меня. Это еще более угнетает.
Она сжала мою руку.
— Я не успокаиваю. Вот увидишь.
Мы отправились домой нашим обычным маршрутом с другой стороны деревни, пройдя мимо больших, просторных, теплых домов за толстыми металлическими воротами, отделяющими их от остальной части деревни. На что, должно быть, похоже жить в таких домах? Не следить за каждой монетой или не жаться зимой у камина, потому что стекла в окнах спален были разбиты?
— Приска?
— Прости. Грезы наяву. Что ты будешь делать после пира?
— Я помогаю своей матери с кое-какой работой.
Мать Асинии была швеей, и ее талант достался дочери от природы.
Я взглянула на Асинию. У нас были разные мечты. Я ничего так не хотела, как иметь возможность остаться здесь, в то время как она мечтала о жизни в городе. Независимо от того, сколько магии Асиния получила бы, когда, наконец, через две зимы достигла совершеннолетия, она надеялась, что репутация ее работы будет распространяться, пока новость не дойдет до кого-нибудь в городе, кто придет и наймет ее.
Это должно было случиться. Никто не шил и не конструировал так, как Асиния.
Где бы я ни оказалась, я бы нашла способ сообщить ей, что я в безопасности. Может быть, если бы она смогла простить меня, мы даже смогли бы обменяться одним-двумя письмами. У меня заныло в груди при мысли о том, что я не буду видеть Асинию каждый день. Сможет ли она когда-нибудь простить меня за такую нечестность?
— Ты должна прийти на ужин завтра вечером, — сказала Асиния.
Я скрыла содрогание. Асиния и ее мать были не такими бедными, как мы, но у них определенно было не так уж много еды. И все же, они обе продолжали пытаться накормить меня.
— Асиния..
— Моя мать любит тебя, Приска. Она знает, как обстоят дела с тех пор, как умер твой отец.
— Я подумаю об этом.
Асиния подняла бровь, как делала, когда точно знала, о чем я думаю.
— Твоя мать сделала бы то же самое для меня.
Она помахала рукой и повернулась обратно к площади. Я продолжила путь по пыльной дорожке и отперла нашу входную дверь.
— Мама?
В нашем доме было тихо.
Неестественно тихо. Устрашающе тихо.
Вбежав в ее комнату, я упала на колени рядом с ней. Ее глаза закатились, и она судорожно хватала воздух.
У моей матери было видение.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Лориан
— Угри, как ловушка, — пробормотал Ритос, ерзая на коне, когда солнце заиграло на его темной коже.
Он пригнул голову, едва не задев особенно низко свисающую ветку. К востоку от нас возвышались горы, их зазубренные снежные вершины стремились в небо.
— Конечно, это ловушка, — Март нахмурился, плотнее закутываясь в плащ и бросая настороженный взгляд на развалины города перед нами.
Проклятый город когда-то был столицей Эпроты. Столетия назад, когда люди вторглись на то, что сейчас известно как Бесплодный континент, они не были готовы к возмездию, с которым им пришлось столкнуться.
Теперь столицей был Лесдрин — на другой стороне королевства.
После стольких дней путешествия большинству из нас не помешала бы хорошая драка. Но у нас было мало свободного времени. Нам уже пришлось тяжело добираться от одной из небольших деревень на востоке ради этой встречи.
Моя кожа казалась слишком натянутой. Это действительно было гарантированной ловушкой.
Как обычно, Кавис был тих. Его жена только что родила их первого ребенка, и он тосковал по дому. Но он не жаловался. Как и все мы, он знал, насколько важными будут следующие несколько недель.
— А как насчет тебя, Кавис? — спросил я.
— Ты думаешь, что каменные ведьмы на этот раз действительно поведут себя достойно?
Кавис послал мне кривую улыбку.
— Даже таким людям, как мы, следует опасаться Проклятого города. И существ, которые там бродят.
Немногие знали, что Проклятый город теперь населен. Еще меньше людей приближалось к этой части королевства. И все же, мы были здесь, что, когда-то было воротами в этот разрушенный город.
— Выходите, ведьмы, — приказал я.
— Входи сюда, — отозвался голос.
Я покачал головой. Войти в город развалин, когда каменные ведьмы могут использовать эти развалины, чтобы похоронить нас заживо?
— У нас сделка. Нарушишь ее и будешь принимать последствия.
Я позволил вырваться на свободу намеку на свою силу. В основном потому, что намек был всем, что осталось. Стиснув зубы, я поднял руку, моя магия заискрилась на солнце. Скоро. Скоро моя сила будет возвращена в полном объеме.
— Ты осмеливаешься угрожать нам?
Лошадь Ритоса под ним дрогнула. Он спрыгнул и вытащил свой меч.
— Не заставляй нас входить.
— Они хотят, чтобы мы зашли туда, — пробормотал Март. — В том-то и дело.
У нас не было на это времени. Я позволил своей силе ударить по ближайшей куче обломков — той, которая, вероятно, была сторожевой башней. Судя по воплю, который пронзил мои уши, одна из каменных ведьм использовала его, чтобы шпионить за нами. Я улыбнулся. Надеюсь, это сократит время, которое мы проводили в этом месте.
Несколько ведьм появились из-под обломков. Все они двигались медленно, их серая кожа была морщинистой и сухой, как пыль. Та, что в центре, носила корону из турмалина.
Я спешился и подождал, пока они подойдут к нам. Я всегда находил силу в тишине. Ритос лениво взмахнул мечом в руке. Я бросил на него предупреждающий взгляд, и его рот изогнулся в дикой улыбке. Все эти годы я все еще не знал, почему он ненавидел ведьм.
— Условия сделки изменились, — прошипела королева.
— Нам потребуется больше золота.
Галон спрыгнул со своей лошади рядом со мной, на его лице отразилась обида. Однажды заключенные сделки никогда не должны были быть нарушены. Позади нас Март и Кавис прикрывали наши спины, хотя я знал обоих мужчин достаточно хорошо,
