До лагеря они добежали запыхавшись и изрядно вспотев, невольно пригибаясь от взрывов артиллерии. Леди Виктория уже была на ногах — она накрывала лагерь куполом, чтобы защитить от налетов раньяров, да и вся ставка напоминала растревоженный муравейник.
— Ваша светлость, случилось то, что я предполагал, — сообщил Майлз, который принимал сводки в мобильном командном пункте. — Нас выманивают в атаку меж Дувлинских холмов. Там сейчас заперто около трех сотен наших солдат: их отвлекли перестрелкой, а тем временем холмы обошли отряды всадников на охонгах и зажали наших в клещи. Отступать по склонам мешают раньяры. Мы начали гладить тылы врага артиллерией, чтобы усложнить им подвод подкрепления.
— То есть враг фактически провоцирует нас стянуть значительные силы к холмам и ударить там, чтобы выручить своих? — уточнил Люк.
— Так и есть, — Майлз хмуро потер щеку с едва заметной рыжей щетиной. — Я не понимаю пока, зачем это нужно: да, высоты важные, прикрывают город за ними, но по фронту есть куда более стратегически выигрышные, рядом с которыми мы не видим даже небольших скоплений сил врага. Например, вот Йо́стлевские холмы, — он ткнул пальцем в очередную карту, расположенную на стене командного пункта, — недалеко от замка Нестингер, вокруг Норбиджа, все то же самое, только площади можно прикрыть большие.
— Однако у них мы никого не видели, — вмешался Таммингтон озадаченно. — Только повал срубленных деревьев. Укрепления иномирян километрах в двух от них в лесу, не ближе.
— Именно, — кивнул Майлз. — Что такого в Дувлинских холмах, что нас настойчиво приглашают атаковать?
— Ничего не могу сказать, кроме того, о чем уже докладывал, — Люк помял в кармане пачку сигарет. — Расположены близко друг к другу, высокие, по макушку заросшие очень густым лиственным лесом. Редкие каменные проплешины, несколько больших скал на обоих холмах. Я заметил там несколько выходов старых шахт, похоже, добывали известняк, но очень давно, потому что дорога заросла напрочь. Тха-охонги в долине вряд ли пройдут, слишком высокие деревья. Охонги, пехота — да. Бой проходил прямо в лесу, перестрелка велась из-за деревьев, охонгов на момент нашего облета не было. Полковник, — добавил он без всякого перехода, — давайте я слетаю и выведу людей. Играть по сценарию Ренх-сата нельзя, но и солдат оставлять на убой невозможно.
— Никто и не собирался, — буркнул Майлз. — Я и сам хотел вас просить, потому что к открытию широкого фронта мы еще не готовы, а плотное столкновение у холмов неизбежно в него выльется: иначе никак не отвлечь силы противника. Меня смущает только одно: что мы используем ваши умения на мелкий случай, когда они совсем скоро могут потребоваться глобально. А вы так и не отдохнули.
— Пусть лорд Роберт отдохнет, а я слетаю, — предложил Люк.
— Но мне нужно набираться боевого опыта, — возразил Таммингтон, выпрямляясь. — Ты учился точности управления воздухом у Владыки, а у меня нет такой возможности. Вдвоем мы справимся быстрее, и если получится отсрочить начало наступления, после и отдохнем.
— А если не получится? — поинтересовался Дармоншир. — И мы оба свалимся без сил тогда, когда наше участие будет нужно? — он повернулся к Майлзу. — Полковник, рассудите нас как командир, раз уж у вас тут образовалось подразделение из сразу двух змеев.
Майлз нетерпеливо постучал пальцами по карте. Жужжание голосов в машине становилось все громче и напряженнее. В стороне ожидало окончания разговора несколько адьютантов и офицеров связи.
— Задача малая, — сказал полковник сухо, — а опыта, у вас, Дармоншир, больше. И если спать во время основных боев будете вы, это принесет куда больше проблем. Поэтому вы сейчас отправляетесь отдыхать, а вы, Таммингтон — выполнять свою первую сольную задачу. Доведите людей вот сюда, — он ткнул чуть южнее Дустловских холмов, — к месту базирования пехотного батальона, а я передам приказ, как появитесь, чуть отступить. Так выиграем еще несколько часов. Их нам хватит.
