Читаем без скачивания Канадский гамбит - Джерри Эхерн

Немного поразмыслив, капитан решил все же пропустить еще один коктейль. И покрепче.

Глава третья

У багажной тележки Фрост очутился одним из первых, ибо привязанный к ручке саквояжа ярлык с яркой надписью “ОСТОРОЖНО! ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ” служил прямым и любезным приглашением для всех сшивавшихся поблизости аэродромных ворюг.

Дикон испросил у канадской королевской полиции разрешение — временное, разумеется, — на провоз хромированного браунинга и бластерообразного KG—9. Саквояж, никем не украденный, стоял на виду. Фрост подхватил его, поднял воротник плаща и зашагал прочь — туда, где ждала заказанная напрокат машина. Определив пожитки на заднее сиденье, наемник отступил и критически осмотрел колымагу, временным обладателем которой только что сделался.

Немного устаревший, но тем более надежный и удобный форд-LTD. Эту модель 1978 года Фрост предпочитал всем прочим. Восьмицилиндровый двигатель, гидравлический усилитель руля, триста пятьдесят лошадиных сил. И устойчивость при заносах, напрочь отсутствующая у новых, менее внушительных спортивных автомобилей.

Фрост улыбнулся. Машина была темно-синей. Этот цвет капитан предпочитал всем прочим, если речь шла о самоходных экипажах.

Поглядев на часы, наемник удостоверился, что прибыл в канадские пределы ранее намеченного, и предстоит убить еще добрых три часа. Он уселся за руль и поехал прямиком на Линвуд-авеню, в контору, где обосновался старый приятель, Джо Тартаро, издававший то ли толстую газету, то ли тонкий журнал, именовавшийся “Оружейным еженедельником”. Единственное в своем роде, подумал Фрост, и весьма толковое издание…

Капитан перешагнул порог, вступил в приемную. Стрекотали пишущие машинки, бойкие девушки рылись в картотеках, отвечали на телефонные звонки, оживленно болтали друг с другом.

— Я — Хэнк Фрост. Мистер Тартаро ждет меня.

Секретарша кивнула и попросила погодить минутку.

Фрост огляделся.

Все оставалось по-прежнему. Несметное множество фотографий и вырезок на каждой стене. Сцены времен Гражданской войны, кадры из ковбойских кинофильмов и, разумеется, разнообразнейшие пистолеты, револьверы, винтовки — однозарядные и магазинные, полуавтоматические и штурмовые; автоматы крупно— и малокалиберные; пулеметы станковые, ручные, авиационные, зенитные, корабельные и т. д., и т. п…

— Джо дожидается вас в зале для совещаний, — прощебетала девушка. — Знаете, где это?

Фрост кивнул и двинулся по короткому коридору. Снова несчетные фотографии, коллажи, вырезки — все на ту же неизменную тему. Дверь редакторского кабинета была распахнута. И у Джо все по-прежнему: заваленный рукописями и гранками стол, переполненные пепельницы, пузырек с канцелярским клеем. Несколько утиных чучел на запыленных полках. Тартаро сам набивал их, припомнил Фрост.

Он вступил в зал для совещаний.

За дальним концом длинного полированного стола восседал Джо Тартаро собственной взлохмаченной персоной.

— Здорово, Хэнк! Сто лет не виделись!

Голос, как и встарь, звучал хрипловато благодаря табаку и виски, употребляемым сверх разумной меры.

— Врешь, старина, только один год…

Редактор почти не изменился. Те же седеющие волосы, те же глубокие морщины на обветренном лице, те же глаза, близоруко щурящиеся от непрерывного чтения. И дымит, как паровоз, отметил наемник. Хотя, попробуй не дымить при эдакой работенке…

— Какими судьбами?

— Заданьице получил от несравненной службы Diablo. Телохранителем состою.

— По сей день работаешь на Энди Дикона? Что ж, вольному воля, — проскрипел Тартаро, закуривая новый “Салем”. — Угощайся.

— Благодарю, Джо, только ментоловые не по мне.

Фрост зажег “Кэмел” и уселся напротив приятеля.

— В наказание за неучтивость, кофе наливай себе сам. Если хочешь со сливками, возьми в холодильнике. Джо сделал широкий жест левой рукой.

— А чье именно тело ты должен охранять?

Водрузив на стол чашку дымящегося кофе, Фрост уселся вновь и с удовольствием распрямил ноги. Мельком обозрел новые шестидесятипятидолларовые туфли, подивился: надолго ли хватит этой пары.

— Вернее спросить, какое. Семилетнее, сопливое, противное. Поскольку Дикон заверял, будто работа — сущие каникулы, предрекаю целую кучу грядущих неприятностей. Не откажусь выслушать твое авторитетное мнение.

— О чем?

— О ком. Тебе знакомо имя доктора Мильтона Чильтона?

