товар из дальней комнаты. Несмотря на то что «при жизни» «зараза» была мелкой худой девчонкой скучать не приходилось всей пятёрке. Дёргано извиваясь на выкрученных связанных руках, тварь то и дело норовила вцепится зубами то в одного то в другого. Была в этом откровенная пробирающая жуть, этой манере поведения — нечеловеческой и не звериной. Человек бы орал, ругался и хрипел. Зверь бы выл и рычал. Ни тот, ни другой не стали бы так
урчать. И так наплевательски относится к собственному телу и боли… И так блестеть пустыми бессмысленными глазами, в которых не было ничего
вообще. Ни разума, ни чувства.
— Чего рот то не заклеили, олухи? — Радар с брезгливой гримасой глянул на следящего со стороны за процессом Мазута.
— Так никто ж не собирался её куда-то везти. Только предъявить, да башку проломить клювом. — Слабо трепыхнулся тот.
Передвижная картина «Бурлаки на Улье» переместилась за дверь. Радар уронил лицо в ладони. Стоящий рядом Трот странно глянул вслед уходящим, но промолчал. Чур с ничего не выражающим лицом стоял возле стула.
Прошла пара минут.
Во дворе раздались три хлопка подряд.
…Пистолет. Что-то малого калибра…
— Чур, стелс. Автомат на готовность. — Парень говорил тихо и устало. Он встал и вышел в дверь.
Во дворе была уже другая живая картина чем-то чуток похожая на «Иван Грозный убивает сына». А именно трупом в крови на земле и несколькими шокированными лицами вокруг. Но отличий всё-таки было больше чем сходства. Во-первых, на земле валялся маленький пистолетик. Во-вторых, среди полутора десятков, шокированных лиц- было одно красное, мрачное и зло удовлетворённое.
Радар деловито подошел к трупу. Тело свежей «заразы» уже даже не дергалось. Две дырки в голове и лужа крови — не надо быть суперэкспертом что бы понять, что это значит.
— Товар уже сменил владельца. И юридически теперь это не наши убытки. Но этот дятел всё же наш и территория наша… — «Атаман» выдохнул — Любить его за это, мы его будем сами, без смазки, но без порчи личности.
А сейчас вот. — Он вложил в руку всё ещё стоявшему в столбняке Пижону пакет. — В знак наших неизменно дружеских чувств. Уборку трупа и крови тоже берём на себя. А теперь прошу покинуть нас и предоставить нам самим разбираться с дальнейшими шероховатостями.
Всё так же молча, гость с потрясённым лицом влез на заднее сиденье машины и уехал. Ворота закрылись.
— Такие слабые нервы? Странно. В Улье за пару дней смертей навидаешься до полной вымороженности. — Радар задумчиво потёр подбородок, будто решая задачку по математике.
Выдвинувшийся из маленькой толпы Сапёр зло крякнул — Так человек же свою смерть увидел, я тож подумал, что наш козёл его пристрелит, когда третья пуля от этого, на палец свистнула. Но он только пистолет на землю бросил и всё.
— А чего сразу пистолет не отобрали? Сразу как он его вытащил? — Протянул «атаман».
— Так кто ж ожидал? Все ж растерялись. — Вояка зло скривился.
— Что тут скажешь. Давайте ко мне этого хероя. — Радар мотнул подбородком.
Стихийное исполнение указания было неаккуратным, тычково — пинковым, но быстрым.
Он пару минут молча изучал стоявшего напротив бойца. Непохоже что бы того беспокоил суровый взгляд начальства. Вид парень имел гордый и провокационный.
— Сапёр, прошу — не приказываю, пропиши товарищу разок люлей, пожалуйста. Без увечья, но доходчиво, а то боюсь перестараться. — «Начальство» мрачно поглядело искоса на «героя».
Выданная затрещина была крепкой и доходчивой. Голова бойца мотнулась и выражение лица чуток сменилось. Но не сильно.
Радар зевнул. — Нечем тебе особенно гордиться. Ты, считай у товарищей из общего котла три десятка гороха увел. Ресурсы в жёстком раскладе — это жизнь и смерть. Вполне возможно — это будет чья-то смерть. А может и не одного человека.
Так что отвечать за своё художество будешь по полной. Быть тебе штрафником и хабарником пока я не решу, что хватит.
А что б всем запомнилось…
Как тебя прежде звали?
— Сыр. — Протянул боец.
— Это с чего так?
— От фамилии.
— Теперь будешь — Штрафбат. Сапёр, забирай своего «орла». И всё, интересный митинг закончен, всем вернуться к житейской скуке. Расходимся, короче.
Скоро возле ворот осталось лишь трое — Радар, Трот и «проявившийся» Чур.
Трот вынул из кармашка в камуфляже пакетик семок, сплюнул шелуху. Повторил. Потом обернулся. — Ты, бабки обычно ныкаешь сразу и глубоко…А в этот раз положил во внешний карман. Что-то знал?
Было конечно эффектно, рылом по асфальту и всё такое…Но по мне, так лучше б не было.
— У нас не мордой по асфальту, а свежей прелестью ланит, да о поребрика культурный гранит — Радар криво и невесело ухмыльнулся — Ну как — знал… Догадывался, что и такое может быть. Может да, а может и нет.
Этот как с помершим котиком. Кто-то похоронит, а кто-то выкинет тушку в помойку. Зависит от того, что у человека внутри.
Пацан неровно дышал к той …Что переродилась…Как он поступит? Будет смотреть что из этого тела сделают? Или как? — Лицо парня размякло, на нём проступило выражение серьёзно расстроенного ребёнка.
— Могло закончится несколькими трупами. — Проговорил блондин неодобрительно.
— Могло закончится несколькими трупами при любом выборе. Например, если б он попытался залезть в бордель к Пижону мимо охраны. Или сильно обиделся на кого-нибудь.
Так, даже лучше — теперь я знаю, что парень с принципами и смышлён…Исполнил же что хотел? Быстро и чисто, причём не нарвавшись на очередь от охраны Пижона или наших…Если ещё и удачлив и переживёт штрафные работы — будет второй звеньевой, кроме Мазута или замена покойному Колосу. — Радар опять возвращался к непроницаемой «деревянной маске».
— Я так скажу, что это наименьший головняк из тех что у нас есть. Ты видел, как мне Пижон в ухо шептал? Так вот он дело говорил. У нас проблемы.
Глава 2
Волыны на готовность и смотреть по сторонам. Кто щелкнет клювом — пробью в бубен, если выживу. Усекли? Даже если жмурики без сюрпризов, на запах крови в любой момент могут подрулить гости. — Бахус осторожно, озираясь по сторонам подошел к двум телам, лежащим у стены дома. Автомат слабо качался у него на груди.
Покойники лежали в надломленных позах лицом вниз, один в шаге от другого и возле их голов растекались красные лужи. Рейдер сел на корточки рядом приложил по очереди два пальца куда-то на шею под челюсть.
— Конкретно свежие. Но готовы, верняк. — Сказал он тихо. Не двигая тел рейдер обыскал карманы лежащих. Поднял глаза с
