— Дэйван, у меня тут возникла небольшая проблема, — Альва Дамберт, не заметив Алику, спокойно прошла к столу, где сидел ректор. — Ко мне ночью влезла студентка Умова в окно, — стоило только профессору это сказать, как Алика даже дышать перестала. «Меня здесь нет…» «Меня здесь нет». И тут Умову пронзило воспоминание, как мадам Дамберт ночью звала Дэйвана. «Это получается, что Альва ночью ждала именно ректора? Они что — любовники? Меня теперь точно отчислят!!!»
— Умова? — ректор посмотрел на перепуганную девушку. — Вы уже и по чужим окнам ночью лазите? — «НЕ ВИНОВАТА Я!» «НЕ ВИНОВАТА!» Именно это хотелось крикнуть Алике, но язык — он как будто опух, и она не смогла ничего промолвить в свое оправдание.
А следовало… именно в этот момент Альва Дамберт повернулась и посмотрела туда же, куда смотрел глава академии. Увидев девушку, брови ее поднялись вверх от удивления. Под взглядом профессора Алика вдруг покраснела, вспомнив, в каком виде видела ее ночью.
— Умова, а вы что здесь делаете? — рыжие волосы Альвы Дамберт взметнулись вверх, когда та повернула голову в сторону девушки. Пока профессор ждала ответа, Алика успела рассмотреть её новый наряд: роскошное черное платье, немного выше колен. Оно идеально сидело на ее фигуре. А еще она заметила злой взгляд черных глаз профессора. Женщина смотрела на нее так, словно она была мухой, которая покусилась на чужой мед. «И почему она на меня так смотрит?» «Мамочка, от ее взгляда мне как-то не по себе». Алика почувствовала, как по ее спине поползли мурашки. «Ой, что сейчас будет…»
— Умова, подождите в коридоре.
Что будет — додумать девушке не дали и очень вовремя попросили ее уйти. Не дожидаясь, пока попросят второй раз на выход, Алика радостно встала со стула и чуть ли не бегом направилась прочь из кабинета. Только закрыв за собой дверь, она вспомнила, что нужно дышать.
Алика стояла уже несколько минут возле кабинета ректора и думала: «Может, стоит уйти?» Быть наказанной ей совершенно не хотелось. «Но если я уйду — он обязательно станет меня искать и найдёт». Она посмотрела на дверь, потом на секретаря ректора, которая была занята своими делами. «Если я уйду, она ведь этого даже не заметит…» Спустя минуту Алика тяжко вздохнула. Уйти, не получив наказание, вовсе не было выходом. За побег можно получить гораздо больше. «Попробую как-нибудь выкручиваться и дальше. Ведь почти получилось», — все же решила она и стала продумывать будущий диалог оправдания в голове. «Господин… Дэйван?» «Профессор… Дэйван?» «Но Дэйван, это ведь имя?» «Будет неловко, если я его назову по имени, а не по фамилии». «А вдруг он что-то не то подумает». «Хм…» Взгляд Умовой заинтересованно переместился к секретарше.
— Простите, — Алика обратилась к эльфийке, — А как фамилия ректора? — вопрос, конечно, был глупый, но ведь Алика действительно этого не знала. Секретарша лениво подняла голову вверх, скрестив пальцы рук на документах, которые до этого момента внимательно изучала. Весь ее вид сейчас говорил: «Серьезно?»
— Я сделаю вам любовное зелье, — Алике было что предложить, некоторые знали, что она торгует разными зельями. Но ей всего-то требовалось узнать фамилию. Разве за такую информацию стоит платить зельем? Да, она вовсе не собиралась этого делать. Но разве присутствующая дама об этом знала?
— Дэйван Сонг, — стоило только секретарю произнести имя и фамилию ректора, как его кабинет открылся, и из него выбежала злая профессор Альва Дамберт.
— Во всем ты виновата! — закричала Альва Дамберт и пошла в наступление на Алику, готовя в руке магический огненный шар.
Алика от испуга среагировала молниеносно — применила первое попавшееся заклинание, которое пришло в голову: заклинание от нежити. И только профессор Альва Дамберт замахнулась, чтобы запустить в девушку огненный шар, как заклинание Умовой полетело в нее. Профессор несколько долгих секунд смотрела на нее слегка шокировано, а потом… Шар в ее руке исчез, а она … Она не могла даже пошевелиться, лишь изумлённо хлопала ресницами.
