class="p1">— Извини, брат, — крикнул Илиину один из стражей, — одурманенного схватили.
Они тащили мужчину в тунике совсем как наши менты, закрутив ему руки за спину. Задержанный был мускулист и огромен. Из-под разорванной туники выпирали мышцы. У него была окладистая чёрная борода и красное от напряжения лицо.
Упираясь в тротуар мощными ногами, задержанный орал, брызжа слюной:
— Пус-с-с-стите, я имею право! Имею! А вы — нет! Пус-с-с-стите! Идите своим Путём на…
— Ещё один любитель грязи напиться, — покачал головой Илиин, давая коллегам провести пьяного мужика. — И куда мир летит?
* * *
Мы прошли в одну из круглых дверей здания Прямого Пути, Илиин втолкнул меня в пустую комнату, которая отделялась от предыдущей только дощечкой, что-то вроде шлагбаума.
Я огляделся. Кроме меня в комнате ещё трое.
Тот пьяный мужик сидел на полу и что-то бормотал, прикладывая к тунике оторванный лоскуток.
Немолодая женщина, одетая в длинный цветной и полосатый халат, похожий на таджикский. На голове у неё чалма, с вуалью, закрывающей половину лица. Женщина держалась подальше от нас.
Третий заключённый — парень лет шестнадцати-семнадцати. Он с любопытством смотрел на меня, явно желая пообщаться.
Подошёл другой небесный стражник и хлопнул Илиина по плечу:
— Расправляй крылья, брат. На Отшибе Гаруджа замечены беглые низкие.
— Вооружены? — спросил Илиин.
— Мы не знаем. Готовься к схватке, возьми копьё.
Илиин ушёл, увлекаемый стражником. Мне даже стало как-то немного грустно без него.
— Что хочу, то и пью! — выкрикнул пьяный мужчина, продолжая разговор с воображаемым собеседником. — Если не знаете, зачем нужно пить вино, то зачем осуждать? Вино даёт мысли. Вот так-то вот! А вы говорите: «Грязь, грязь». Сами вы грязь.
От его рассуждений женщина в вуали вздрогнула и подбежала к перегородке:
— Я требую перевести меня в другую комнату. Я не могу находиться рядом с морально низкими пьяницами. Стража? Вы меня слышите? Я буду жаловаться в Совет Правителей!
Но небесные стражники проигнорировали женщину в лучших традициях худшего ментовского участка. Один страж нарочито громко спросил другого:
— Брат, а ты был вчера на кулачном состязании, наши против воинов?
— Не, брат, — ответил стражник. — Наши победили?
— Продули девять боёв из двенадцати.
— Ну, ничего, скоро могучий Илиин Раттар подлечит колено и вернётся в строй.
Не обращая внимания на угрозы женщины в вуали, стражники отошли от барьера.
Сделав несколько глубоких вдохов, я закрыл глаза и спиной отошёл к стене. Скатился по ней и сел на холодный каменный пол.
Я пытался быть спокойным, пытался разобраться в происходящем. Но это уже слишком. Кажется, юноша по имени Самиран был не шибко умён, его мозг не развит, поэтому моё сознание не справлялось с обработкой происходящего на его слабеньком «железе».
Полчаса назад я светил фонариком на древний труп, размышляя, каким это образом огромный город оказался закопанным на непостижимой глубине? Один из узбекских специалистов, геолог, исследовал город до моего прибытия. Он смело датировал эти развалины десятками тысяч лет до нашей эры. То есть город был построен в эпоху до зарождения цивилизаций, по классификации современной науки. Хотя… какой науки? Тут город летающий! Что скажешь на это, наука?
Мне хотелось разодрать себе виски, вскрыть череп, чтобы выковырять себя из этого тела. Мне хотелось выть и кричать…
Но ведь это не моё поведение?
Неужели гормоны юноши повлияли на мой характер? Что если я буду всё больше и больше становиться им, теряя себя?
Ещё сильнее зажмурил глаза.
Мне надо успокоиться.
Но как тут успокоиться, когда сердце заколотилось, а по лбу потёк пот?
— Твоя Линия Духа находится в беспокойном колебании, — встревоженно сказал Голос. — Это отражается на твоём телесном здоровье.
— Заткнись, заткнись, — бессильно прошептал я. — Просто заткнись.
* * *
Не знаю, сколько я так просидел, наблюдая цветные круги, бегающие в темноте моих сомкнутых век. Пульс восстановился, пот перестал течь.
Я снова ощутил холодный ветер.
Надо заметить, Дивия была холодным местом, везде ветер и сквозняк. Дивианцы — закалённые ребята. Интересно, как у них с заболеваемостью простудой? Или же они все лечатся магией, поглаживая друг друга ладонями?
Хорошо, хорошо… я постепенно возвращаюсь к привычному ходу мыслей, Я всё ещё я. А не юноша из летающего города, из-за которого я залетел в эту просторную и хорошо проветриваемую камеру предварительного заключения.
Итак. Если всё это не моя затяжная галлюцинация, то пора привыкать. Надо изучить культуру Дивии, обычая, законы и порядки. С законом я уже столкнулся.
Всё хорошо, всё хорошо.
Я всего лишь попал на летающий город цивилизации далёкого прошлого, о которой нам ничего не известно. Так бывает. Мир полон чудес. Я…
— Самиран, — гаркнул над моим ухом стражник. — Сын Похара Те-Танга и Мадхури Саран.
Открыв глаза, я поднялся:
— Здесь.
— Что? — удивился стражник. — А где тебе ещё быть?
— А я же говорю, он одержимый, — вмешалась женщина в вуали. — Ему не место среди нас.
Стражник поманил меня пальцем к барьеру:
— К тебе родители, грязный колдун.
— Ах, он ещё и грязный? — воскликнула женщина. — Такой молодой? Теперь я точно пожалуюсь, что вы меня держите рядом с ним.
— Уважаемая, — повысил голос стражник. — Отойдите от барьера!
Моя сокамерница утихла и отошла.
К барьеру подошли двое.
Красивая женщина с высокой причёской вьющихся тёмно-коричневых волос. Одета в тунику из лёгкой ткани, обута в сандалии с высокой шнуровкой. На вид ей лет тридцать, стройная, длинноногая. Не верилось, что у неё пятнадцатилетний сын. И этот сын — я.
Мужчина оказался менее изящным: толстоватый, лысоватый, при этом буквально запакован в шубу из белого меха. Ему не хватало чёрных очков и трости с брильянтовым набалдашником, чтобы походить на сутенёра из американских комедий того времени, когда над неграми ещё можно было шутить.
— Бедненький мой мальчик, — сказала мама Самирана.
Её тёплая ладонь легла на мою щёку. Вторая ладонь — на шею. Я мгновенно ощутил пульсацию тёплой энергии, расходящуюся от её рук по моему телу.
Мать отдёрнула руки и воскликнула:
— Они тебя били?
— Немного.
Мать развернулась к стражнику:
— Какое моральное право вы имели бить моего сына?
Стражник изумился:
— Госпожа, между нами непонимание. Никто его не пальцем не тронул. Уважаемый страж Илиин поймал Самирана на грязном колдовстве. У нас всё по закону, есть все доказательства и свидетельства потерпевших.
— В теле моего сына следы сильных повреждений и неумелого лечения озарением «Мягкие Руки», — заявила мама Самирана.
— Госпожа, ваши ветреные обвинения могут пойти вам во вред. Мы честные стражи, мы не бьём прирождённых жителей Дивии. И вообще, сначала докажите, что стражник Прямого Пути нанёс ему какие-либо увечья.
— Мама,