— Мильтона Чильтона?.. Слыхал, слыхал. Имечко, правда, не приведи Господи, но парень весьма толковый. Женился на дочке владельца Скартвелл-Нефтехим. Газеты за ними следили и следят очень пристально. Имеешь такие деньги — постоянно попадаешь на первые полосы. Чильтон развелся…

— Уже знаю. Речь идет о его отродье — Кевине Чильтоне.

— А-а-а! Еще одна звезда канадской прессы. Чудо природы, архивундеркинд, малолетний гений, гордость нации — полный набор идиотских эпитетов. Получается, тебе выпало стеречь Кевина? Поздравляю и приношу соболезнования.

— Я должен доставить сопливца из Буффало в Монреаль, подождать ровно трое суток и вручить это чадо пираньи — виноват, чудо природы, — с рук на руки любящему папаше. Потом Дикон обещает оплаченный двухнедельный отпуск, и я намерен выписать сюда Элизабет. Уже позвонил ей. Помнишь Бесс? Я рассказывал.

— Ага. Женщина-репортер, служит где-то в Лондоне. А ей тоже обещаны две недели каникул?

— Она выхлопотала себе редакционную командировку. Однако, не слишком обременительную. Считай, каникулы.

— И в чем состоит сия необременительная командировочка?

Фрост пожал плечами.

— В точности не знаю. Мы говорили минуты две, по трансатлантическому кабелю. Бесс прилетает в Монреаль завтра, как раз одновременно со мной. Вернее, капельку позже.

— Поосторожнее отдыхайте, оба, — посоветовал Тартаро, откинулся на спинку стула, снял и протер очки в большой, удобной оправе. Снова нацепил их на нос, зажег новую сигарету от окурка прежней, понизил голос.

— Неофициальные и непроверенные сведения, Хэнк. Правительство насторожилось и слегка засуетилось. Недобитые в Западной Германии ребятки из банды Баадер-Мейнхофа[1] просачиваются в Канаду и готовятся взять небольшой реванш по другую сторону океана.

— А именно?

Пришел черед пожать плечами редактору.

— Понятия не имею. Однако эти молодчики любят играть на крупную ставку. Любые возможные последствия для семейства Чильтонов и тебя лично продумай сам. Но, возможно, я просто ударяюсь в никчемную панику… Не знаю.

Фрост призадумался. По природе наемник был весьма подозрителен и, подобно большинству подозрительных людей, заставлял себя не поддаваться естественным опасениям. В противном случае, говаривал Фрост, можно обосноваться в уютной психиатрической лечебнице — с диагнозом “паранойя”.

— Мое шестое чувство пока что безмолвствует. Правда, не постигаю, на кой ляд понадобилось выписывать американскую охрану. Дикон уверяет, будто службу Diablo рекомендовало этой семейке само ФБР… Ну, да Аллах с ними.

— А моя девяностолетняя бабушка уверяет, будто на днях победила в чемпионате стрелков из рогатки, — возразил Тартаро. — Чепуха, Фрост!

— Дорогой мой, — улыбнулся наемник, — я уже взялся за гуж. И надобно доставить мальчишку по назначению.

— Кстати, все еще таскаешь браунинг? Завел бы что-нибудь сорокапятикалиберное. Они сейчас идут нарасхват.

— Верно. Только я большей частью работаю за границей, где сорок пятые патроны, бывает, и днем с огнем не сыщешь. А девятимиллиметровыми в любой стране разживешься безо всякого труда. Уразумел?

— Ага, — улыбнулся Тартаро.

— Что до моего собственного шестого чувства, — продолжил он, глубоко затянувшись, — предрекаю: твоему пугачу предстоит немножко поработать на канадской почве. А возможно, и потрудиться в поте лица… виноват — в нагаре ствола. Разрешение носить пистолет исхлопотали?

— Дикон уладил все.

— М-м-м?

— Помнишь девиз Diablo? “Мы сражаемся, точно дьяволы — ради вас”. Дикон старается блюсти репутацию фирмы.

— Стараться-то старается… А тебе не приходило в мудрую голову, что несравненного капитана Фроста используют вместо козленка?

— ??!

— Охотники на тигров, — пояснил Тартаро, — устраивают засидку на ветвях дерева, дощатую платформу… — Так называемый “махану — вставил Фрост.

— А внизу привязывают козленочка. Тот исправно блеет, и тигр приближается во всю прыть, проливая потоки слюны. Понял?

Улыбка исчезла с лица Фроста. Наемник тщательно поправил черную повязку.

— Н-да… Учту. Но деньги, так или иначе, требуются.

— Ради Бога. Только не сбрасывай со счетов подобную возможность. Работать наживкой небезопасно. Впрочем, ты не настолько глуп, как можно подумать с первого взгляда.

Фрост ухмыльнулся:

— А тебя с первого взгляда можно принять за кладезь мудрости.