находила себе места, пытаясь успокоиться и не выдать своих чувств. Наша встреча в пекарне была неожиданной, но перевернула всю жизнь с ног на голову. Я продолжала любить его, когда мы уже разводились, и тяжело переживала разрыв.
Но тогда понимала, что это правильное решение. Его желание развивать пекарни, не слушая меня, раздражало. Мне казалось, что он меня не любит и не хочет ребёнка. А теперь, когда он богатый и успешный, но не мой мужчина, а другой девушки, что мне делать?
С любовью наблюдала за Васей, которая тоже ждала папу. Я, чувствуя бешено стучащее сердце и прилив жара к щекам, думала:
«Рома теперь будет присутствовать в нашей с дочкой жизни?».
Если судьба так посмеялась надо мной, для чего я молчала почти три года, когда забеременела Васей? Нам было хорошо вдвоём с дочкой, а теперь я буду смотреть в его серые глаза и мужественные черты лица, чтобы сознавать, что наше счастье с ним невозможно?
Я почувствовала, как предательские слёзы начали собираться в глазах и готовы были пролиться, но сдерживалась изо всех сил. Могла кого угодно обманывать, но себя зачем?
Душа заныла от осознания, что к Ромке у меня есть чувства. Папа всегда любил повторять, что любящие сердца заключают браки навсегда и их нельзя разрушать, только если двое сами этого не хотят. Так он учил нас с сестрой. Но ведь мама от него ушла? И причин нам тогда не сказали. Но я папу очень любила и дорожила его мнением. А значит, отношения с Ромой для меня табу.
Я услышала звонок в дверь и пошла открывать. На пороге стоял Рома, а мои ноги сразу стали ватные, и сердце неровно забилось, казалось, что я мороженое, которое тает на солнце. Меня завораживала его мужественная красота.
— Привет, Яра. Я приехал познакомиться с дочкой.
В его голосе звучала неуверенность, и чувствовалось волнение. Мне сразу пришла в голову мысль, что у него нет опыта общения с детьми.
— Привет, Ромка. Мы тебя ждём.
Он снял кроссовки и прошёл в комнату. Сразу направился к дочке и присел на корточки, явно не понимая, как дальше себя вести. Вася была жизнерадостным и открытым ребёнком, и я радовалась, что у неё такой лёгкий характер. Она явно пошла не в нас с Ромкой. Вчера я рассказала ей правду.
— Папа, я тебя ждала.
И обняла его за шею, а он неловко её придерживал. Но вот его голос дрогнул, и он погладил Васю по голове:
— Мама о тебе не говорила, дочка.
Эта сцена воссоединения отца и ребёнка была настолько щемящей для меня, что я невольно умилилась и смахнула слёзы.
— И ты больше не уйдёшь?
— Нет.
Теперь пора было и вмешаться. Знакомство состоялось, и только время покажет, насколько Роме нужен ребёнок.
— Предлагаю есть творог со сметаной и клубничным вареньем, потом пить чай. И мы идём на улицу.
— Мама, мне варенья побольше.
Я улыбнулась Васе, она была сладкоежкой. Бывший муж встал и согласно кивнул. Его лицо выглядело растроганным, но глаза горели решимостью. Интересно, что это означает?
Наш завтрак был похож на счастливую семью, и я сама себя не понимала. Идиллия, как мы втроём снова живём, рисовалась в моей голове, но я её отгоняла, словно назойливую муху. И даже не сразу поняла смысл слов, когда услышала твёрдый голос Ромы:
— Яра, мне нужно окончательно удостовериться в том, что Василиса — моя дочь. Я хочу сделать тест ДНК. Давай сегодня его и проведём. Это многое поменяет, и мы будем разговаривать серьёзно об алиментах, на которые ты, конечно, не подавала.
Я удивлённо на него посмотрела. Зачем на них подавать, если я сама хорошо зарабатываю. Мне не было обидно от его недоверия. Мы не виделись три года, а зная его характер, можно было не сомневаться, что бывший муж будет проверять. Что же, мне бояться нечего.
— Конечно, Ромка. Если хочешь, пойдём в клинику. Здесь недалеко.
Мы вышли из подъезда, и Вася держала нас за руки, находясь между нами. Ребёнок нас уже незримо связал, и я украдкой наблюдала за Ромой, не выдавая интереса. Никак не могла собрать мысли в единое целое. Он женат, и для меня это было неприятным сюрпризом. Значит, недолго горевал о нашем разводе и быстро нашёл себе другую женщину. От этого по сердцу словно разбегались сильные трещины и причиняли боль. Нужно было решить, что делать, чтобы мне стало комфортно в душе и легче жить.
Смогу ли я его завоевать? Вдруг Рома так любит жену, что я почувствую только унижение от моих действий? Ну, а если стану разлучницей, папа этого не одобрит, и его реакцию сложно будет угадать, а его я любила и очень дорожила нашими отношениями.
У меня не было однозначного решения, и я просто наслаждалась тем, что мы сейчас вместе. После посещения клиники Рома предложил погулять в местном парке. Я была этому только рада.
Пока Вася играла в песочнице, мы сели на скамейку, наблюдая за ней:
— Яра, как ты жила одна с маленьким ребёнком? В голове не укладывается, что я не участвовал в жизни дочки. И не помогал. Никогда не думал, что ты способна на такой эгоизм.
Мы посмотрели друг на друга. Его взгляд выражал недоумение, я же готова была метать молнии гнева. Знал же, что я хотела от него ребёнка. Сколько плакала украдкой горючими слезами. Я часто задышала, пытаясь успокоиться. Ссоры ни к чему.
— Я всё продумала. Мне помогал папа, тётя Тамара, сестра. Сейчас я работаю, Вася ходит в садик.
Глаза бывшего мужа заволокло обидой, и он тяжело вздохнул:
— Я тоже хотел ребёнка, просил же подождать. Впрочем, хорошо, не будем больше об этом.
Я раньше жила с папой и тётей Тамарой, но сейчас зарплата позволяла снимать отдельное жильё, и я перебралась поближе к сестре. У нас были прекрасные отношения, и я очень любила Агату. Она мне помогала с Васей и приводила её из садика. После работы я забирала дочку и посвящала ей весь вечер. За целый день успевала соскучиться по моей девочке и с упоением дарила мою огромную любовь. Я развивала её по возрасту и играла с ней в куклы, читала детские книжки, или мы просто гуляли по улице, болтая обо всём на свете.
Я могла уставать на работе или быть в плохом настроении, но когда приходила домой, дочка всё вдвойне компенсировала. Как только видела её счастливую улыбку, а детские ручки меня
