Обращаясь к вашему опыту, я бы сравнил наше положение с экипажем звездолета, снабженного системой поддержания биологических условий, с той разницей, что для нашего поселка, продолжительность подобного состояния ничем не ограничена, а степень риска на несколько порядков ниже, чем при полете к звездам.
– Главный вопрос – как долго мы здесь останемся? – Бен не выдержал затянувшегося выступления на общие темы.
Малыш замешкался, довольно долго молчал и наконец выпалил:
– Я не уполномочен отвечать на такие вопросы.
– Как это? – пробормотал Командор. – Следует понимать, что мы пленники?
– Ничего подобного, Командор! – Малыш внезапно оживился. – Мы трактуем вас наравне с другими жителями Поселка, я бы даже сказал, трактуем особо. Но находясь здесь, вы должны приспособиться к специфике нашего положения. Все мы должны придерживаться некоторых правил поведения и соблюдать дисциплину, беспрекословно подчиняться всем постановлениям СЭКСа. Во имя общего благосостояния, любое неповиновение должно тут же караться. По некоторым серьезным причинам, никто из вас, как и ни один из жителей этого и других Поселков, не сможет отсюда улететь. Без специального разрешения СЭКСа, нельзя даже покинуть Поселок и находиться на поверхности.
– Почему мы не можем улететь? – спросил я. – Не будь ваших сигналов, мы сразу бы вышли на околоземную орбиту!
– Скоро поймете. В настоящее время посадка там… невозможна.
– Невозможна? – почти одновременно произнесли все.
– Ну, скажем… – он заколебался. – Скажем, противопоказанна…
– Что случилось с Землей? – Паво встал, распрямив свое двухметровое тело, и подошел к чужаку. Он возвышался над ним как минимум на пол метра.
– Что вы с ней сделали?
– Сядь! – малыш отступил к стене, голос его дрожал. – Прежде всего мы не отвечаем за то, что произошло во время вашего отсутствия! Ты спрашиваешь, что случилось? Отвечу коротко – прошло двести лет. Это и случилось, остальное – последствия. Вы должны быть благодарны, что мы вас перехватили. Вам повезло, что мы поймали ваши сигналы. Никто вас не ждал, никто не помнил… А наше предложение – единственное, что стоит принять. Это необходимо.
– Что случилось? – настаивал Паво, все еще возвышаясь над перепуганным человечком с Луны. – Заражение биосферы? Отравили воду и воздух? Излучение?
– Нет, нет! – малыш прижатый к стене беспокойно ерзал, выпучив испуганные глаза. Было видно, как ему осточертели его неприятные обязанности. – Совсем не это…
– Как давно? – спросил я.
– Трудно сказать… Все длилось десятки лет. Сменилось несколько поколений.
– Значит на Земле… Там… никого не осталось? – голос Люзы неестественно хрипел.
– Остались… они там, и будут долго… Необходимо переждать, сохранить человеческую цивилизацию, пока… не исчезнет последний из них…
– Кто это «они»? Можно выражаться яснее? – пробурчал Бен, раскачиваясь над столом. – Пришельцы?
– Нет. Никаких пришельцев не было и нет. Это люди или… следует сказать… ну, собственно, вроде-люди, но, – малыш совсем запутался. Он все еще испуганно смотрел на огромного Паво, зловеще склонившегося над ним. – Поймите меня! Я лишь куратор, назначенный СЭКСом… У меня нет никаких полномочий, я не принимаю решений относительно происходящего здесь. Я даже знаю не все. Родился я здесь, в поселке, тридцать два года назад, и больше нигде не был. Ни Земли ни их я в глаза не видел. Сомневаюсь, что есть кто-то, кто их видел, знает их, был там… Может, кто-то из СЭКСа, но очень давно. Они все очень старые, кажется, раньше туда наведывались, но теперь… Я знаю только, что нельзя, надо ждать, ПОТОМУ ЧТО ТАМ ЖИТЬ НЕЛЬЗЯ. Когда-нибудь мы вернемся. Может не мы, а наши внуки. Наша цель – переждать… Единственная цель, которой подчинено все остальное: законы и правила жизни в Поселках, интересы каждого из нас… Поэтому мы терпеливо ждем, чтобы достичь цели в одном из следующих поколений…
– Слушай! – сказал Командор поднимаясь. Он измерил малыша взглядом, словно желая убедиться, что говорит нужные слова. – Слушай! Видишь ли, у всех нас, кого ты здесь видишь, тоже есть своя цель! Сто пятьдесят лет мы возвращались на поврежденном космолете, чтобы снова ступить на Землю. Мы возвращались на нее, а не к кому-то из ее жителей. А теперь, когда мы в шаге от цели, вы хотите отобрать у нас право выйти на Землю! Ты туманно объясняешь, что там жить нельзя. Думаешь, отправляясь к Дзете мы ждали райских садов и дружелюбных аборигенов? Или то, что ваши предки разошлись с остальными жителями Земли и спрятались здесь, должно до конца жизни задержать нас в вашем мрачном убежище?
– Все не так, как ты думаешь! – Малыш вновь энергично оторвался от стены. Выражение лица его было ужасно глупым. Я даже посочувствовал ему. Он явно бился в путах поставленных ограничений, боясь хоть чуть превысить предоставленные полномочия.
– Подождите, – сказал я, – не издевайтесь над… как тебя зовут?
– Нассо, – тихо произнес он, глядя на меня с благодарностью, если я правильно понял тень улыбки, проскользнувшую по его лицу.
– Слушай, Нассо! Иди в СЭКС, или как там называется ваше руководство, к своему шефу, и скажи, что мы не можем принять их условий, пока кто-нибудь внятно не объяснит, что происходит на Земле и здесь. Мы по-прежнему считаем себя экипажем космолета «Гелиос», по нашим правилам, наш руководитель – Командор, мы не подчинимся никому другому, пока путешествие не завершится у поставленной цели. Если наше присутствие вам неудобно, мы сядем в шлюпку, улетим на «Гелиос», перейдем на околоземную орбиту и будем считать, что никогда здесь не были.
– Совет Экспертов на это не согласится. Но я передам начальству.
Насколько мне известно, другие…
– Так мы не первые, кто оказался в такой ситуации? – прервал его Командор.
– Кто-то был… но давно, я не помню, возможно, до моего рождения. Не знаю, что с ними случилось, но знаю – они были. С тех пор как мы здесь, даже еще раньше, от дальних экспедиций отказались… Только вы, из-за опоздания… Ладно, как хотите, я пойду и передам ваши требования Совету.
– И еще, – остановил его Бен. – Может объяснишь, что означает решетка поперек коридора, метрах в ста от наших кают?
– А, вы уже видели? Что ж… Это по распоряжению СЭКСа. Они считают, что до установки modus vivendi вы не должны выходить отсюда. Прошу вас, для вашей же пользы, не пробуйте…
Он попятился и, миновав дверь, почти бегом припустил по коридору.
– Можно глянуть, как открыть решетку, – пробормотал Паво.
– Не надо. Есть горелка.
Раздался приглушенный смех. В этом весь наш командир – в двух словах он может выразить отношение к любому вопросу. Значит, он тоже не собирался сдаваться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
