджей уже переговорил с Канти. Тетя сообщила, что с дади ничего страшного, просто она переволновалась и ей нужен покой.
— Ты сейчас едешь к Айрин? — спросил Ракеш.
— Каким образом это касается тебя? — все тем же холодным тоном осведомился брат.
— Меня это совсем не касается, но Вика волнуется за сестру.
— Было бы совсем неплохо, если бы она начала волноваться за нее немного раньше. О чем вы оба думали?! — сорвался все-таки Санджей.
— Было бы неплохо, если бы свои промахи и неспособность защитить свои отношения ты не сваливал на плечи девчонки, — еле сдерживаясь, прорычал Ракеш. — Но я звоню не затем, чтобы поругаться. Вика волнуется, надеюсь, что ты отнесешься с пониманием и отзвонишься, когда переговоришь с Айрин.
— Хорошо, позвоню.
— Благодарю, — сухо ответил Ракеш и сбросил вызов. — Санджей приехал к вам и позвонит, когда поговорит с Айрин, — он повернулся к Вике. Несчастную уже оставляли силы, и она опустилась на диван, принявший ее в свои упругие, но тем не менее мягкие объятия, соблазняя откинуться на удобные подушки и закрыть глаза.
— Я слышала, — тускло отозвалась Вика. — Он тоже ненавидит меня?
— Какая разница! — не выдержал Ракеш — несчастный вид жены причинял ему физическое страдание. — Когда состоится его свадьба с твоей сестрой, вы станете братом и сестрой! Не забывай и свое обещание вести себя, как примерная жена.
— Мы ими уже были, пока ты не вмешался, — пробормотала Вика, а потом добавила громче: — Я все помню, но и ты мне обещал, что они поженятся. Когда? — снова задала вопрос, который не давал ей покоя.
— Может, мы это обсудим завтра? Тебе необходим отдых, — предложил Ракеш.
— Нет! — возмущение придало Вике сил, и она вскочила с дивана. — Если я еще здесь, то только потому, что ты пообещал все исправить! Если ты снова начнешь изворачиваться, то я сейчас же уйду. Хоть под мостом буду ночевать, только не здесь!
— Все-все успокойся, — Ракеш даже испугался ее взрыва ярости, ведь он думал, что Вика вот-вот или уснет, или упадет в обморок от усталости; и опасался, что всплеск эмоций отнимет у нее последние силы, поэтому подлетел к жене, готовый подхватить, если упрямая фурия лишится чувств.
— Я сказала, не подходи и не прикасайся ко мне! Я жду! — Вика и не думала падать в обморок. Она отскочила от приближающегося Раджа и стояла вся напряженная и готовая при малейшем его намерении сократить дистанцию, бежать к ближайшей двери, чтобы запереться.
— Дай подумать, — он снова за думался, оценивая свои силы. — Полагаю, месяца хватит.
— Сколько?! — воскликнула Вика. — Чтобы все испортить тебе хватило дня, а чтобы исправить — месяц?!
— Дади очень тяжелый человек. Да и твоя сестра не из тех, кто легко прощает, насколько я понял, — на последних словах Ракеша Вика поспешно отвернулась, чтобы он не заметил слез, сверкнувших в глазах при упоминании сестры. — Я озвучил крайний срок, но постараюсь побыстрее, — несмотря на старания строптивицы, Ракеш заметил предательские слезинки, и сердце, который уже раз за день, сжалось от жалости к жене, потерявшей из-за него близкого человека. — Если ты мне поможешь, то уверен, что получится быстрее.
— Опять моя помощь? — зазвенел голос Вики. Она справилась со слезами и сейчас сверлила на Раджа сверкающими глазами. — Когда ты все портил, тебе не нужна была моя помощь! Что я на этот раз должна сделать? Я уже сказала, что мне нечем платить за твои услуги и, вообще…
— Успокойся, успокойся, — прервал Ракеш весьма горячечную речь Вики. — Я всего лишь имел в виду, что мы будем появляться в доме Роев, как счастливая семья, чтобы дади убедилась, что из тебя получилась прекрасная жена. Тогда она смягчится и к тебе, и, что немаловажно, к твоей сестре.
— Она меня на порог не пустит, — буркнула Вика.
— А это ты предоставь мне. У меня есть к ней подход, — промурлыкал Ракеш. Он прекрасно знал, как воздействует на девушек тембр его голоса и хотел, чтобы Вика немного расслабилась. — А теперь тебе надо отдохнуть. Пойдем, я провожу тебя в спальню.
Только он это проговорил, как Вика, оттаявшая во время обсуждения примирения сестры и воспринимающая Раджа как партнера, снова сжалась будто пружина.
— Я тебе уже говорила, что ни при каких обстоятельствах не переступлю порога твоей спальни. В любом случае, я не двинусь с места, пока не узнаю, что с Ириной, — заявила Вика и с ногами забралась на диван, где и осталась сидеть, обхватив колени.
— Ты еле на ногах стоишь, тебе
