Вместе с тем следует иметь в виду, что потерпевшему, его законному представителю и (или) представителю законодатель предоставляет право участвовать в уголовном преследовании, а по уголовным делам частного обвинения – выдвигать и поддерживать обвинение (ст. 22 УПК РФ). Во втором случае возбуждение уголовного дела осуществляется путем подачи заявления потерпевшим или его законным представителем, а подавшее заявление лицо является частным обвинителем с момента принятия такого заявления судом (ст. 318 УПК РФ).
Одновременно необходимо подчеркнуть, что исследование события преступления в целом, а также наиболее значимых его элементов и связей является значимой составляющей деятельности любого из перечисленных выше субъектов, осуществляющих уголовное преследование в суде. При этом для государственного обвинителя событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения), обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого (подсудимого), и ряд других элементов относятся к категории подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (ст. 73 УПК РФ).
Для потерпевшего, его законного представителя и (или) представителя необходимость познания события преступления, его элементов и связей может быть обусловлена желанием эффективно участвовать в уголовном преследовании, а также требованиями закона, предъявляемыми к содержанию заявления, подаваемого в суд по делам частного обвинения (ч. 5 ст. 318 УПК РФ).
В ряде случаев с самого начала очевидно, о преступлении какого вида идет речь, а следовательно, кто из субъектов уголовного преследования обладает теми или иными правами либо обязанностями, какие действия он обязан либо вправе совершать. Но достаточно часто заявители и даже лица, производящие проверку заявления или сообщения, не могут сразу однозначно ответить на вопрос о квалификации деяния.
Кроме того, поскольку в рамках любого из названных трех видов уголовного преследования изучается и оценивается преступление как система взаимосвязанных и взаимообусловленных элементов, процесс познания должен быть подчинен определенным общим правилам.
Вместе с тем законодатель достаточно существенно разграничивает полномочия различных субъектов уголовного преследования в суде первой инстанции, чем, в свою очередь, предопределяет некоторые особенности осуществления ими процесса познания в рамках уголовного судопроизводства. Поэтому следующая значимая для целей настоящего исследования классификация должна быть, по нашему мнению, проведена в зависимости от субъекта деятельности. По этому основанию следует выделять уголовное преследование, осуществляемое: государственным обвинителем, частным обвинителем, потерпевшим, его законным представителем и (или) представителем, гражданским истцом и его представителем.
Как уже отмечалось, для одних субъектов – государственных обвинителей – осуществление уголовного преследования является обязанностью, для других – правом. Для первых успешность и эффективность деятельности обусловлены наличием и характером соответствующего (юридического) образования и (или) опыта осуществления соответствующей практической деятельности. У представителей второй группы субъектов уголовного преследования такие образование и опыт чаще всего отсутствуют, а следовательно, не могут быть использованы в познавательной деятельности, что предопределяет ее специфику.
В связи с этим представляется целесообразным в зависимости от особенностей субъектов выделять два вида уголовного преследования: осуществляемое государственным обвинителем, который выполняет возложенные на него обязанности, и осуществляемое иными субъектами, реализующими свое право участвовать в уголовном преследовании обвиняемых по делам публичного и частно-публичного обвинения либо выдвигать или поддерживать обвинение по делам частного обвинения (потерпевший или его законный представитель и (или) представитель).
Государственный обвинитель, реализуя свои права и выполняя определенные законом обязанности, призван защищать те законные права и интересы отдельных граждан, групп населения, общества и государства, которые уже были нарушены или которые могут быть нарушены, если не будет пресечена деятельность виновных или, например, не будут ликвидированы последствия такой деятельности. Таким образом, деятельность государственного обвинителя по осуществлению уголовного преследования виновных является составной частью реализации его правозащитной функции.
Для иных субъектов осуществление уголовного преследования является только правом, которое может быть ими реализовано в установленном законом порядке. Поскольку такая обязанность для данных субъектов отсутствует, вполне может сложиться ситуация, когда имеющееся право не будет реализовано в процессуальных формах. Субъект сам решает, нуждается ли нарушенное право в защите вообще, и в защите в уголовно-процессуальном порядке в частности.
Криминалистические проблемы организации деятельности по осуществлению уголовного преследования необходимо рассматривать, прежде всего, применительно к тем, кто осуществляет уголовное преследование от имени государства.
Формы их деятельности достаточно подробно регламентированы в уголовно-процессуальном законодательстве. Отыскание, сбор, исследование и оценка информации может осуществляться ими только в рамках, установленных законом. При этом на различных стадиях уголовного преследования эти требования закона дифференцированы, коррелируют с теми или иными особенностями содержания стадии.
Не отрицая важности обеспечения защиты прав и законных интересов человека от любого посягательства, тем не менее, представляется возможным и целесообразным сосредоточить внимание на наиболее значимых криминалистических аспектах деятельности государственного обвинителя, который осуществляет эту деятельность от имени государства.
Этот подход обусловлен рядом факторов. Во-первых, несомненно, большую значимость имеет обеспечение эффективной организации уголовного преследования в суде в случае совершения наиболее тяжких, в том числе и особо тяжких, преступлений, т. е. в случае осуществления уголовного преследования в публичном или, по крайней мере, частно-публичном порядке. Именно такие преступления причиняют (или могут причинить в дальнейшем) наиболее существенный вред правам и законным интересам личности, группы лиц, угрожают безопасности общества и государства.
Во-вторых, по нашему мнению, криминалистика как наука призвана обеспечивать разработку рекомендаций, направленных на повышение эффективности деятельности тех государственных органов и должностных лиц, чьими основными обязанностями является осуществление уголовного преследования от имени государства в целях защиты человека и гражданина, общества и государства от преступных посягательств, в том числе и государственного обвинителя. Таким образом, криминалистика должна заниматься исследованием проблем, возникающих именно в связи с деятельностью этих лиц: исследовать сущность и специфику их деятельности, выявлять общие закономерности ее организации и осуществления, формулировать частные закономерности, разрабатывать научно обоснованные рекомендации по наиболее эффективному осуществлению уголовного преследования.
Что же касается субъектов второй группы, то поскольку осуществление уголовного преследования является для них не обязанностью, а правом, решение о начале и окончании уголовного преследования они принимают сами, по своему внутреннему убеждению. При этом они весьма условно связаны с позицией государства: если в Уголовном кодексе РФ данное деяние отнесено к категории преступлений, в Уголовно-процессуальном кодексе РФ – к делам частного обвинения, то все дальнейшие решения потерпевший принимает сам. Потерпевший сам избирает тактику и методику организации своей деятельности. При этом весьма вероятным и целесообразным будет использование рекомендаций, разработанных криминалистикой для субъектов первой группы с учетом особенностей, характеризующих деятельность субъектов второй группы.
Названные выше классификации имеют самостоятельное криминалистическое значение, однако для разработки рекомендаций, позволяющих повысить эффективность уголовного преследования, осуществляемого государственным обвинителем, они представляются недостаточными по ряду причин.
Прежде всего следует отметить, что учета только характера и тяжести совершенного преступления явно недостаточно для конкретизации общих закономерностей организации уголовного преследования в суде.
Результаты изучения следственной и судебной практики свидетельствуют о том, что в случаях выявления преступлений, квалифицируемых одинаково, объем криминалистически значимой информации на соответствующих этапах и стадиях уголовного преследования может различаться весьма существенно. Различной по объему может быть информация о виновном лице, об обстоятельствах расследуемого преступления или рассматриваемого уголовного дела и т. п.