— Ой, — Алика увидев, что наделала, испугалась ещё больше. «Я не хотела этого». «Она же сама…» Ее руки ослабели от страха, и книга неожиданно упала на пол. «Отчислят…» «Теперь точно отчислят».
В это время ректор, привлечённый шумом, вышел из своего кабинета. Когда он увидел застывшую Альву Дамберт, его темные брови нахмурились.
— Умова, вы что применили? — он говорил спокойно и даже не кричал, словно само спокойствие. Вот только… Его глаза на миг блеснули серебром, выдавая его с головой. Алика, заметив это, нервно икнула. «Он…» «Он не человек?» — задалась она вопросом, потому что люди не могли менять цвет глаз.
— Я… У меня возникли срочные дела, господин ректор. Я, пожалуй, пойду, — неожиданно промямлила секретарь, встала из-за стола и поспешила покинуть свое рабочее место. Она почуяла, что оставаться в приёмной опасно для жизни.
Алика проследила завистливым взглядом за эльфийкой и когда дверь за ней захлопнулась, вновь повернулась к ректору. И вдруг девушка нечаянно увидела, что у него кажется, почернели руки. «Мама!» Алика невольно содрогнулась, попыталась отступить назад, но ректор, словно ничего не замечая, двигался на студентку. «Он…» «Он собирается меня…» «Убить?» От страха мысли в голове путались. «Нужно его попробовать остановить», — решила она и вежливо попыталась это сделать.
— Гос… подин рек… тор, — стоило только Алике заговорить, как она непроизвольно начала икать. «Ик!..» «Ик!..» Это все было из-за страха, который с каждым шагом мужчины в ее сторону только усиливался.
— Про… Ик! сти… Ик! те. Ик! Она… Ик! са… Ик! ма… Ик! — икота никак не желала покидать Алику, а ей… вдруг сделалось так обидно. «Я ведь пытаюсь спасти себя». «Ик!..» «Ик!..» Она попробовала задержать дыхание, но это не помогло. «Ик!..» Раздалось, когда она снова начала дышать. «Я ведь даже не могу оправдаться!» Первая слеза побежала по щеке. «Меня ведь могут отчислить, а я…» «Ик!..» Вторая слеза скатилась по щеке. И вот… только Алика хотела расплакаться в голос, как ректор засмеялся. Она свирепо на него посмотрела и подумала: «У меня тут судьба решается, а он!..» «Ик!..» «Давно бы вынес приговор, и ничего этого не было бы». «Ик!..»
Ректор не обратил никакого внимания на злой взгляд студентки и продолжал потешаться над ее икотой, заразительно смеясь. Руки его снова вернули себе прежний цвет, да и глаза больше не отдавали серебром. Но ведь Алика точно видела его черные руки и эти глаза… Для себя она уже сделала несколько предположений и одно из них было: «Он точно не человек». Но сейчас не время об этом думать, нужно было спасать себя, а то так и правда, могут отчислить.
— Студентка Умова, прекратите немедленно! — ректор соизволил, наконец, перестать смеяться и увидел в икоте Умовой проблему. Но так как он остановился всего в нескольких шагах от девушки, то успел случайно ногой зацепить книгу. И если раньше его не интересовало, что там валяется на полу, то сейчас… Он нагнулся, чтобы ее поднять, а Алика… «Там же запрещенные зелья». «Мамочка…» Она тоже потянулась, чтобы поднять книгу, забыв о своей обиде, но так и продолжая икать. Как и следовало ожидать, ректор и студентка стукнулись лбами, но, невзирая на мелкое препятствие в лице нерадивой прогульщицы, мужчина успел поднять книгу первым.
— От… Ик! дай… Ик! те. Ик! — Алика топнула ногой, словно была маленьким ребенком. Ребенком, у которого, только что отобрали игрушку. Держать сердитое лицо перед ректором у нее не очень выходило — в это время она потирала ушибленный лоб, морщась от боли.
— Когда расколдуете профессора Дамберт, тогда и отдам. Или вы не сможете ее расколдовать? — ректор, сощурив глаза, посмотрел на Умову.
— Смогу, смогу, — икота неожиданно отступила, может потому, что никакого страха Алика больше не испытывала. На его место пришли злость и раздражение: «Это он во всем виноват!» Если бы сразу назначил наказание, если бы он еще там, у лаборатории ее отчислил, если бы они сегодня не столкнулись — все было бы хорошо! «А теперь…» Алика тяжело вздохнула и подумала, что пора уходить, — Вам наверное уже пора… Да и мне тоже, — словно подтверждая ее слова, прозвенел звонок, оповещая о том, что первая пара окончена.
