— Но… почему? — грудь болезненно сжалась. Они пытаются исключить ее из бизнеса? Но ведь дела идут хорошо.
— Кайли, то, что делают эти люди… — Уайет густо покраснел. — Эти люди могут заниматься сексом на улице. Прямо перед тобой.
— О, серьезно, — она покачала головой. — Слушай. Если они начнут заниматься этим в лесу, я просто закрою глаза.
— Даже если мы согласимся, Логан настаивает, чтобы проводники чувствовали себя непринужденно в компании, э-э-э, играющих гостей во время похода в горы. А ты ничего подобного никогда не видела…
Она может воспользоваться этим предлогом. И тогда не нужно будет посещать «Серенити Лодж» и удастся избежать встреч с Джейком. Но она слишком много работала над тем, чтобы войти в семейный бизнес, стать полноправным партнером… и жить с ними. Они — единственные родственники, позволившие ей остаться рядом, и она не будет рисковать их любовью из-за какой-то ерунды, вроде личного комфорта. Кроме того…
— Похоже, сотрудничество с Хантами будет очень выгодным. Мы не можем себе позволить, чтобы один из нас с этим не справился, в долгосрочной перспективе это негативно повлияет на расписание экскурсий.
Судя по несчастным лицам кузенов, они это и сами прекрасно понимали.
Она вздохнула.
— И как Логан планирует разрешить проблему моей неосведомленности в этом самом «ты понимаешь»?
— В пятницу в «Лодж» приедет БДСМ-клуб, — сказал Морган. — Он предлагает устроить для тебя экскурсию и все объяснить.
Уайет с упрямым видом скрестил руки на груди.
— Мы сказали ему, что ты не будешь в этом участвовать.
— Думаю, ты передашь ему, что я это сделаю, — Кайли тоже скрестила руки на груди и с не меньшим упрямством посмотрела на него. — В этом доме все равны, помнишь?
Она видела, что они колеблются: хотят защитить ее и в то же время не могут игнорировать интересы бизнеса. Но ничего не могут противопоставить правилу дяди Харви.
Уайет пригладил волосы.
— Кайли, даже если мы позволим тебе…
— Ты меня не остановишь, чувак.
Он наклонился вперед и сжал ее ладошку, его карие глаза смотрели с беспокойством.
— У Моргана в это время запланирована группа рыбаков, а я веду альпинистов. Ты не можешь пойти туда одна. Надо подождать следующей вечеринки, чтобы мы могли пойти с тобой.
— И сколько ждать?
— Почти шесть недель, — ответил Морган.
Она закатила глаза.
— Если ты пораскинешь мозгами, то поймешь, что когда я буду их проводником, вас рядом не будет. Кроме того, разве Логан за мной не присмотрит?
Они все еще выглядели довольно удрученными.
— Вот что я вам скажу: как только я увижу что-нибудь интересное, сразу же закрою глаза.
***
Морган и Уайет чувствовали себя виноватыми, и Кайли в полной мере этим пользовалась. Закончилось все тем, что они целую неделю по очереди ездили на закуп и дежурили по кухне, и ей не пришлось вести в понедельник группу самовлюбленных яппи.
Это не особо помогло, с учетом того, что ей предстояло.
В пятницу вечером она заехала на маленькую парковку «Серенити Лодж» и заглушила машину. Взглянув на большой дом, она, чувствуя себя совершенно несчастной, опустила голову на руль.
Джейк, наверное, там, черт бы его побрал. Она влюбилась по уши, как только увидела, да и какая женщина устояла бы перед его внешностью? Но окончательно погубило ее другое — то, как он подхватил пакет с продуктами из рук старой миссис Петерсон и донес до машины, или тот случай, когда опустился на колени, чтобы полюбоваться новым котенком пятилетней Оливии, как-то он помог Дэну вытолкать из ямы машину под проливным дождем. Он просто считал, что должен помогать слабым, и напоминал ей этим дядю Харви. Да, она полюбила его не только за внешнюю привлекательность.
