раскаяние. — Мудаки подобные тебе хотя бы ведут учет? Мы же для вас просто овцы на убой, верно? Одноразовые блюда, которые можно выбросить в мусор, после окончания кормления, так?
Красивое лицо мужчины напряглось, губы сжались, а глаза настороженно прищурились.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Понимаешь, — подняв руку, Лейси указала за свою спину. — Видишь? Это мансардное окно, которое пока закрыто, — она повернула запястье, убедившись, что мужчина смог увидеть время на дисплее ее часов, и опустила руку обратно на его грудь. — Уже час как рассвело, а по прогнозу погоды сегодня ожидается отличный солнечный денек.
Он впился в Лейси ледяным взглядом. Черты лица вампира застыли, скрывая любые эмоции, но она знала, что он осознал невысказанную угрозу. А пока они оценивающе наблюдали друг за другом, повисшая в помещении тишина стала казаться зловещей.
— Я не убиваю, — наконец, прохрипел мужчина. — Я кормлюсь, но оставляю людей живыми.
— Уверена, что так и есть.
— Хочешь с ними поговорить? Мой сотовый во внутреннем кармане куртки, если ты, конечно, от него не избавилась, — он кивнул головой в сторону отброшенной ранее верхней одежды. — Там же ты найдешь телефон врача. Включи громкую связь, и я заставлю его рассказать о крови, которую мне поставляют. Я редко питаюсь от живых людей, но с теми, с которыми все же имею дело, все в полном порядке. Они желают этого, а я беру лишь то, в чем нуждаюсь. Только с их согласия. К тому же я всегда сохраняю людям жизнь.
Лейси внутренне съежилась. Черт, она не проверила карманы, ведь большинство кровопийц не пользовались техникой. Видимо, они думали, что это посодействует их поимке или каким-то образом раскроет гнезда. Ни у одного из пойманных ранее не было телефона. Лейси очень надеялась, что никто не отследил этот сотовый. Ей сразу же захотелось встать и разбить мобильный, но она сдержалась. Очень неразумно демонстрировать свой страх, поэтому она не спеша слезла с мужчины, нашла телефон и отключила. Лейси уничтожит мобильник сразу после того, как позаботится о вампире, а пока она вновь оседлала мужские бедра.
— Я не настолько глупа, чтобы воспользоваться твоим телефоном. Сигнал наверняка отслеживают. Я в курсе, что некоторые из вас нанимают головорезов для защиты днем, во время вашего сна. Преступников не волнует, каких монстров они защищают, пока их устраивает цена.
Внезапно до нее дошло, что он слишком бодр, учитывая взошедшее солнце. К великому сожалению Лейси, знания команды о кровопийцах не были так уж обширны, но ясно было одно — он точно не новообращенный вампир. Только древние и сильные могли бороться с командами, нападавшими на гнезда в течение дня.
Он— мастер. Дерьмо! Мы действительно сорвали куш, — однако следующая мысль уже не казалась такой уж приятной: — Оставшиеся в гнезде будут в бешенстве, узнав, что мы похитили его, и будут жаждать расплаты».
— Я не убийца.
— Ты — вампир.
Он не ответил. Да ему и не нужно было, ведь они оба знали правду. Его взгляд метнулся к потолку, а затем снова вернулся к Лейси.
— Я не убивал и не похищал твою сестру. Я не захватываю женщин и не делаю из них рабынь крови.
— Моя сестра мертва. Один из твоей расы выдрал ей горло и выкинул переломанное тело, — боль сжимала ее сердце. — Она же была ребенком — всего девятнадцать лет — и такой ласковой, что и мухи не обидела. Этот сукин сын вытащил ее из машины возле библиотеки. А ведь она собиралась стать педиатром и так любила детей, что хотела иметь как минимум полдюжины.
— Дерьмо. Прости.
А он хорош, Лейси была готова отдать ему должное. В его напряженном взгляде промелькнуло сожаление, отчего гнев Лейси слегка ослаб, но не исчез. Она знала, что не этот вампир убил Бэт. Похищение сестры оказалось записано на камеру видеонаблюдения, и по ней видно, что мужчина был гораздо меньше, нежели тот, на котором она сидела. Видеозапись была нечеткой. Убийца пересек широкую парковку, вытащил ее сестру из машины, а потом оба исчезли за считанные секунды.
— Я не убиваю людей. Понимаю, ты не веришь мне, но это правда. Мы разные, как и люди. Да, некоторые плохие, но есть и хорошие.
— А ты, значит, хороший? Приятный, милый и дружелюбный кровосос? — Лейси выгнула брови и холодно улыбнулась. — Точно, — она внимательно изучила его тело до пояса. — Ты просто большой, сильный плюшевый мишка с клыками, верно?
— Я бы не навредил человеку.
Лейси выпрямила спину и убрала руки с его груди, а затем стянула черную водолазку через голову и отбросила ее на пол. Подняв руки, она перекинула волосы, открыла горло и склонила голову, демонстрируя ему изгиб шеи. Напряженный взгляд, до этого прикованный к ее лицу, прошелся по бюстгальтеру и вернулся обратно к глазам. Казалось, синий цвет радужки вампира стал еще более насыщенным и красивыми.
— Голоден? Покажи мне истинное лицо монстра. Я ведь знаю, насколько ты опасен.
Его дыхание изменилось, участилось, и к шоку Лейси, что-то шевельнулось между их телами — там, где она сидела. Взглянув вниз, она вновь подняла глаза и удивленно посмотрела на мужчину.
— У тебя стояк?
— Ты очень привлекательна, полураздета, да еще и оседлала меня, а я — мужчина.
— Ты мертв.
— Я — вампир. Есть разница. Разве не видишь мою вздымающуюся грудь? Я дышу, и у меня нет иммунитета к красивым девушкам.
Как ни странно, он не зашипел на нее, а клыки не удлинились, как у ранее виденных ею вампиров — впрочем, Лейси и не тратила с ними время на разговоры. Вместо этого мужчина спокойно наблюдал за ней, не предпринимая попыток к освобождению. В отличие от остальных, он не смотрел на ее горло с тоской. Наоборот, он словно и вовсе не желал кормиться, хотя Лейси знала, что это не так. Его пристальный взгляд продолжал рассматривать ее грудь.
Поменяв свое положение на нем, она почувствовала твердую длину члена, пойманного в ловушку между их телами, но попыталась это проигнорировать. Его возбуждение ее удивило. Может, кормление и жажда пропитания не единственные будоражащие их вещи. В ней проснулся интерес, впрочем, совсем небольшой. Не будь он столь привлекателен, она бы не обратила на его реакцию никакого внимания.
«Я и правда такая поверхностная?»
— Значит, ты простой мужчина?
— Да.
Три года боли, одиночества и горя легли на Лейси тяжелым бременем. Смерть Бэт изменила ее жизнь во всех отношениях. С ней расстался жених, а после того, как ее выбросили, Лейси больше ни с