— Так точно, — не дрогнул лорд Роберт. На лице его появилась глубокая задумчивость, словно он уже прикидывал, как действовать дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я не согласен, — отреагировал Люк, которому отправлять младого коллегу, считанные дни назад вставшего на крыло, в бой без присмотра, казалось смертоубийственным.
— Дармоншир, не тратьте мое время, — в голосе Майлза прозвучало раздражение. Он оглянулся на очередного торопливо поднявшегося в командный пункт офицера. — Я понимаю ваши сантименты, но на войне им места нет, я много раз об этом говорил. Герцог Таммингтон — не малое дитя, имеет боевой опыт. Извольте выполнять приказ, раз уж переложили груз решения на меня. Или, ваша светлость, — он намеренно выделил это голосом, — меняйте командующего, если мои приказы вы планируете выполнять только если они совпадают с вашим видением.
Люк поморщился от отповеди… и отступил, признавая правоту Майлза и возвращаясь к субординации. Приказы старшего по званию должны исполняться, какой бы титул у тебя ни был.
— Ни о какой замене командующего речи быть не может, — абсолютно искренне сказал он. — Давайте закроем эту тему раз и навсегда, полковник. Все будет исполнено.
* * *
— Постарайся не снимать невидимость, — торопливо говорил Люк, когда они с Тамми шагали сквозь лагерь, в лес, туда, где можно было обернуться без опасности кому-то навредить, — пролети сначала под кронами, чтобы понять, где наши, и не задеть их при дальнейшей работе. Найдешь командира — убедись, что тебя никто из врагов не видит, и сначала обернись, договорись о том, что будете делать, чтобы они не испугались вихрей и не побежали в другую сторону. Пусть прижимаются в группу как можно ближе друг к другу, а ты прикрой их вихрями с двух сторон и выводи. К раньярам не приближайся, сбивай их издалека. Если все пройдет гладко, то часа за три с учетом пешего хода управишься.
— Я все сделаю, — пообещал Таммингтон, зачем-то снимая очки, затем снова надевая их. Лицо его было сосредоточенным, но он слабо улыбнулся. — Спасибо, Лукас. Ты беспокоишься почище моей матушки, славного ей перерождения.
Незамысловатая шутка чуть разбавила напряжение.
— И верно, еще немного, и я тебе слюнявчик повязывать начну, — хмыкнул Люк и похлопал коллегу по плечу. — Лети, Тамми, и надери им всем задницы.
Люк поглядел, как улетает младая змеиная поросль, на ходу оборачиваясь клубами ветра, снова закурил (ибо понимал, что скоро будет не до сигарет) и дисциплинированно зашагал к большой палатке, у которой, вытянувшись, стоял его адъютант Вин Трумер.
Его светлость шагал и понимал, что у него на ходу начинают слипаться глаза. Организм, осознав, что ему дадут выспаться, решил не терять ни минуты. Осталось только гадать, хватит ли сил у Таммингтона выполнить задание.
Люк еще раз оглянулся, всмотрелся в небо — которое тут же превратилось в сплетение разноцветных ослабленных ветров, среди которых вдалеке виднелось перламутровое пятнышко. Тамми.
Внутри плеснуло желание отправиться следом вопреки здравому смыслу. Но он скользнул мимо отдавшего честь лейтенанта Трумера в палатку, с наслаждением рухнул на спальный мешок и стащил ботинки.
И правда, что ли, становится занудой. Но если начальство приказывает спать — надо спать.
Лорд Роберт Таммингтон
Если бы Люк мог проследить за лордом Робертом, он бы убедился, что не зря беспокоился. Таммингтон в целом чувствовал себя неплохо — если брать за норму не отпускающее чувство изумления от того, что с ним произошло за последние дни.
«Наверное, так себя ощущала бы бабочка, если бы помнила, как это — быть гусеницей», — думал герцог, получивший классическое образование инляндского высшего аристократа и потому, при всей сухости, не лишенный поэтической образности.
Сознание в полете иногда становилось зыбким, а окружающее словно сужалось до пределов тела, как бывает перед засыпанием под гул автомобильного мотора или треск камина. Но Таммингтон пока легко заставлял себя выходить из этого состояния. Да и громкие «поглаживания» артиллерией области за холмами служили хорошим будильником.