Выбравшись из джипа, она нахмурилась, увидев, как много машин припарковано на территории, и засомневалась еще больше. Должно быть, на этой вечеринке куча народа. Но все же это не беспокоило ее так сильно, как мысль о Джейке Ханте. Возможно, стоило попытаться рассказать об этом чувстве дискомфорта Уайету и Моргану…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Парни, тут такое дело: во-первых, если Джейк будет хмуро смотреть на меня, как он обычно это делает, словно я какое-то отребье, это ранит мои чувства. Мне придется его ударить, что не очень хорошо повлияет на наши деловые отношения.
Во-вторых, если я должна буду смотреть на него в компании… с другой женщиной, это меня тоже ранит. Ей стало плохо лишь от рассказов подруг. Насколько Джейк прекрасен в постели, какой он внимательный и заботливый любовник. Она нахмурилась. Разве не странно, что они не занимались с ним необычным сексом? Может быть, БДСМ увлекались только гости, а он нет. Ее не касается, что он там делает в постели. Не-а.
В-третьих, если он посмотрит на меня, как в нашу последнюю встречу — от одной этой мысли ее сердце бешено застучало, — я буду умолять его взять меня прямо на месте, и после этого никогда не смогу взглянуть ему в лицо. Опять же, ничего хорошего для совместного бизнеса.
О, разве это не порадовало бы Уайета и Моргана? Она рассмеялась. Хотя парни знали, что она ходила на свидания, они никогда не думали о том, что за этим следовало.
Она захлопнула дверцу джипа и вышла на широкую поляну. Прохладный ночной ветерок, принесший запах сосен, взъерошил ей волосы. За деревьями мелькали огни горящих окон маленьких домиков, фонари на солнечных батареях, высотой по колено, обозначали тропинки. А из окон двухэтажного большого дома лился яркий свет. Кайли пошла к дому прямо через поляну. Рядом низко пролетела сова, ее крылья были хорошо видны в ярком свете крыльца. Как машина смерти, пикирующая с небес, она устремилась к крошечной мышке. Та успела лишь беспомощно пискнуть.
Кайли было знакомо это чувство.
Хорошо, покончим с этим. Она поднялась на широкое крыльцо и чуть не споткнулась об огромную собаку, лежащую у двери. Судя по всему, этот пес был метисом немецкой овчарки. Он встал и уставился на Кайли. Она отступила на шаг, затем увидела, как он приветливо виляет толстым хвостом. Хороший песик. Похоже, он не собирается перегрызть ей горло. А жаль. Она погладила пса и рассмеялась, когда он прислонился к ней и чуть не сбил с ног.
— Я бы лучше потусила с тобой, дружище. Но, думаю, я влипла.
Пес плюхнулся обратно. А Кайли открыла тяжелую входную дверь. Войдя внутрь, она подождала, пока ее глаза привыкнут к неяркому свету. В комнате пахло кожей и древесным дымом, духами и сексом. Вокруг разносились звуки секса. Григорианское пение перекрыл мужской стон, длинный и низкий. Слышались шлепки и женское хныканье.
Разглядев, что происходит в комнате, Кайли тяжело сглотнула. Слева, вокруг каменного очага, в котором потрескивал огонь, были расставлены кожаные кушетки, а за ними, согнувшись, лицом к стене стоял обнаженный мужчина. На его бледных ягодицах виднелись ровные ряды красных отметин.
Кайли широко раскрыла глаза. Уайет это имел ввиду под «ты понимаешь»?
Фонари на бревенчатых стенах отбрасывали круги золотого света через янтарное стекло, оставляя часть комнаты в полумраке. Было обустроено очень много мест для того, чтобы присесть: темно-красные стулья и рядом с ними разноцветные плетеные коврики. Чуть поодаль она увидела людей, которые были чем-то заняты. Она не могла разобрать, что именно они делали. Не уверена, что хотела бы. Раздалось характерное щелканье — мужчина в конце комнаты ударил кнутом? Руки сжались в кулаки.
Справа от нее блондинка, в блестящем латексном комбинезоне, держала зажженную свечу над женщиной, привязанной к столу. Воск капал на ее голые груди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Выглядит… по-настоящему болезненно. Каково это? Не иметь возможности двигаться. Быть голой. Ждать, когда что-то горячее капнет на соски. Больно или…возбуждающе?
Тело отозвалось на второй вариант. Бюстгальтер казался тесным, и даже мешковатые джинсы умудрялись давить на невероятно чувствительные местечки. Ну, хорошо, Уайет прав, она действительно не готова к такому.
